Джеймс Герберт - В плену у призраков

— Это пока еще не установлено, — резко ответил Эш. — Так как долго, мисс Вебб?

— Уже несколько лет, да, многие годы.

— В таком случае почему только сейчас вы решили провести исследование?

И вновь за нее ответил Роберт.

— Ну… видите ли, до недавнего времени этот… феномен, так сказать, являлся только няне Тесс. А теперь все мы стали его свидетелями.

Саймон зажал руками рот, пытаясь подавить смешок.

— Это что, шутка? — обернувшись к нему, поинтересовался Эш.

— Простите, пожалуйста, моего брата, — извинился за Саймона Роберт. — У него манера все превращать в шутку.

— Не у меня одною, — быстро отреагировал Саймон.

Старший брат никак не отозвался на его слова.

— Вы ведете себя невежливо по отношению к нашему гостю, — проворчала няня Тесс.

— Совершенно справедливый упрек, няня, — с улыбкой сказал Роберт и повернулся к Дэвиду. — Боюсь, няне Тесс пришлось многое испытать от наших глупых шуточек еще со времен нашего детства Иногда я удивляюсь, как ей удается терпеть нас столько лет.

— Кому-то нужно было это делать, — тихо, словно про себя, пробормотала няня Тесс — Кому-то… — она снова опустила взгляд в свою тарелку, как будто увидела там нечто интересное.

Эш тоже попытался приступить к завтраку, хотя аппетита совершенно не было.

— Вы сказали, что теперь вам всем пришлось повстречаться с тем, что вы называете призраком молодой девушки.

— И не однажды, — ответил за всех Роберт. — И все мы видели ее в разных концах дома. Но только няня встречала эту бедную неприкаянную душу за пределами особняка.

— Почему вы называете ее «бедной»?

— А разве не таковы все они? Одинокие души, которым при тех или иных несчастливых или даже трагических обстоятельствах пришлось покинуть бренные тела. Я помню, что где-то даже читал об этом.

— Это общепринятая теория.

— Но вы с ней не согласны, — впервые за все утро подала голос Кристина.

Свет, проникавший сквозь высокие окна за ее спиной, по мере того как разгорался день, становился все ярче и окрашивал волосы девушки в ярко-рыжий цвет. Глаза ее искрились смехом; Эш уже начал привыкать к такому их выражению и подумал, уж не подшучивает ли она над ним.

— Я готов поверить, что эмоции, испытываемые некоторыми психически слабыми людьми в момент смерти, могут быть настолько сильны, несмотря на боль, моральную травму или шок, что оставляют после себя некое впечатление. Послеобраз, если хотите. И требуются многие и многие годы, чтобы он рассеялся навсегда. — Он перевел взгляд с Кристины на Роберта. — Предполагаю, что Эдбрук тоже имеет свою историю. Он всегда находился во владении Мариэллов?

— В этом доме жили многие и многие поколения Мариэллов, мистер Эш, — сказал Роберт. — Фактически со времени его постройки — с шестнадцатого века.

— Тогда, возможно, вам известно…

Роберт не дал ему закончить фразу.

— Мариэллы во все времена предпочитали забывать о своих несчастьях. Насколько я знаю, ни одна трагедия, когда-либо случившаяся в Эдбруке, не нашла отражения в семейных анналах. В жизни нашего поколения тоже произошло несчастье — наши родители погибли, когда мы были еще совсем детьми. Но это был несчастный случай, и произошел он далеко отсюда.

— Быть может, кто-то из гостей или слуг умер в доме при трагических обстоятельствах?

— Ах, были времена (и какие!), когда в Эдбруке работали слуги. А теперь все заботы о доме полностью лежат на няне Тесс. Она прекрасно с ними справляется…

Тетушка, наливавшая в этот момент чай гостю, казалось, была не слишком-то польщена этим комплиментом. Она поставила чашку перед Эшем, которого поразили ее молчаливость и явное нежелание принимать участие в разговоре.

— Однако о каких-либо убийствах или самоубийствах гостей или слуг Эдбрука мне ничего не известно, — закончил Роберт.

— Никого бы не удивило, если бы в таком доме, как Эдбрук, где-нибудь в шкафу была припрятана парочка скелетов. — Эш добавил в чай молоко и продолжил: — Хорошо бы все-таки узнать, кем была эта девушка.

Кристина, положив руки на стол, наклонилась вперед.

— Значит, вы верите, что этот дом посещает призрак?

— Вполне возможно, что здесь задержалось визуальное представление о ком-то, кто прежде жил в этом доме. Вероятно, что именно его я видел прошлой ночью. Своего рода видение.

— Это что, синоним слова «привидение»? — пренебрежительно спросил Саймон.

— Нет, это то же самое, что и «образ», — ответил Эш, оглядывая сидящих за столом. — Совсем не обязательно это может быть привидением в том смысле, какой вы вкладываете в это слово. Сегодня утром, чуть позже, я хочу, чтобы каждый из вас…

Няня Тесс вскрикнула. В руках у нее была кастрюля с тушеной требухой с клецками, крышка от которой вместе с кучкой требухи и перца лежала сейчас на ее тарелке. Саймон и Кристина расхохотались, а когда няня Тесс начала чихать, хохот стал поистине неудержимым. Даже Роберт улыбнулся и хихикнул.

Эш переводил взгляд с одного на другого и чувствовал себя совершенно сбитым с толку этой детской выходкой.

Взгляд его задержался на Кристине, и она тут же заметила это. Веселье ее немедленно испарилось. Она взглянула на братьев, словно ища у них поддержки, но они, казалось, этого не заметили.

Эш не сводил с нее глаз, но она избегала смотреть в его сторону. Интересно, почему?

12

Через вращающуюся дверь Кейт Маккэррик вошла в Институт экстрасенсорики, пожелала доброго утра сидевшему за барьером вахтеру и по пути взяла у него кипу писем и пакетов. Она просматривала их, поднимаясь наверх в свой офис, то и дело здороваясь с коллегами.

Войдя в кабинет, она бросила всю кипу на стол, сняла шарф и пальто и повесила на вешалку за дверью. Усевшись поудобнее, она быстро пролистала журнал регистрации заказов, другой рукой подняв телефонную трубку и нажимая кнопку «О».

— Дженни, Дэвид Эш пытался связаться со мной сегодня утром? — спросила она. — Нет? Тогда выясните для меня, пожалуйста, номер телефона.

Продиктовав фамилию и все данные Мариэллов, она положила на рычаг трубку и принялась вскрывать свежую почту.

В то же самое время в библиотеке Эдбрука Дэвид Эш заново устанавливал, на треногу «Полароид», стараясь не задеть тонкие провода, соединяющие фотоаппарат с другими высокочувствительными приборами.

Роберт, сцепив за спиной руки, следил за его работой, и, казалось, она его немало забавляла.

— Примерно здесь? — спросил Дэвид, обернувшись и желая уточнить, правильно ли он выбрал место.