Алина смирнова - Игра Луны

Она просидела около двух часов. Пока вдруг за спиной не раздался громкий и радостный голос:

— А у тебя красивые волосы! — Аманэ никогда еще не вытаскивала меч с такой скоростью. Еще секунда и холодное лезвие оказалось у горла мальчишки.

Он был таким обычным и в тоже время достаточно симпатичным для подростка. Конечно ни Ики-доно с его божественной красотой луны. Нет, этот мальчик был обычным. Аманэ вдела таких сотни в столице. Угловатое лицо, пухлые губы, растрепанные каштановые волосы и красивые карие глаза. А еще он был очень добрым, его ярко голубая аура сияла перед Аманэ так отчётливо, она на секунду подумала, что расплачется.

— Да и меч! Красивые волосы, сама красавица и еще с мечом! Ты одна из тех девушек самураев, да? О вас ходят легенды в деревнях… я мечтал хотя бы глазком взглянуть на одну из вас…

Аманэ выдохнула от неожиданности, легких у нее не было, но их учили, как имитировать человеческие эмоции и действия.

— Ты что, совсем дурак? С лезвием у собственного горла продолжаешь мной восхищаться? Ты вообще нормальный?!

— Меня зовут Акирацу, а твоё имя?

Аманэ долго всматривалась в его глаза, но не видела в них ни тени страха, потому убрала меч в ножны.

— Аманэ. Убирайся отсюда и не мешай мне…

Он аккуратно забрался на крышу и сел рядом с ней, рассмеявшись и игнорируя ее грубость:

— Давай спускаться! Бабуля приготовила вкуснейшие токояки и бобовое мисо! Вас наверное таким не кормят в вашей школе самураев?

«Школе самураев? Что за чушь несет этот юноша?»

— Нет никакой академии. Если я ношу меч, это не значит… что я самурай, открою тебе тайну: я и мне подобные… не самураи…

Глаза юнца испуганно расширились, но все же он выдавил:

— Так кто же вы? Красивые девушки с мечами?! — и рассмеялся снова разряжая обстановку.

Аманэ подумала, что раз уж все равно первоначальный план провалился — следить за деревней из укрытия и не открывать себя, стоит подобраться поближе и выяснить все изнутри. И мальчонка казался ей слишком интересным. Аманэ не умела определять возраст людей, но юнец был выше ее и уже имел небольшую щетину, ему больше шестнадцати. Но он выглядел таким худым.

— Нет, мы убийцы. Ладно уж… как тебя там… Акирацу, пожалуй приму твое приглашение на ужин.

Она спрыгнула вниз с крыши, в одно мгновение оказавшись уже на земле. Парень смотрел на нее восхищенным взглядом. Аманэ знала, что это за взгляд. Их учили. Жрецы говорили им, как мужчины смотрят на них. Но почему-то его взгляд не был ей противен, как в большинстве остальных случаев на миссиях. Когда ей приходилось охмурять тупых толстосумов своей внешностью, заводить их в темные подворотни и вырезать им кишки. Нет, взгляд этого мальчишки нравился ей, в нем не было ничего плохого, лишь свойственная людям наивность. Мечницы Асудзима не могли позволить себе юношеской наивности, как и детства… как и нормальной жизни, семьи и жизни, как у людей. Только сейчас с грустью в сердце золотоволосая воительница думала, что им запрещено жить… она дождалась мальчишку, и он повел ее в маленькую хибарку, где жили его дед и бабка. В доме практически не было мебели, огонь разводили на само сконструированной печке, в центре стоял столик, маленькие кровати. Они еле-еле сводили концы с концами. Лишь продажа риса приносила им деньги на которые они питались. Аманэ не понимала, что это значит — жить в впроголодь, потому, что мечницы Асудзима от природы лишены желания есть и пить, и вообще их лишили всякого желания, кроме как тренироваться и выполнять миссии. Поэтому даже такая жизнь, со стороны казалась Аманэ каким-то недостижимым идеалом счастья.

Она поклонилась, бабка подумала, что ее внук наконец привел в дом невесту и расплакалась от счастья. Акирацу при этом грозно покраснел до ушей. Аманэ же спокойно объяснила, что она всего лишь путница и надолго не задержится. Дед же просто улыбался и усадив ее напротив себя, стал задавать разные вопросы о жизни за пределами деревни. Аманэ лишь молча кивала в ответ. «Тихоня».

«Я ведь ничего не знаю об этой самой жизни…» — подумала девушка, но снова удивилась, какая теплая и уютная атмосфера в этом маленьком домике, она будто бы даже кожей ощутила это душевное тепло и любовь между внуком и его стариками.

«Одна судьба на всех… одна дорога. Один конец. Сражаться и умереть в сражении или же стать жертвой лунного проклятия» — вспомнила Аманэ уроки старейшин.

У них нет другого пути. У них одна судьба. У нее и ее сестер. Возможно Ики и «Черный Скорпион». Вот у кого в клане будет другая судьба, потому что они особенные. Лунные дети, помеченные самой судьбой и невероятно сильные. Смерть пожалуй поцеловала их еще при рождении и наградила силой избегать самой себя.

Бабушка Шири предложила девушке заплести ее длинные волосы, Аманэ позволила, а потом она села ужинать с ними. Дед рассказывал забавные истории из своей молодости, Акирацу весь пунцовый не сводил глаз с Аманэ. Еда и правда была вкусной, бабушка отлично готовила. За секунду до того, как Аманэ почувствовала себя плохо, она успела подумать: «Вот бы так было всегда… ведь это жизнь которой я всегда хотела. Жизнь в которой есть смысл…»

Асур буквально ощущала блеск аур любви и уважения между членами этой семьи. Она успела попросится на воздух и забежать за сарайчик с полевыми инструментами до того, как ее вырвало. У асуров нет внутренних органов кроме сердца, а перерабатывать человеческую пищу в полезную энергию для тела, как это делала Кайра, она не умела. Из глаз брызнули изумрудные слезы.

Но Боги плачут…

— Что с тобой? — сердце Аманэ ёкнуло, Акирацу стоял позади.

— Убирайся! Не смотри на меня!

— Ты плачешь? — он подошел и обнял ее и вопреки всей своей силе, Аманэ не могла оттолкнуть его. — Не плачь… умоляю. Бабуля с дедулей так счастливы, у них давно не было гостей. Ты можешь остаться с нами, Аманэ? Быть со мной? Помогать бабуле по хозяйству?!

Аманэ сильнее прижималась к нему, еще сильнее. Но с каждым его словом, ее рыдания становились сильнее. Она поняла смысл задания.

— Я не могу остаться с тобой. Я не такая как вы… я не могу есть или спать… я могу только эмитировать человеческие эмоции. У меня нет жизни, я служу воле клана… и от нее нельзя так просто убежать.

«Так вот чего хотели старейшины… они знали. Знали, что я начала сомневаться и задумываться, а правильно ли мы поступаем».

— Я уверен, что смогу тебя защитить, я сильный! И вообще тебе не обязательно возвращаться в эту свою академию! Я был там, у границ… собирал травы и цветы для лекарств, там плохое место и я уверен, что туда не следует больше ходить. Дед рассказывает там водятся призраки! — и тут Аманэ поняла, что не может вымолвить не слова, он сейчас назвал еще одну причину… причину, по которой они прислали ее сюда.