Брайан Ламли - Голос мертвых

Содержимое урны кипело и бурлило. Из ее горлышка вырывались тонкие струйки пара... черная копоть, похожая на смолу, оседала на краях той ужасной, отвратительной пасти. Стекавшая внутрь кровь Вульпа вызвала к жизни нечто жуткое, содержавшееся внутри, и теперь оно вырвалось наружу. Кровь послужила катализатором этой трансформации.

Застыв от ужаса, Лаверна не в силах был отвести взгляд от этого кошмара. Пятнистое, серо-голубое, покрытое слизью щупальце, внутри которого пульсировали алые вены, выскочило из горлышка урны и поползло по каменному желобу. Все удлиняясь и удлиняясь, оно словно змея ползло по кровавой дорожке к тому месту, где лежало распятое тело Вульпа. Плотоядно извиваясь, оно обвилось вокруг согнутой в колене ноги, проползло вдоль проткнутого бедра, затем по животу к все еще вздымающейся груди. Вульп продолжал издавать нечленораздельные звуки, но агония и невыносимая боль уже лишили его разума и каких-либо других человеческих черт, а быстрая потеря крови вскоре должна была неизбежно привести к концу.

Невероятно, но каким-то непостижимым образом, последним усилием воли Вульпу удалось приподнять голову, освободив ее от острия пики, пронзившей правую щеку и нижнюю челюсть. В последнем проблеске сознания он успел увидеть то, что уютно расположилось на его груди и теперь сформировало плоскую, покачивающуюся из стороны в сторону змеиную, как у кобры, голову без глаз.

Окровавленный рот раскрылся в немом крике — этого оказалось достаточно, для того чтобы мерзкий слизняк немедленно нырнул внутрь и пополз через разверстый рот дальше, в напрягшуюся глотку. Тело забилось в конвульсиях, уголки губ треснули от напряжения, в то время как челюсти раздвигались все шире, пропуская внутрь извивающуюся и пульсирующую змею.

Урна опустела, но закопченное горлышко, из которого только что вылез отвратительный слизняк, продолжало дымиться. Вульп все еще что-то непонятно кричал, бился, а из его ноздрей текла кровь. Ужасное существо заполняло его тело, отчего шея его непомерно раздалась, глаза выкатились из орбит, а руки, сорвавшись с острых пик, вцепились в скользкое туловище змеи, пытаясь вырвать его из горла. Но все было тщетно...

Не прошло и минуты, как слизняк полностью скрылся в теле Вульпа, который по-прежнему конвульсивно дергался, мотал из стороны в сторону головой, разбрызгивая вокруг себя кровь и лимфу.

— Господи Иисусе! Великий Боже! — стонал в ужасе Лаверна. — Да, умри же наконец, Бога ради, умри! — заклинал он Вульпа. — Успокойся, дай ему уйти, оставь его!

И вдруг... Словно Вульп услышал его молитву... Он отлепился от мерзкого существа и теперь лежал совершенно неподвижно...

Все вокруг застыло... время будто остановилось... Огромный волк, неподвижный словно статуя, закрывал путь вперед... летучие мыши практически полностью блокировали единственный путь к спасению... обескровленное, заполненное какой-то жутью тело Вульпа неподвижно покоилось на ложе из острых пик... Казалось, только в мерцающем факеле, который сжимал в руке Лаверна, еще теплится жизнь, но и эта жизнь медленно затухала...

Держа в одной руке факел, а в другой фонарик, Лаверна не знал, насколько он может на них положиться. Но в следующий момент, рыча от ужаса и ярости, он повернулся в сторону колонии летучих мышей и швырнул в них дымящийся, угасающий факел. Они, однако, не отступили, а, напротив, бросились на факел, облепили его своими корчащимися и трепещущими телами, заставив его погаснуть окончательно. Около дюжины дохлых мышей остались лежать на полу, точнее на покрывавшем его меховом ковре, образованном их собратьями, которые зашевелились и продвинулись вперед.

Лаверна едва не лишился рассудка. Он хрипло вскрикнул, испытывая безнадежность и отчаяние, стал, задыхаясь, хватать ртом воздух, снова закричал и, вытянув перед собой в почти кромешной тьме руки, начал размахивать фонариком с такой быстротой, что практически ничего не успевал увидеть в его тусклом свете.

Он не увидел, как Джордж Вульп выпрямился и освободил свое тело от пронзивших его пик, как раны его перестали кровоточить и начали быстро заживать. Не видел он и того, как Вульп выбрался из желоба, потрепал по ушам старого волка и улыбнулся. Но когда Вульп неожиданно возник прямо перед ним, Рэнди Лаверна выронил из рук фонарь и, почти теряя сознание, прислонился к стене, а потом медленно сполз по ней на пол. Глаза Вульпа горели красным огнем... Совершенно чужим, незнакомым, бесстрастным булькающим голосом он обратился к Лаверне:

— Друг мой, ты пришел сюда по своей воле и собственному желанию... и если я не ошибаюсь, у тебя... течет кровь?.. — Ноздри Вульпа зашевелились, принюхиваясь, а глаза превратились в красные, горящие щелочки, ярко выделяющиеся на не правдоподобном лице. — Да-да, именно так... и кто-то должен позаботиться о твоей ране, пока туда не попала грязь.

Эмиль Гогошу проснулся оттого, что кто-то стоял рядом с ним на коленях. Это был Георг, который одной рукой тряс за плечо старого охотника, а другую приложил к губам, призывая его к молчанию.

— Ш-ш-ш-ш... — прошептал он.

— А? В чем дело? — шепотом отозвался Гогошу, немедленно проснувшись и вглядываясь в царящую вокруг темноту. Костер почти потух, и красный свет от углей отражался в глазах Вульпа. — Уже светает? Не может быть!

— Нет, до рассвета еще далеко, — также шепотом, но хриплым и настойчивым, ответил молодой человек — Дело не в этом. Берите свое ружье и идите за мной. — И он поднялся на ноги.

Гогошу вылез из-под одеяла, протянул руку за ружьем и легко и упруго вскочил с земли. Он весьма гордился тем, что оставался по-прежнему сильным и гибким и не знал, что такое ломота в костях.

— Пошли, — настойчиво позвал его Вульп, идя вперед тихо и осторожно, чтобы не разбудить Армстронга.

— Что с вашим лицом? — спросил охотник, схватив за руку Вульпа, когда они уже вышли за пределы лагеря и вокруг них сгустилась тьма. — Кровь? Что происходит, Джордж? Я ничего не слышу и не слышал до этого.

— Да, это кровь, — ответил Вульп. — Я дежурил и вдруг услышал какие-то звуки — там, среди деревьев. Я пошел посмотреть. Я не знаю, кто это был — собака, лиса, а может быть, даже волк, но это существо напало на меня. Однако мне удалось отбиться. Наверное, тогда оно мне и поцарапало лицо. И это существо все еще там. Оно преследовало меня по пятам, когда я шел, чтобы разбудить вас.

— Все еще там?

Гогошу начал оглядываться вокруг. Луна спустилась несколько ниже и тускло светила сквозь облака серым светом. Охотник ничего не увидел, а молодой человек продолжал упорно идти вперед.

— Я подумал, что вам, возможно, удастся подстрелить его, — сказал Вульп. — Ведь вы уже когда-то пытались это сделать, хотели убить обитавшего здесь волка.