Марина Русланова - Большая книга ужасов 42

– А я и не предлагаю оставить Леонида здесь. Я предлагаю не нести его на руках, а катить по полу!

Лица ребят выразили крайнюю степень изумления, они переглянулись и прыснули в ладошки.

– Ой, уморишь ты меня – ты предлагаешь перекатывать Прохвессора, как бочку?

– Владлен, я всего лишь неправильно выразилась.

– Варвара, вот уж не думал, что ты можешь что-нибудь неправильно сделать! Ты же у нас вся такая правильная и все делаешь правильно или лучше всех знаешь, как сделать правильно, – заерничал Владька.

– Что ж, – Варвара холодно посмотрела на мальчика, – продолжай надрываться. Я больше рта не раскрою.

– Счастье-то какое!

Но Максим не разделял Владькиного настроения. Он просительно обратился к Варваре:

– А что ты хотела предложить?

– Ничего! – девочка сердито отвернулась.

– Варвара, смилуйся, силы моего организма почти иссякли. Мы же завтра с кроватей не встанем!

– Я буду рада, если кое-кто завтра не встанет с кровати, всем спокойнее будет. – И Варвара выразительно взглянула на Владьку.

Максим возобновил свои миротворческие усилия, извинился за Владькино несознательное поведение.

– Так и быть, – сжалилась, наконец, девочка. – Вы его тащите по полу – возьмите за руки и тащите. Наверное, такой способ не очень милосердный, зато быстрый и легкий. И Леонид все равно в беспамятстве, он ничего не почувствует.

– Варвара, ты просто гений! – возликовал Максим, недоумевая, как они сами не додумались до такого простого способа транспортировки прохвессорского тела.

Ребята ухватили Прохвессора за руки и проворно потащили. Это было куда легче, чем нести его на руках. У входа в медпункт Владька приложил палец к губам:

– Т-сс, стойте тихо, дышите через раз! Я – на разведку. – Он проскользнул в двери медпункта. Через пару секунд он вернулся. – Можно идти.

Максим уже собрался было взять Прохвессора за руку, но Владька остановил его:

– Здесь этот способ не годится, непременно за что-нибудь зацепимся, наделаем шума, разбудим либо Татьяну Ивановну, либо Людмилу Витальевну, либо обеих. А жаль, он так хорошо скользил, жирненький. – Он с сожалением ткнул Прохвессора в толстенький бочок.

Неожиданно Старков глухо охнул и открыл мутные глаза. Владька с кенгурячьим проворством отпрыгнул в сторону, схватился за сердце и пожаловался:

– Я никогда еще не был так близок к инфаркту! Напугал до смерти, аспид вредный!

– Где я? – просипел Прохвессор.

Владька уже пришел в себя, к нему вернулась привычная язвительность:

– В раю!

– Где?!

– За твои незаурядные способности тебя определили в рай.

– Прекрати, – тихо, но властно приказала ему Варвара. – Леонид, как ты себя чувствуешь?

– Как я сюда попал?! – Прохвессор заелозил по полу, пытаясь встать. Разжал крепко стиснутый кулак – и завопил громче автомобильной сирены. На пол упала скомканная противогриппозная маска, выпачканная чем-то зеленым.

– Прячьтесь, – велел всем Владька.

– А ты?! – запаниковала Даша, но тут никогда не теряющая хладнокровия Варвара уже потянула ее за бархатные портьеры, закрывавшие высокое окно:

– Залазь на подоконник!

Даша послушно вскарабкалась на широкий подоконник. Владька задернул тяжелые шторы и повелительно прошептал:

– Сидеть тихо, как мышам под веником! Пока не позову – не вылезайте.

Через несколько секунд ребята услышали взволнованный голос Татьяны Ивановны:

– Мальчики, что случилось? Что вы здесь делаете?!

– У Старкова – лунатизм! – уверенно поставил диагноз Владька. – Просыпаюсь, а он встал с закрытыми глазами и куда-то идет. Я – за ним! Дошли досюда, и я его окликнул, а он вздрогнул и ка-ак грохнется оземь!

– И что?

– Как – что? Разве не видите? В жабу превратился!

Медсестра укоризненно покачала головой:

– Ох, Владлен, ну, и язва ты!

– Сибирская! – добавила подошедшая к ней Людмила Витальевна и обратилась к Старкову: – Леня, что случилось?

Прохвессор тупо хлопал глазами и молчал.

– Леня, ты меня слышишь?

Старков кивнул.

– А понимаешь?

Владька непочтительно хохотнул.

– Леня, что произошло?

Прохвессор с трудом принял сидячее положение и медленно выговорил:

– Не знаю. Я спал, а проснулся здесь...

– Ты встать можешь?

Поддерживаемый женщинами с двух сторон, Прохвессор сумел наконец подняться на ноги.

– В процедурную, в процедурную, – ласково приговаривала Татьяна Ивановна.

– Не пойду! – неожиданно воспротивился Прохвессор.

– Тебя следует осмотреть, – сказала Людмила Витальевна.

– Нечего на меня смотреть! Проводите лучше меня до палаты, я спать хочу.

Услышав в голосе пациента истерические нотки, врач сделала Татьяне Ивановне знак – вести Старкова в палату. Владька терпеливо дождался, пока Прохвессора уложат в постель, и, как только сотрудницы медпункта вышли за дверь, вцепился в одноклассника:

– Рассказывай, что случилось?!

– Ничего, – с видом умирающего хомячка прошептал Прохвессор.

– Правда? Чего ж ты полз на манер свихнувшегося краба?

– Отстань! Я хочу отдохнуть.

– Не получится, – твердо пообещал ему Владька. – Пока не расскажешь, что случилось и куда ты заныкал цветок, я от тебя не отвяжусь.

Прохвессор сложил ручки на груди, откинулся на подушку и прикрыл глаза, всем своим видом демонстрируя крайнюю степень утомления.

– Ну, аки херувим! – восхитился Владька и бесцеремонно встряхнул «херувима».

– Дай мне немного отлежаться, прийти в себя!

– Не-а, когда ты придешь в себя, из тебя слова доброго не вытянешь. Давай, делай чистосердечное признание, не доводи до криминала!

– Ты меня бить собираешься?! – слабо возмутился Прохвессор.

– Отнюдь: я тебя морально замочу!

Узнав, что бить его не собираются, Старков успокоился, отвернулся к стене и мирно засопел.

– Прохвессор! Не спи! Лучше послушай, что я скажу. Мы все равно найдем твое кровососущее растение и искореним его!

– Это как получится, – заносчиво изрек Прохвессор.

Владька озадаченно посмотрел на гордо напыжившегося одноклассника:

– Даже так?!

Прохвессор не сдержал самодовольной улыбки:

– Даже так!

– Значит, твой монстр продолжает расти и набираться сил? То-то ты такой гордый! Гордишься своим произведением?

Старков длинно зевнул и пригрозил Владьке:

– Если ты не отвяжешься, я позову Татьяну Ивановну, скажу, что совсем плохо себя чувствую, пусть посидит возле меня!

Пришлось оставить врага в покое. Владька и сам держался из последних сил – в сон его клонило со страшной силой. Утро вечера мудренее, успокоил он себя и мгновенно заснул.