Грэхэм Мастертон - Дьяволы судного дня

— Как ты думаешь, есть способ изгнать его?

— Полагаю, Тейлор сможет дать нам ответ на этот вопрос. Если он все еще жив.

— О Господи, надеюсь, что это так.

Принесли мясо и поджаренные овощи. Наконец— то подали и вино — бутылку крепкого «Марго», после которого мне всегда хотелось спать. Я ел, потому что чувствовал голод, но любое движение челюсти давалось мне тяжело.

— А не можем мы просто выбросить сундук за борт? спросила Мадлен,

Я отхлебнул глоток вина.

— Думаю, можем. Но я не уверен, что дьявол утонет. А вдруг он расправится с нами до того, как мы его выбросим? Или после? И кроме того, нас могут остановить. Вряд ли никто не заинтересуется людьми, которые выбрасывают сундуки за борт.

Она положила свою вилку.

— Дан, я боюсь.

— У тебя есть для этого все основания.

— Я, правда, очень напугана. У меня предчувствие, что должно произойти нечто ужасное.

Я взглянул на нее сквозь рюмку с вином и ничего не смог на это ответить. Я не мог сказать, что положение дел изменится к лучшему, потому что оно, судя по всему, собиралось ухудшиться. И я не мог предложить никакого плана, чтобы избавиться от неприятностей. Все, чем я занимаюсь, так это тяну время, с ужасом ожидая, что Элмек, возможно, собирается принести нас обоих в жертву Адрамелеху. С какой стати ему соблюдать условия сделки, если он в любой момент может нас разрезать на куски с помощью магии, а мы будем бессильны что— либо предпринять?

Корабль двигался ровно, но вилки, тарелки, стаканы и графин позвякивали и дрожали из— за вибрации двигателя.

Позже мы стояли на палубе и смотрели, как постепенно вырисовывался перед нами размытый берег Англии семь утесов, которые еще называют «семь сестер», полого спускающиеся к пляжу и берегу Нью— Хэйвена. Наш корабль развернулся и пришвартовался кормой к узкой пристани. Вежливый голос по— французски пригласил пассажиров вернуться в свои машины.

Оба мы были угнетены и испуганы. Когда поднимались на палубу, где находились машины, и с неохотой уселись на свои места, ведь позади нас находился этот страшный багаж. Мы молча сидели и ждали, пока нас выпустят, и боялись даже оглянуться на темный медный сундук, где скрывался дьявол. Я чувствовал необъяснимую клаустрофобию на корабле, как будто тонны металла давили на меня со всех сторон.

Наконец мы выехали на причал и очутились невдалеке от доков. На улице стоял один из обычных серых дней, небольшой ветерок дул со стороны моря. Добродушно выглядевший таможенный служащий направил нас в свободный инспекционный отсек. Мы въехали в него и остановились.

Мадлен открыла окошко со своей стороны, и таможенник наклонился к ней. Это был сурового вида человек, с лицом типичного английского служащего. Он спросил:

— Сколько времени вы планируете провести в Англии?

— Я не знаю. Около недели, может быть две.

— Отпуск?

— Да, вы правы.

Он прикрыл глаза от света, чтобы отражение не мешало ему, и всмотрелся в багажник. Затем обошел машину и встал у моего окна. Я сумел выдавить на лице нечто похожее на улыбку. Скорее всего я выглядел так, как кот Сильвестр, когда бульдог Твитти вдруг появился в саду — с оскаленными зубами и злобно рычащий ( Сильвестр и Твитти — персонажи из популярного мультипликационного сериала ).

Таможенник спросил:

— Вы знаете, что попытка ввезти животных в Соединенное Королевство — серьезное нарушение?

Я кивнул головой, как идиот:

— Да, мне это известно. Что— то связанное с кроликами?

— Совершенно верно. Потрудитесь мне сказать, что находится в этой коробке.

— Коробке? А, вы имеете в виду этот сундук?

— Да, сэр.

— Ну, там всего— навсего несколько кусков и обломков я коллекционирую антиквариат. Там я держу также книги, парочку справочников. А в основном куски и обломки.

Таможенник сделал пометку в своей книжечке. Затем он ткнул в сторону отделения, где только что закончился полный обыск «Мepceдecа», принадлежащего немецкой паре. Он открыл рот, собираясь что— то сказать, но вдруг замешкался, посмотрев на меня еще раз, а потом огляделся вокруг, как будто что— то потерял.

— Все в порядке? — спросил я.

Он тряхнул головой, как бы пытаясь прояснить сознание:

— Да, сэр. Просто у меня ощущение, что я хотел что— то сказать, но забыл. Не могу вспомнить — что.

Я сжал зубы и оглянулся на Мадлен. Ни она, ни я не произнесли ни звука.

Таможенник сказал:

— Очень хорошо, желаю приятно провести время, — и налепил ярлык на ветровое стекло машины.

Я завел машину, и мы выехали из доков в город. Только тогда, когда не осталось ни малейшего намека на краны и портовые сооружения, я позволил себе вздохнуть облегченно.

Мадлен прошептала:

— Дьявол знал, что происходит! Ты понял, что он сделал с этим человеком? Он его опустошил!

Я быстро обернулся и взглянул на сундук. Я начал нервничать из— за него. Правое веко задергалось. Я не пытался и представить то, что на самом деле находится в сундуке. В спальне отца Антуана я уже видел достаточно, и мне не хотелось слышать дьявольское шуршание и шипящий злой голос.

Мы бесцельно ехали по улицам Нью— Хэйвена, которые не очень отличались от улиц Дьеппа. Везде красивые черепичные крыши на домах и ворота, окрашенные в бледные тона жилые дома и магазины.

— Что мы будем сейчас делать? — спросила Мадлен.

— Не знаю. Искать место в гостинице, я полагаю.

Она взглянула на часы.

— Думаю, что до этого мы должны узнать, где живет Тейлор. Бары сейчас открыты. Давай выпьем и перекусим чего— нибудь, а затем пойдем в местную библиотеку. Там наверняка есть справочник о священниках. И если Тейлор 'все еще жив, то его имя мы найдем обязательно.

Мы припарковали «Ситроен» на муниципальной стоянке и перешли на другую сторону, к большому бару с названием «Принц Уэльский», который пропах свежим пивом и жареными цыплятами. Мы сидели около окна, пили пиво и ели холодные бутерброды с сосисками. Бармен за стойкой был высоким худощавым парнем в форменной куртке, он держал в руке открытую банку пива и обсуждал достоинства А— 23 и А— 24, должно быть, речь шла о дорогах. Одно из увлечений англичан после крикета и планирования рабочего дня дороги. Когда вы увидите эти дороги, то поймете — почему.

После бара мы отправились на поиски библиотеки. Она находилась в маленьком кирпичом здании недалеко от стоянки. Судя по зашторенным окнам, можно было понять, что библиотека скоро закроется.

Библиотекарша нашла для нас справочник и положила его на стол с лицом многострадальной обезьяны, у которой полный рот уксуса. Мы проглядывали страницы быстро, как только могли, пока библиотекарша надевала свое пальто, застегивалась, натягивала перчатки, отряхивалась и выключала свет в дальнем конце читального зала.