Шарлин Харрис - Клуб мертвяков

— А ты — сплошную чушь несешь.

— Спасибо вам, мистер Эджингтон, — я опустила глаза, чтобы он не заметил моего скептического взгляда. Может, его надо называть «Ваше Величество»? — Олси, боюсь, с нас хватит на сегодня. — Я постаралась произвести впечатление девушки мягкой, нежной и потрясенной. Это было проще простого.

— Конечно, дорогая, — немедленно отозвался он, — сейчас принесу твою накидку и сумочку. — И тут же начал проталкиваться к нашему столику. Господь благослови его.

— Мисс Стэкхаус, мы хотели бы видеть вас тут завтра, — пригласил мистер Эджингтон. Его друг-человек стоял позади него, оперевшись ладонями о плечи Эджингтона. Маленький вампир поднял руку и похлопал по лежащей на своем плече ладони. — Нам не хочется, чтобы вы испугались из-за дурных манер одного человека.

— Спасибо, я передам Олси, — я не позволила себе никакого энтузиазма в голосе. И надеялась, что показала себя полностью подчиненной Олси, но не безвольной. Среди вампиров такие люди не выживают. Рассел Эджингтон считал, что ловко изображает южного джентльмена старой школы, и если таков его имидж, почему бы мне ему не подыграть.

Вернулся Олси, угрюмый.

— Боюсь, твоя накидка приказала долго жить, — и я увидела, что он вне себя от гнева. — Думаю, это дело рук Дебби.

В моей прекрасной шелковой шали была прожжена большая дыра. Я старалась сохранить равнодушное лицо, но не уверена, что у меня получилось. На самом деле у меня на глаза навернулись слезы, видно, сказывалось нервное напряжение после стычки с байкером.

Эджингтон, конечно, все это впитывал.

— Ладно, — я попыталась небрежно пожать плечами, — лучше шаль пострадала, чем я. — И улыбнулась уголками губ. Хоть кошелек цел, хотя в нем всего-то пудра и губная помада, да еще деньги — заплатить за ужин. К моему огромному изумлению, Олси снял пиджак и набросил его мне на плечи. Я запротестовала, но у него лицо было такое, что стало понятно — отказа он не примет.

— Доброй ночи, мисс Стэкхаус, — сказал вампир. — Герво, будете завтра вечером? Вы можете еще задержаться в Джексоне?

— Да, могу, — приятно улыбнулся Олси. — Рад был встретиться с вами, Рассел.

Когда мы вышли на улицу, пикап стоял перед клубом. Тротуар так же источал злобу, как при нашем прибытии. Я подумала — любопытно, как они это делают, но была слишком подавлена, и не стала спрашивать у своего спутника.

— Нечего было отдавать мне пиджак, замерзаешь ведь — сказала я, когда мы проехали два-три квартала.

— На мне больше надето, — ответил Олси.

Он совсем не дрожал, хоть и был без верхней одежды. Я закуталась в его пиджак, наслаждаясь гладкостью шелковой подкладки, и теплом, и запахом Олси.

— Не следовало оставлять тебя одну, когда в зале были эти подонки, — сокрушался вервольф.

— Но ведь каждому может понадобиться зайти в туалет, — мягко успокаивала я.

— Надо было попросить кого-нибудь присмотреть за тобой.

— Я большая девочка. Мне не нужен постоянный охранник. Я у себя в баре в такие ситуации влипаю постоянно, — устало сказала я, впрочем, я и была усталой. Просто когда работаешь в баре, уже не ждешь ничего хорошего от мужиков; даже в таком месте, как бар Мерлотта, где владелец присматривает, чтобы его служащих не обижали, да и клиенты почти все местные.

— Тогда тебе не надо там работать, — категорично заявил Олси.

— Согласна, женись на мне и забери меня оттуда, — сказала я кисло, ответом мне был испуганный взгляд. Я усмехнулась. — Мне надо зарабатывать себе на жизнь, Олси. И вообще я люблю свою работу.

Боюсь, я его не убедила. Он задумался. Пора было менять тему.

— Билл у них, — сказала я.

— Точно знаешь?

— Угу.

— Откуда? Что он такого особенного знает, раз Эджингтон решил пойти на такой риск? Ведь он может нарваться на войну.

— Не могу тебе сказать.

— Но сама-то ты знаешь?

Сказать ему — значило признаться, что я ему доверяю. Мне грозила бы такая же опасность, что и Биллу, если бы стало известно, что я знаю то же, что и он. А меня сломать намного проще.

— Да, — призналась я. — Знаю.

Глава 6

В лифте мы ехали молча. Когда Олси отпер дверь и мы вошли в квартиру, я прислонилась к стене. Состояние мое было ужасно: усталость, душевное смятение, возбуждение после скандала с байкером и вандализма Дебби.

Я чувствовала, что должна извиниться, только не знала, за что.

— Спокойной ночи, — сказала я уже от дверей своей комнаты. — Да, возьми пиджак. Спасибо тебе, — стащила с себя пиджак и вручила Олси. Он аккуратно повесил одежду на спинку стула.

— С молнией сама справишься?

— Расстегни в начале, может, дальше пойдет, — и повернулась к нему спиной. Когда я одевалась, он помог застегнуть последние дюймы этой молнии, и я оценила его внимание — надо же, вспомнил, пока еще не ушел к себе.

Я почувствовала у себя на спине его толстые пальцы. Молния тихонько зашипела. И тут произошло нечто неожиданное: он снова дотронулся до меня.

Когда его пальцы забегали по моей коже, я задрожала всем телом.

Что делать?

Я и сама не знала, чего хочу.

Я заставила себя повернуться к Олси. На его лице было такое же неопределенное выражение, как и на моем.

— Самый неудачный момент, — нашлась я. — Ты — только что после любовного разочарования. Я — в поисках своего бойфренда; конечно, тот еще бойфренд, можно сказать, неверный, но все же…

— Да, время выбрано не лучшее, — согласился он и положил руки мне на плечи. Потом наклонился и поцеловал меня. Не прошло и полсекунды, как я руками обвила его талию, а его язык был уже у меня во рту. Он целовался нежно. Я хотела запустить руки в его волосы и ощутить, какая у него широкая грудь, и действительно ли его ягодицы так накачаны и округлы, как кажется, когда он в брюках… о-о-о! Я деликатно отпрянула.

— Не лучший момент, — и я покраснела, осознав, что платье на мне полурасстегнуто, и Олси прекрасно видны лифчик и верхние половинки грудей. Ну, слава Богу, лифчик у меня красивый.

— О, Господи, — проговорил он, явно уже запустив взгляд в вырез моего платья. С огромным усилием он зажмурил свои зеленые глаза. И снова согласился: — Да, не тот момент. Хотя я буду надеяться, что более подходящий момент наступит скорее раньше, чем позже.

— Кто знает? — улыбнулась я и отступила за дверь своей комнаты, пока еще хватало сил двигаться в том направлении. Тихонько затворив дверь, я повесила на вешалку красное платье, обрадовалась, что оно все еще смотрится прекрасно и на нем нет ни единого пятна. От рукавов, конечно, осталось одно воспоминание, по всей поверхности жирные отпечатки пальцев и пятна крови. Я с сожалением вздохнула.