Роберт Стайн - Зловещий лунный свет

— Нет! Ничего такого, — Даниелла смутилась. — И я не убегала от тебя, Кит. Я просто… бегала.

«Веселенькое дело!» Она вспомнила, что бегала вчера. Но совершенно не могла вспомнить — где. И почему.

У Даниеллы вырвался нервный смешок.

— Наверное, я сегодня просто немного дерганная из-за Билли, — объяснила она Киту. — Он странно ведет себя.

— Да, странно. — Кит нахмурился. — И я уверен, что знаю — почему.

«Как и я, — подумала Даниелла. — Готова держать пари, все дело в Ди. Он, должно быть, в ярости из-за того, что она так неожиданно ушла. Чуть было всех не подставила…»

— Ну все, детки! — прокричал Билли, большими шагами приближаясь к сцене. — Перерыв закончен. Пора работать!

Подхватив инструменты, участницы группы быстро заняли свои места.

Даниелла изменила слова в песне, которую написала ночью. А с утра поработала над музыкой. И вот теперь, сыграв вступление, она запела:

Я стою у окна,И смотрю на луну,Рыдая от тоски по тебе,Пытаясь дойти до тебя,Вернуться к тебе.

Шона подхватила припев.

Я плачу, и плачу,И плачу от любви.Я готова искать и искать,Но найти свой путь обратно к тебе.

Их голоса прекрасно сочетались. Высокий и чистый у Даниеллы и низкий, с хрипотцой — у Шоны.

Даниелла осталась довольна. Однако Мэри Бэт посчитала, что сама песня вышла какая-то слишком пресная.

— Чего-то не хватает — яркости, остроты… Страсти!

Даниелла рассмеялась.

— Ты бы слышала первый вариант текста! Там вместо «смотрю на луну» было «вою на луну», а вместо «готова искать свой путь» — «готова когтями проложить…».

Зеленые глаза Мэри Бэт загорелись.

— Вот! Самое то! Давай попробуем!

Изначальный текст до сих пор приводил Даниеллу в какой-то дискомфорт и замешательство. Но когда они с Шоной допели песню до конца, Каролина и Мэри Бэт одновременно вскинули руки с оттопыренными вверх большими пальцами, показывая ей, что они в восторге.

Даниелла, испытывая неловкость, только пожимала плечами.

Поработав над звучанием новой песни, они прогнали еще несколько старых и закончили «Зловещим лунным светом».

— Все! Полный порядок! — воскликнула Каролина по окончании репетиции. — Уж мы раскачаем Шейдисайд сегодня вечером!

— Отличная работа, Шона, — похвалила Мэри Бэт новую солистку. — Теперь мы станем лучшими из лучших!

Билли никак не отозвался ни о песне, ни об их исполнении.

— Начало шоу в девять, — хмуро объявил он. — Всем быть здесь к восьми.

«У меня есть два с половиной часа», — подумала Даниелла, планируя пойти домой, принять душ и поесть. Может быть, даже ненадолго вздремнуть.

Но сначала ей захотелось поговорить с Билли — выяснить, что его гнетет. Даниелла догнала его, когда он пересекал танцпол, направляясь к выходу из клуба.

— Билли!

Он остановился и обернулся, явно раздосадованный.

Даниелла сделала глубокий вздох и начала:

— Я знаю, у тебя забот — выше крыши… но… Билли! В чем дело? Что с тобой? — ее словно прорвало. — Ты такой злой! И вчера ночью был весь на нервах.

Билли молча смотрел на нее. В его глазах отражались красные и голубые огоньки от светильников, украшавших помещение бывшего склада.

Затем он облизнул губы, тяжело сглотнул…

И ничего не ответил. Он не сказал ей ни слова.

Вместо этого он повернулся и поспешил к выходу.

Даниелла вернулась в «Ред Хит» за несколько минут до восьми. Билли стоял, склонившись над Китом, занятым чем-то на сцене, и что-то втолковывал ему. Каролина и Мэри Бэт репетировали вступление к одной из песен.

— Привет всем! — прокричала Даниелла, проходя по танцплощадке к сцене. — Я-то думала, что приду первой, а вы, оказывается, уже тут.

Кит заулыбался. Мэри Бэт и Каролина тоже. Билли мельком взглянул на нее и отвернулся.

— Кто-нибудь видел, Шона пришла? — спросил он.

— Я пришла! — хлопнув входной дверью, к сцене торопилась Шона.

— Отлично, — сказал Билли. — Каролина и Мэри Бэт хотели поработать над каким-то куском вместе с тобой.

— Я готова, — Шона запыхалась от бега. — Только… моя бас-гитара… наверху. Сейчас… пойду принесу.

— Я принесу, отдышись — предложила Даниелла. Она держала в руках свое красное платье, висевшее на плечиках и закрытое целлофаном. — Я все равно иду наверх — отнести это.

— Спасибо. Она в большом сундуке, — сказала Шона.

— Сейчас вернусь! — крикнула Даниелла и начала карабкаться по металлической винтовой лестнице на чердак.

Внутри этого низкого помещения владельцы «Ред Хита» устроили пару комнатушек для переодевания. Остальное пространство чердака было завалено запасными лампами, проводами и прочим оборудованием.

Забравшись наверх, Даниелла выпрямилась во весь рост и задела головой лампочку под потолком.

Она повесила платье в ближней от лестницы раздевалке и пошла за гитарой Шоны.

«Шона сказала — в большом сундуке», — Даниелла осмотрелась в сумрачном пространстве чердака. Больших сундуков здесь обнаружилось целых три. Два из них были отодвинуты к дальней стене и покрыты пылью.

«Должно быть, здесь…» — Даниелла оглядела находившийся ближе всех третий сундук. Это был высокий, стоявший вертикально, черный сундук-кофр с тремя тяжелыми металлическими запорами сбоку.

Даниелла попыталась открыть их.

«Уф! Ну и жарища здесь», — она вытерла ладонью выступившие на лбу капельки пота.

Сундук был зажат между какими-то ящиками и составленными друг на друга металлическими стульями. Даниелла ухватилась за ручки сундука и попыталась выдвинуть его — иначе крышку не открыть. Невозможно.

«Что тут у Шоны кроме бас-гитары? Тонна кирпичей, что ли?»

Ящики оказались гораздо легче. В них были сложены цветные фильтры для прожекторов. Даниелла отставила ящики в сторону.

Затем, изогнувшись, потянула крышку, чтобы открыть сундук.

И заглянуть внутрь…

«Не-е-е-е-е-ет!»

Из сундука вывалилось тело Ди. Разорванное в клочья.

Глава 24

Билли знает

Куски тела Ди вывалились прямо на сандалии Даниеллы.

Даниелла попятилась. Она открыла рот, чтобы закричать, но из горла не вырвалось ни звука.

Футболка и джинсы Ди были изорваны и пропитаны кровью. Руки исполосованы длинными глубокими царапинами и порезами. Такие же следы виднелись и на ее шее. Как если бы животное пыталось порвать своими когтями ее горло.

Прижав ладони к лицу, Даниелла продолжала отступать. Она наткнулась на штатив микрофона, и тот свалился с громким металлическим лязгом.