Георгий Бадашвили - Спасение Души. Возвращение

Серафим положил руку на свою грудь и замер с сосредоточенным лицом. Я спросил Мэта: «Что происходит?» Мэт, как и большинство Связующих, сенсорика которых была хорошо развита, видел намного больше, чем другие. Для них это был самый настоящий магический спектакль. «Диссидия достаёт частичку своей эссенции и помещает его в раненного парня», – прошептал мне на ухо Мэт.

Я пригляделся повнимательнее. В руке у серафима появился голубой как полуденное небо сгусток света, который тот приложил к груди инквизитора и осторожным движением вдавил его внутрь. Словно растекающаяся вода, голубая эссенция серафима заструилась по всему телу. Раны стали медленно затягиваться.

Нельзя полностью уничтожить душу или создать её с нуля. Ничто не появляется из ниоткуда и ничто не исчезает в никуда. Всегда остаются следы, маленькие обрывки души, по которым, словно гигантскую головоломку, ангелы восстанавливают целостность души, используя собственную эссенцию для восполнения недостающих фрагментов. И чем сильнее искусство ангела и его преданность этому делу, тем больше у него шансов спасти смертных, чьи души были повреждены. Одним из таких являлся серафим архангела Габриэля – Уриэль.

После того как серафим встал, Беккет в знак уважения склонил голову и спросил: «Почтеннейший, почему вас не было так долго и куда ушли серафимы Уриэль и Задкиэль?» Диссидия пристально посмотрел на Беккета, прежде чем ответить:

– Были осложнения. К счастью, всё уже позади… Серафим Уриэль в Подземном Городе сейчас. Там много пострадавших и погибших – работа как раз для него. Дела же серафима Задкиэля вас не касаются, – Диссидия сделал небольшую паузу и посмотрел сначала на Нину, затем на Мэта. – Вам благодаря оплот защиты человечества всё ещё стоит. Вы многих спасли сегодня.

Мэт сделал пару шагов вперёд и спросил серафима:

– Это ведь был Он, не так ли?

– Вы правы, Видящий Вар Луаф. Это был он – архдемон Баал. Принц лжи и манипуляций… Удивлён я. Вы смогли не только его разглядеть, но и распознать.

– Как же такое возможно, что сам архдемон стоял рядом с нами, а мы даже не почувствовали его? – удивилась Нина.

– Уместен ваш вопрос, Дракич Нина. Но стоит учитывать факт тот, что это был не простой Падший, а сам Принц Лжи и Манипуляций. Мастер своего дела он. Нет в этом равных ему. Он мог бы тысячу лет жить среди людей, а вы так и ничего не заподозрили бы, – Диссидия посмотрел на меня.

– Я был рядом с ним почти всё время, – немного замялся я. – Однако теперь я, кажется, начинаю понимать, когда Баал захватил власть над Николасом. Примерно час назад мне показалось, что аура капитана потухла, а затем снова зажглась.

– Скорее всего правы вы, Льюис, – подтвердил Диссидия.

– Но что ему было нужно и как вы не смогли предвидеть такое массивное вторжение?! – протестующе выкрикнул Алекс.

Я не знаю, чувствуют ли ангелы вину так же, как её чувствуют люди, но лицо серафима в тот момент стало виноватым.

– В засаду мы попали. Я брата близкого потерял…

С этими словами серафим отвернулся и медленно направился к раненым Связующим. Беккет повернулся ко мне: «Я не знаю кто вы и что вы… по крайней мере, кто вы теперь, но вы явно не тот человек, на которого у нас досье. Вы враг демонам, и вы друг ангелам и к тому же, как мне рассказали мои инквизиторы, вы многих сегодня спасли. От имени всех филиалов и подразделений Смертного Легиона приношу вам свою благодарность», – без запинки отчеканил он. Казалось бы, что такому скользкому чиновнику как Беккет такое было не по силам, но он всё-таки поблагодарил меня и думаю, что он был искренен.

Часть VI: Последствия

Нина и Мэт заставили меня лечь в лазарет, но я не запомнил, где он находился и как мы туда добрались. Лежа на неудобной раскладной кровати и глядя в потолок, я наслаждался полнейшей тишиной. Я почти забыл, каково это. Всё моё тело болело. Мои руки были забинтованы. Рядом со мной спал Алекс с шиной на ноге, посапывая как младенец.

Отдохнув некоторое время, я кое-как встал и вышел из комнаты. Первые шаги дались мне с трудом; покачиваясь, я вышел в коридор. Здесь царила суматоха, но не такая, как при вторжении. Суматоха была оживлённой, целеустремлённой и одушевлённой. Люди бегали из коридоров в коридоры и с этажей на этажи, будто муравьи, выполняющие отведённые им функции. В этом была своеобразная бюрократическая красота. Все занимались своими делами, пытаясь спасти как можно больше людей и приготовиться к переходу в реальный мир. В данный момент я был лишь обузой.

Я знал, что мы с инквизиторами спасли большое количество людей, но выживших оказалось куда больше, чем я предполагал. Со всех сторон мигали аварийные лампы. Кажется, кто-то смог починить запасной генератор. Этаж, на котором я находился, своими узкими и строгими коридорами был похож на подлодку. Из громкоговорителя раздался синтетический голос компьютера: «Внимание! Внимание! Угроза: хаос пять. Статус: миновала. Приготовиться к толчку в реальный мир. Время: 120 секунд».

Тут я заметил Мэта, который сломя голову нёсся куда-то. Я еле успел поймать его за рукав: «Мэт, что происходит?» Мэт скорчил недовольное лицо, но дал мне знак следовать за ним и начал объяснять на ходу: «Разве тебе не сказали отлёживаться и не мешать? Ладно… Барьер возвращается в нормальное состояние. Нам нужно удостовериться, что всё, что можно было сделать и исправить, доделано и исправлено. Нужно подготовить пресс-релиз, состряпать алиби, составить доклады и тому подобное». Синтетический голос прервал Мэта: «Объект: земной барьер; статус: восстановление; время: 60 секунд».

Попадавшиеся Мэту на ходу сослуживцы закидывали его вопросами, большинство из которых изобиловало незнакомыми мне техническими терминами. У меня появилось такое чувство, что мы находимся в научно-фантастическом фильме. Мэт быстро им отвечал, не сбавляя шагу. Я плёлся позади него, и не буду врать, меня охватывала зависть. Как многого он достиг! Мэт начал с нуля. Даже ниже нуля, а теперь вон какая у него власть. Ни секунды нету свободной. Все обращаются к нему за советами, и спрашивают его как лучше поступить, а в голосах их сквозит уважение. Все вокруг словно были шестернями механической машины, которая работала лишь благодаря моему другу. Он был лидером… чувство зависти понемногу сменилось на гордость. Я был рад, что мой друг так многого добился. Что благодаря ему был спасён целый Подземный Город.

Я был не совсем уверен на каком мы этаже, но в конце концов мы оказались в огромном зале, полном дорогостоящей электроники. Повреждения не обошли его стороной: с потолка свисали провода и шнуры, а каждый второй экран, лампа и монитор были сломаны. Несмотря на это, я всё же ощутил величие этого места. Это был самый настоящий командный центр этой организации. Судя по выводимой на экраны информации, отсюда курировались почти все полевые операции, а также секретные миссии, слежка и сбор данных по всему миру. Если верхний этаж небоскрёба своего рода лицом, а Подземный Город сердцем, то этот командный центр был мозгом всей организации. Мэт с не свойственной ему театральностью раскинул руки и сказал: «Добро пожаловать в командный центр Подземного Города».