Таня Вэллинг - Поцелуй крови

Передвигаться по грунтовой дороге на моем "лендровере" было намного комфортней и легче.

"Мерседес" постоянно тормозил или подпрыгивал на неровностях дороги. Было невозможно расслабиться. Я подпрыгивала на сидении как болванчик: ни ремень безопасности, ни судорожно сжатые пальцы на сидении не могли удержать меня на месте. Радовало то, что и Алекс не остался равнодушным к подобному передвижению.

— Знаешь, если бы я знала раньше, куда мы поедем, то взяли бы мой внедорожник.

— Сам виноват — не подумал заранее, куда повезу тебя. — Он зло посмотрел на меня. — С тех пор, как ты появилась в моей жизни, я ни о чем не могу думать.

— Это хорошо или плохо?

Непроизвольно улыбнулась я. Он внимательно посмотрел на меня, прежде чем ответить.

— Пока еще неизвестно. Сейчас, могу сказать только одно — я полностью теряюсь.

— Я…

— Мы приехали. — Машина медленно остановилась. — Остальной путь придется проделать пешком. Или можем остаться в машине. Выбирай.

— Прогулка.

— Значит, вылезай из машины.

Он одновременно открыл дверцу с моей стороны и протянул руку, помогая выбраться из машины. Я с раздражением вышла наружу.

— Я этого терпеть не могу.

В ответ Алекс нахмурился и с недоумением посмотрел на меня.

— Не понял. Что ты не можешь терпеть?

— Этого.

— Когда открывают дверцу машины и тебе подают руку?

— Скорость, с которой вы передвигаетесь. Я иногда теряюсь, а это мне не по душе.

Он отступил на шаг и захлопнул дверцу машины.

— Лиза, прости меня. Я принял за данность тот факт, что ты знаешь правду обо мне.

Алекс стоял передо мной как нашкодивший школьник: переминался с ноги на ногу и не знал куда деть руки, в результате они тяжело легли в карманы куртки. Лицо выглядело искренне расстроенным и виноватым, что злиться на него не было ни желания, ни возможности.

От его смущенной улыбки мое предательское сердце бешено забилось и в это мгновение я была просто счастлива. Еле сдерживая улыбку, я спросила:

— Пойдем?

— Только после тебя, — и галантно поклонился, отведя руку в сторону.

Грация, сопровождавшая каждое его действие, будь то поклон или банальное рукопожатие, завораживала. Создавалось ощущение, что он родился с этой способностью, она у него в крови.

Мы ступили в подлесок и стали медленно продвигаться вперед, точнее медленно двигалась я. Алекс шел словно по расчищенной тропинке, бесшумно ступая своими ногами по осенним листьям и веточкам. Настроение у него повысилось еще на несколько пунктов — он весело насвистывал себе под нос неизвестную мелодию.

Я безнадежно отстала уже на несколько метров и расстояние между нами неукоснительно увеличивалось. Спину Алекса было трудно отличить в золотисто-коричневой растительности.

А я то, наивная, полагала, что нахожусь в прекрасной физической форме и с равновесием у меня все в порядке. Как же я ошибалась: за последние пять минут я умудрилась оступиться несколько раз, два раза зацепилась курткой о колючий кустарник. И в довершении всего, в данный момент я упала, что совершенно не укладывалось в сознании. Я ощущала себя абсолютно неуклюжей. Ботинок на правой ноге зацепился за небольшой корень, выступающий из-под земли. Я была настолько увлечена стремлением не отстать от Алекса, что ничего не замечала перед собой, кроме мелькавшей вдалеке спины. Я вскрикнула. Хорошо хоть не поцарапалась. Еще не хватало проверять выдержку моего нового знакомого.

В одно мгновение Алекс оказался рядом и высвободил мою ногу из лесного плена.

— Ты не ушиблась? Ничего не повредила? — Голос звучал встревоженно. Все-таки приятно, что о тебе волнуется еще кто-то, кроме родных.

— Все хорошо. Не волнуйся.

— Ты же кричала! Давай, я отвезу тебя в больницу!

— Со мной все отлично. Правда. А кричала я от неожиданности.

Я впервые, с момента нашего знакомства дотронулась до его руки и крепко сжала его пальцы. Реакция последовала незамедлительно — он нежно сжал мою руку в ответ и поднес ее к своим губам. Прикосновение к моей коже оказалось неожиданно теплым и волнующим одновременно.

Наш первый поцелуй! Мягкий и нежный.

Когда поцелуй прекратился и Алекс выпрямился, я ощутила странное разочарование где-то в глубине души, а кожа в месте поцелуя горела теплым пламенем и немного пощипывала.

Он помог мне подняться.

— Я знаю, ты говорила — тебе не нравится моя скорость, но в данном случае тебе придется смириться. Иначе к концу пути ты действительно поранишься.

Он без предупреждения поднял меня на руки.

— Ты с ума сошел! Немедленно поставь меня на землю. — Пришлось обхватить его руками, и он побежал вперед.

— И не подумаю. Перестань вертеться. — Его голос звучал грубо и серьезно, но глаза улыбались. Вся эта ситуация ему явно нравится, что нельзя сказать обо мне. Его близость вызывала бурю эмоций, подчас не совсем приличных и одновременно не очень хороших. Кровь с бешеной скоростью совершала свой круговорот. Нельзя допустить, чтобы у него возникли какие-либо подозрения.

Раньше я думала, что пытка — это находиться в шаге от него — снова ошиблась. Похоже, это входит у меня в привычку. Однако эмоции, испытываемые в эти минуты, нельзя поставить ни в какое сравнение с прежними ощущениями. Внутри меня словно разожгли вулкан, который вот-вот должен прорваться наружу. Все чувства напряжены до предела.

Находиться в объятиях любимого человека и страшно и волнующе приятно одновременно.

Страшно не потому, что я боюсь, если он врежется в дерево или уронит меня. Нет! Я боюсь, что мои руки, обнимающие Алекса за мускулистую шею, станут причиной его гибели, если мне в ближайшие секунды не удастся справиться со своей наследственностью. А это, ох, как тяжело. Никогда прежде я не испытывала такого давления. А ведь, еще пару дней назад, я говорила то же самое при первой нашей встрече с ним. Но это никак нельзя сравнивать — эмоции захлестывают сейчас раз в сто сильней, чем прежде. И с каждым его шагом рационально думать становится все трудней.

Руки стальным обручем все сильней сжимаются вокруг его прекрасной шеи. Еще немного и гены победят!

И в то мгновение, когда оставалось сделать одно последнее движение и шея Алекса окажется сломанной, он посмотрел мне в глаза и улыбнулся своей фирменной улыбкой, и я забыла обо всем на свете. Руки сами собой расслабились, и я сильней прижалась к его стройному мускулистому телу, уткнувшись носом ему в невредимую шею, а голова покоилась на плече, словно созданном для меня.

Алекс замедлился и перешел на шаг.

Движения Алекса были спокойными и уверенными, словно я ничего не весила, хотя в принципе вампир может поднять несколько тонн не испытав никаких трудностей, а я весила явно на порядок меньше. Пусть я уже лет десять знала о способностях вампиров, но до сих пор не могу привыкнуть к некоторым из них.