Челси Ярбро - Хроники Сен-Жермена

— Но идут бои, мадам, и покидать замок опасно.

— Мне сказали, что в Ницце стоит пароход, уходящий в Шотландию. Я должна успеть на него. Поймите, должна.

— Мадам, по вашему поручению хозяин наведет нужные справки. Зачем вам лишний раз рисковать? — За безупречной вежливостью слуги скрывалась неподатливость камня.

— Граф так влиятелен? Он мне поможет? — В голосе беженки звучала мольба, диссонирующая с ее настороженным взглядом.

— Он сам решит это, мадам Кунст. Я передам ему все ваши пожелания. — В холле, там, куда не падал свет фонаря, царила кромешная темнота. — У вас в комнате достаточно свечей?

— Достаточно, да. — Ответ был резким, если не грубым. — Мне надо ехать. В Шотландию. Вы можете это понять?

— Я передам хозяину.

Женщина вскинула к подбородку крепко сжатые кулачки.

— Вы глупый лакей! — вскричала она гневно и осеклась. — Простите. Я так устала, что не владею собой.

— Да, мадам Кунст. — Голос слуги звучал ровно.

— Эта женщина, — спросила беженка, отворяя дверь в свою спальню, — без нее разве нельзя было обойтись?

Роджер только поджал губы, показывая, что никак не намерен обсуждать отношения своего хозяина с Мирель Бек.

— Впрочем, такие вещи время от времени происходят, я полагаю, — пробормотала, сдаваясь, мадам. — Высокородные живут по своим правилам, правда?

— Спокойной ночи, мадам Кунст, — ответил Роджер, закрывая за ней дверь. Убедившись по звукам, что подопечная разбирает постель, слуга повернулся и пошел обратно в гостиную, где, как он знал, его уже должны были ожидать.

Незадолго до рассвета Сен-Жермен обнаружил Джеймса в саду и молча пошел рядом с ним.

— Она кое-чему меня научила, — сказал журналист после длительного блуждания по садовым дорожкам.

Под ногами скрипел неприглаженный гравий. Джеймс, протянув руку, сорвал с заброшенной клумбы увядший цветок.

— Это не то, что я думал. — Сухие, как бумага, лепестки ломались в его пальцах.

— Но терпимо? — спросил как бы походя Сен-Жермен.

— Да, терпимо. — Американец издал смущенный смешок. — Терпимо. Вполне.

Они пошли дальше. Сен-Жермен покосился на небо.

— Через полчаса встанет солнце, — заметил он. — Вы еще не привыкли к нему, мистер Три. И пока не привыкнете, вам лучше сидеть под крышей.

— Угу. — Джеймс повернул к замку и с некоторой натугой сказал: — Мирель обещала через день-другой опять навестить нас. Но она ведь не….

— Она будет здесь ради вас, мистер Три. Я пока не нуждаюсь в ее услугах.

— Почему? — Джеймс облегченно вздохнул. — Вы решили очаровать австриячку?

— Какой вздор! Нет, конечно же нет. — Выразив свое отношение к реплике журналиста, Сен-Жермен счел нужным кое-что пояснить: — Но, если бы мне и впрямь захотелось воспользоваться ее… услугами, я бы дождался, когда наша гостья заснет, и пришел бы к ней, а наутро она ничего бы не помнила, кроме приятного сна. Со временем вы узнаете, как это делается, и поймете, что в таком варианте сближения тоже есть свои преимущества. Но мадам Кунст — темная лошадка. Я не знаю, зачем она здесь. Было бы неразумно входить с ней в интимную связь, чтобы не давать ей повода что-либо заподозрить. Она может проговориться кому угодно, что в любом случае нам навредит. Силы Сопротивления вполне могут прекратить на время отлов немецких прихвостней, чтобы заняться более древним видом охоты. Ибо весь мир в нас видит опасность, и вам не следует о том забывать. Мне бы совсем не хотелось покидать Монталье. — Он помолчал. — Я еще раз призываю вас, Джеймс, будьте предельно благоразумны.

— Вы назвали меня по имени? — удивленно вскинулся журналист. — Почему? Из-за Мирель?

— Не выдумывайте. — Сен-Жермен усмехнулся.

— До этого вы обращались ко мне по фамилии, — упрямо возразил Джеймс и выразительно глянул на графа.

— А вы вообще никак ко мне не обращались, — прозвучало в ответ.

Американец сморгнул.

— Просто… я не знаю, как мне вас называть.

— Разве? — Сен-Жермен кивком указал на боковой вход в замок. — Пройдем через кухню. Так будет короче.

Джеймс собрался открыть узкую дверцу, как вдруг его слуха коснулся отдаленный, но грозный и непрерывный гул. Подняв голову, журналист обшарил глазами небо и наконец заметил несколько самолетов.

— Не разберу, чьи они, — тихо сказал, он.

— Американские или английские бомбардировщики. Возвращаются с ночного рейда.

— Они забираются так далеко?

— Это бывает. Вы просто пока еще обращаете мало внимания на мир вокруг вас.

— Верно, — признал Джеймс, глядя, как граф задвигает щеколду. — К чему такие предосторожности?

— От любопытных. Жизнь аристократов весьма притягательна для местных крестьян. У них ведь мало каких-либо развлечений. Они очень угрюмые, скрытные люди, каждый из них за внебрачную связь забьет до смерти грешную дочь. Однако господа — существа другого полета. Нынешние крестьяне, как и их предки, даже гордятся похождениями своих феодалов и, если потребуется, готовы положить за них жизнь.

Они вошли в кухню. Роджер, потрошивший цыпленка, едва не выронил нож.

— Я и не знал, что вы выходили, — озадаченно сказал он.

— Джеймс прогуливался, а я ходил проверять ворота, — пояснил Сен-Жермен. — Возможно, тебе стоит покупать цыплят у мадам Саэжан. Мирель сказала, что она бедствует.

Роджер кивнул.

— Сегодня я загляну к ней. — Он наклонился и понюхал цыпленка. — Они теперь кормят птицу всяческой дрянью.

— Ты можешь разводить и выращивать цыплят сам.

— Нет, — возразил Роджер. — Лучше приобретать их. Такой поворот не понравится людям, а мы — иностранцы, не стоит о том забывать. — Он принялся ловко разделывать тушку длинным тяжелым ножом.

— А что мадам Кунст?

— Никаких новостей. Я никак не могу осмотреть содержимое ее саквояжа. Он слишком тяжелый, гораздо тяжелее, чем должен бы быть.

— Ладно. — Сен-Жермен повернулся к американцу. — Идемте, Джеймс. Роджер привык есть в одиночестве, не будем ему мешать.

Выйдя в зал, Джеймс осторожно заметил:

— Мне казалось, что Роджер тоже…

— Вампир? — спросил Сен-Жермен и ответил коротко: — Нет.

Явно желая кое-что выяснить для себя, Джеймс храбро продолжил:

— Но у вас такие тесные отношения. Похоже, вы знаете друг друга давно.

Сен-Жермен повернулся к высоким окнам, открывавшим вид на рассветные горы, и негромко сказал:

— Я и не говорил, что Роджер… не претерпел изменений. Просто он не вампир. Садитесь, пожалуйста, не смущайтесь. Роджер умирал, а потом ожил, но это не сделало его похожим на нас. Вы правы, мы дружим давно. Мы встретились в Риме.