Дзиньштейн - Ещё один человек

Но вот стрельба… Однажды зимой ребята из клуба, набегавшись и настрелявшись из пневматики друг по другу – устроили молодежи «обстрел» – загнали в старые окопы, и, велев не высовываться, «обстреляли» пиротехникой – сначала «пищалками», а потом и серьезными салютами, разрывавшимися огненными шарами, с грохотом лопавшимися над головой. Тогда все смеялись, азартно кричали, а ей было очень страшно – но она списала это на пиротехнику, которой боялась до истерики (однажды ей чуть не стало плохо с сердцем на, надо признать, шикарном новогоднем салюте в Сертолово, традиционно устраиваемом военными).

Но сейчас шок был куда как серьезнее – она крутила в руках простреленную сумку, понимая, что если бы пуля прошла немного ближе – она бы сей час уже умерла. И, наверное – уже бы и оживала.

Дальнейшее она помнила плохо, как сквозь пелену – на автомате идя за всеми, даже раз упокоив одного упыря. Немного стала приходить в себя только ближе к набережной, когда Большой Дом, в котором вдруг вспыхнула стрельба где-то внутри, остался позади.

Они проходили мимо какого-то то-ли магазинчика, то-ли салона красоты, устроившегося в цоколе здания. Шли уже грамотно, прикрывая друг– друга – к тому же к ним присоединились несколько человек – женщины с подростками, пара работяг-дворников с ломом и лопатой. Здоровяк в кожанке, азартно лупивший упырей прямыми и боковыми в голову, кулаками, обмотанными цепями – похоже, от парковочных столбиков оторванными. Двое пожилых крепкого вида мужчин с ружьями – один из них поздоровался со старшим – наверное, узнал. Женщины и дети шли в середине, здоровяк пер в голове, сверкая бритой головошеей, рассыпая жизнерадостные матюги. Стрелки шли по бокам. Даша и работяги прикрывали тыл. Они уже прошли симпатично оформленный портал заведения, двигаясь дальше, как вдруг Даше почудилось быстрое движение внутри.

_Стойте! Там есть что-то…

– Что? – Пара стволов взяли на контроль дверь.

– Не знаю, не упырь, похоже.

– Ну и х.. с ним – простодушно заключил бородатый работяга, отворачиваясь – не наши дела.

– Нет, надо проверить – вмешался старшой – нехрен за спиной оставлять непонятки.

Даша шагнула к двери, держа топор на отмах, присматриваясь, чуть присела… Нет, внутри вроде никого. Похоже, салон красоты. Только все перевернуто. Осторожно приблизившись, стоя сбоку от директрис стрелков – аккуратно потянула ручку стеклянной двери. Ничего. Заперто. Подергала уже смелее – точно, заперто. Ну и отлично. Легонько стукнула топором по толстому стеклу – ага, хорошее – такое и топором не просто так расколешь. Нормально, тут никто так не выберется.

– Порядок, заперто – сказала Даша, и шагнула к остальным.

Она лишь успела увидеть боковым зрением стремительное движение внутри, отскочить, разворачиваясь и приседая. Стекло украсилось белым пятном трещин, но выдержало, раздался вскрик – и тут же два выстрела разнесли стеклянную дверь в дребезг. Что-то в осколках толстого стекла вылетело изнутри, сбило с ног, прижало выставленную вперед руку с топором к груди. Перед лицом оказалась крокодило-обезьянье-волчье-непоймичьеобразная пасть, воняющая ацетоном.

Пасть раскрылась, когтистая лапа отбила лезвие топора… и тварь слетела с Даши, сметенная сразу несколькими выстрелами. Но не издохла, а зафыркав, словно оглушенный бульдог стала встряхиваясь подниматься, наклонив голову. Слаженный залп прикончил ее, буквально разнеся череп. Подскочивший бородач с хеканьем принялся отоваривать тушу ломом, второй помог подняться Даше.

– Блядь, что это за хуйня, ебанарот? – учтиво осведомилась Дарья, и грязно выругалась.

– Да, в общем-то… – тут последовало не менее деликатное научное объяснение, причем в нем участвовали практически все. Даже, похоже, дети. Пришли к трудноопровержимому выводу что это «хуй знает, что за нахуй». Спорить было глупо, конечно, именно это и есть. Даша почувствовала, как дрожат ноги, отошла и села у стенки прямо на асфальт. Чего-то многовато за сегодня. Привязалась нервная икота, частая, громкая и неудержимая. Причем со стороны это было очень смешно. Сначала дети, несмотря на обстановку, стали давиться от смеха, потом стали корчить серьезные непроницаемые рожи и остальные, старательно сдерживая смех. В итоге все начали ржать, попутно снимая стресс – и вскоре Даша смеялась между иканиями вместе со всеми – отчего общий ржачь только усиливался. Насилу отсмеявшись, до слез, унялись. Даша стала нашаривать бутылек с коньяком – одну бутылку она перелила в пластик, для себя. Глотом конины помог унять икоту и немного привел в себя. Пока возилась, остальные обследовали помещения. Встала, подошла к глазевшим на чудо-юдо. Судя по одежде – это была девушка, или молодая женщина. Но это только по одежде и было понятно – тело буграми мышц прорвало по швам ткань, комплекции позавидовал бы и Валуев. А вот физиономия Валуева в сравнении с этой – была бы ангельским ликом. Вдобавок к здоровенным зубам – имелись когти, маникюр которым пришлось бы делать болгаркой. М-да, супермодель. Давно известно, что в салонах красоты можно нарваться на непрофессионалов, но чтоб так…. Нееет, в этот – ни ногой!

– Ууу, фашист! – сказал пожилой дядька-охотник

– Почему?

– А на старые плакаты похоже, так же фрицев рисовали, я мальчишкой запомнил – очень похоже – он указал стволами ружья на остатки морды.

– И точно, похож – подтвердил второй.

Подошли осматривавшие помещение. Обсудили ситуацию – выходило, что внутри что-то произошло – и вот это «красавица» отъелась на двух трупах – причем трупы были сожраны практически полностью, только разбросанные кости остались. Выходило, что если упыри отжирались не на трупах себе подобных, как тот санитар, или на ином каком мясе, как Петрович – а на человечинке – то становились не просто шустрые, а очень опасные, быстрые и сильные. Осмотрев тушу «фашиста», пришли к неутешительным выводам – такого без оружия не завалить. Да и не всякое оружие возьмет – залп из нескольких стволов лишь оглушил тварь, а лобная кость, пожалуй, выдержит и картечь. Старшой тут же перевооружил одного парня СКСом, и остальным приказал держать на подхвате патрон с пулей. Впрочем, посовещавшись, решили что таких «фашистов» вряд ли может быть много. Но оптимизма это добавляло слабо.

Вышли на забитую машинами набережную, пробираясь к мосту. Тут-то Даша и разжилась оружием. И сразу стало на пару порядков уютнее и спокойнее. К ним тут присоединились двое милиционеров, растрепанных, с пустыми пистолетами. Рассказали, что они из Смольного. Что там тоже не все было благолепно, начались ЧП, валом, с утра. Собралось все «руководство», долго что-то решали, а потом приняли самое верное решение – взять вертолеты и эвакуировать себя, драгоценных.