Стефани Перри - Точка отсчета

- Это еще кто такие? - спросил он.

- Девчонка — новобранец S. T. A. R. S., отряд "Б", - сказал Вескер. - Не значимая. Мужчину не узнаю.

- Как думаешь, они были в поезде?

- Наверняка, - равнодушно отозвался командир S. T. A. R. S. Биркин почувствовал новый приступ паники.

- Что будем делать? - Вескер взглянул на него, приподняв бровь.

- В каком смысле?

- С этими! Она из S. T. A. R. S., а он Бог знает на кого работает. Что, если они сбегут?

- Не глупи, Уильям. Они не сбегут. Даже если бы комплекс не был заблокирован, тут все кишит зараженными. Они откроют пару дверей — и все, больше о них беспокоиться не придется, - мягкий тон голоса Вескера раздражал, но тут он был прав. Шансы на то, что кому-то удастся выбраться с объекта, приближались к нулю.

Они смотрели, как два нежданных гостя осторожно обошли комнату, одну из немногих в здании, в которой не оказалось зараженных, пистолеты были наготове, и они водили их дулами из стороны в сторону. После тщательной проверки девушка поднялась по парадной лестнице, остановившись на маленькой меж этажной площадке. Прямо перед ней висел портрет доктора Маркуса — и она, казалось, была удивлена увидеть его в таком месте, хотя, очевидно, и узнала ученого. Мужчина с татуировкой подошел к ней, и Биркин увидел, как тот вслух зачитывает текст с пластины под портретом...

”ДОКТОР ДЖЕЙМС МАРКУС, ПЕРВЫЙ ГЕНЕРАЛЬНЫЙ ДИРЕКТОР ”.

Биркин поежился, чувствуя себя неловко. Он ненавидел эту картину. Она напоминала ему о том, как в действительности началась его карьера в "Амбрелле" — не самое приятное воспоминание...

- Внимание! Говорит доктор Маркус.

Биркин подпрыгнул, оглядываясь кругом, глаза его широко раскрылись, а сердце заколотилось, норовя выскочить из груди. Вескер даже не вздрогнул, но сделал погромче звук на древней консоли для внутренней связи; по пустым помещениям и коридорам всего комплекса разносился голос человека, который умер десять лет назад.

- Соблюдайте тишину во время провозглашения девиза нашей компании. Послушание порождает дисциплину. Дисциплина порождает единство. Единство порождает силу. Сила есть жизнь.

Мужчина и девушка на экране тоже оглянулись вокруг в поисках источника голоса, но Биркин даже не взглянул на них. Нервничая, он схватился за плечо Вескера. Это была запись, та самая, которую они с Вескером в последний раз слышали, когда проходили обучение в комплексе.

”Где?... Кто?... ”

Вескер смахнул его руку с плеча, кивнув на экран с пропадающим изображением. Картинка замигала — и тут они увидели другое место и молодого человека. Биркин не узнавал эту комнату, но юноша, смотрящий на них с экрана, показался ему знакомым. Темноглазый, с длинными волосами, вероятно, ему было чуть за двадцать; и на лице его играла улыбка — резкая и жестокая, врезающаяся в душу, как тонкое, стальное лезвие в плоть.

- Кто ты? - спросил Вескер, определенно не ожидая ответа — в настройках системы отсутствовало воспроизведение звука...

Молодой мужчина засмеялся, звук его смеха лился по внутренней связи, словно шелест темного шелка. Невозможно — у него не было гарнитуры, и рядом не наблюдалось ни одного проводка системы связи... но все же они ясно его слышали.

- Это я выпустил Т-вирус в особняке, - сказал он, и голос его был холоден, как лед. Улыбка стала еще резче. - Стоит ли говорить о том, что поезд заразил тоже я?

- Что? - выпалил Биркин. - Зачем?

Бесстрастный голос молодого человека, казалось, стал ниже:

- Месть. "Амбрелле".

Он отвернулся от камеры, воздевая руки к теням. Биркин с Вескером склонились к монитору, пытаясь разглядеть, что делает этот странный человек, но видели лишь движение в темноте, и слышали звук чего-то, похожего на воду...

Молодой мужчина снова повернулся, взглянув на них, улыбка его стала хищной, и из теней за ним вышел высокий респектабельный мужчина в костюме и с галстуком; его седые волосы были зачесаны назад, лицо бороздили морщины, но его выражение не поменялось — властное, повелевающее. Это было то же лицо, что на портрете, украшающем холл.

- Доктор Маркус? - выдохнул Биркин.

- Десять лет назад "Амбрелла" убила доктора Маркуса, - сказал юноша, и в голосе почти пробился рык. - И вы помогли им. Не так ли?

Он снова засмеялся этим своим мрачным шелковистым смехом; смехом, который не сулил пощады. Биркин и Вескер, ошеломленные, в полной тишине, смотрели на ясно различимого, живого человека; человека, смерть которого они лично видели десять лет назад.

Молодой мужчина запел, и множество его детей отвернули камеру, манипулируя приборами, позволяющими транслировать его голос. Он сказал все, что хотел, по крайней мере, на данный момент; ему еще предстояло многое сделать и много решений принять. События разворачиваются и всегда развиваются в новых направлениях. Он запел более медленную песню, и образ Маркуса, как и его тело, распался, превращаясь в его детей. Они собрались у его ног, и забрались наверх по его телу, лаская и боготворя его. Ожидая его решения.

У него не было иных планов, кроме уничтожения "Амбреллы". Он использовал и собирался продолжить использовать любые средства, попадающиеся по пути: вирус, пиявок, поддельных людей, таких как Маркус, которых могли создавать его детища; он намеревался участвовать в бенефисе Альберта и Уильяма, и после его выступления их мысли, определенно, были спутаны, а сами они были испуганы.

Молодой мужчина улыбнулся. Забавно, что из всех людей именно они станут свидетелями краха. При определенном везении у него будет возможность наблюдать их кончину, стоять рядом, как они стояли когда-то, без жалости смотря на своего наставника, бьющегося в последние минуты агонии... Впрочем, их смерти не будут иметь никакого значения на фоне разворачивающейся грандиозной картины. Что действительно важно — это то, что уже очень скоро "Амбреллы" не станет.

Он задумался о мужчине и женщине с поезда, о том, как он мог бы их использовать сейчас, когда они добрались до комплекса. Сперва он хотел убить их, чтобы они не могли помешать его планам, но это показалось напрасной тратой времени; к тому же, сейчас "Амбрелла" стала и их врагом тоже. Они будут сражаться за свои жизни, за свободу — и если им повезет в этом, немедленное привлечение внимание к катастрофе гарантировано, а это, фактически, вобьет последний гвоздь в крышку гроба "Амбреллы". Уничтожение лабораторий, убийство сотрудников не дало бы такого эффекта — компания отстроила бы новые здания и наняла новых работников. Но как только внимание международной прессы сосредоточится на "Амбрелле", от нее останутся только руины... И весь мир наконец-то узнает его имя.