Татьяна Талова - Шестая организация

   Сошлись на последнем варианте, предварительно связав преступнице руки и ноги. Впрочем, за весь долгий путь она не очнулась. Кертес поначалу бодрился, но в итоге я въехал в Каас с двумя бессознательными телами в машине, ночью, за час до рассвета, как какой-нибудь маньяк.

   - Подъем! - скомандовал я, подъезжая к зданию Шестой организации.

   Отреагировал только Кертес.

   - По-прежнему без сознания, - товарищ вытащил девушку из машины и покачал головой. - Но вроде дышит.

   - Лин наверняка еще не спит, несем сразу к ней...

   Появление в здании оперативника с юной девой на руках и трупа с косой удалось оценить лишь ночному сторожу, да паре припозднившихся сотрудников, поднимавшихся из тренажерного зала.

   Больничное отделение оказалось закрыто, пришлось звонить доктору. Как оказалось, Лин не спала, а в спокойной обстановке работала над диссертацией, и через минуту уже появилась. Через две - примчался Макс.

   - Так, это и есть таинственный убийца вампиров? - скептически оглядев тело, спросила Лин. - Пока что не впечатляет.

   - Ее не могли засечь вампиры с их чутьем, а стражники понятия не имеют, как она проникла в закрытый квартал, - сказал Кертес, укладывая девушку на один из столов.

   - А еще мы не знаем, зачем она убивала вампиров, - добавил я.

   - И она таскала собой косу и представлялась Смертью...

   - Первая фраза была самой интересной, - фыркнула Лин. - Так, уходите... Сочинять отчет и спать, а то Нэль скажет, будто я вас специально здесь задержала.

   - Лин! - Кертес пощелкал пальцами перед ее носом. - Она вампира убила, слышишь? Одного, а второго ранила так, что он до сих мало на что способен.

   - Вот и разберусь, почему, - не поняла Лин.

   - Идите, - вздохнул Макс. - Ничего эта... смерть не сделает. Я же останусь тут.

   Отчет я составил сам, великодушно отправив Кертеса дрыхнуть, а затем, потратив час на попытки вникнуть в чтение, все-таки вернулся в госпиталь.

   Ни Лин, ни Макса я там уже не нашел. Вместо них за рабочим столом сидел хмурый Грай, уставившийся на экран ноутбука и изредка прихлебывающий что-то из огромной кружки. На мое появление он отреагировал, отставив кружку и флегматично кивнув на соседний стул, и пару раз дернул резинку на запястье, не отрывая взгляда от экрана.

   Технарь пожаловался, что врач оставила его здесь в рамках проходящего тестирования, наблюдать за пациенткой при помощи камеры, установленной в закрытой палате. Девушка лежала на койке, по-прежнему не подавая признаков жизни.

   - Ты что-нибудь в этом понимаешь? - спросил я, кивнув на окошки программ, занимающие половину экрана.

   - Мозговая активность, пульс... еще что-то... не знаю, что где, но должен сработать звуковой сигнал при каком-либо нарушении, - Грай поднял руку, предвосхищая следующую фразу, - Лин заверила, что ничего сложного здесь нет. - Он посмотрел на меня и добавил: - Мне все равно сегодня запрещено спать. Я же сказал, тестирование!

   У него была замечательная особенность предвидеть реакцию собеседника и отвратительная привычка тут же отвечать на непроизнесенный вопрос. Фактически, он мог разговаривать за двоих. Из принципа я не стал спрашивать о сути тестирования, и Грай незамедлительно меня просветил.

   - Новый препарат, - он повертел в руках кружку. - По идее, надобность во сне отпадает на три-четыре дня, и при этом не должна понижаться работоспособность, как при бессоннице. Химики не спят всем составом, но для чистоты эксперимента понадобилось хотя бы десять человек, и я согласился... На самом деле...

   - Грай, а какая завтра будет погода? - перебил я. Парень замолк, непонимающе нахмурившись.

   - Ага, сбой системы! - обрадовался я. - И что? Побочные эффекты ожидаются? Я слышал, при бессоннице может развиться шизофрения.

   - Завтра к вечеру будет ясно, - усмехнулся технарь, потирая запястье. - Но я под наблюдением и не планирую продолжать эксперимент долго.

   - Самое сложное - найти какое-нибудь дело на восемь часов, - авторитетно заявил я.

   - Не то слово, - вздохнул технарь. - Благо, на сегодня меня озадачили...

   Я взглянул на экран.

   - Как собираетесь выяснять, что с ней? Мне показалось, она явно не в себе.

   - Ты знаешь, - Грай вздохнул, - ее организм действительно был очень слаб, но Лин ввела какие-то витаминизированные растворы и утверждает, что сейчас все в норме. Только вот амнезия...

   - Это и так было понятно, - поморщился я. - Раз она даже имени своего не знает. Так что будете делать?

   - Ждать, пока она проснется, и говорить с Моэмом, - пожал плечами Грай. - Пусть применяет гипноз...

   Вопрос о том, как девушка попала в вампирский квартал незамеченной, оставался открытым, как и причины, по которым она взялась убивать вампиров, и раз Грай не торопился рассказывать, значит, никаких догадок у специалистов не появилось.

   Грай молчал, раскачиваясь на стуле, и казался абсолютно умиротворенным, если бы не руки.

   - Зачем ты это делаешь? - не выдержал я. - Такая нервная работа, или бросаешь курить?

   - Бросал, с тех пор и привык. Оказалось, полезно... Знаешь о методиках быстрого чтения? - спросил техник. Конечно, я не знал, а он продолжил и без моего ответа. - Там рекомендуют стучать по столешнице, читая текст, и проговаривать фразы под определенный ритм. А столешницы или еще какой поверхности под рукой может и не быть.

   - Поэтому ты решил добиться незаживающей ссадины на собственном запястье, я понял. И ты молчишь.

   - Я под этот ритм думаю.

   Грай не уловил сарказма. Дурная, на мой взгляд, привычка стала частью его жизни, боль он уже почти не чувствовал, а во время дерганья прокручивал в уме различную информацию, решал уравнения и читал стихи.

   - А как ты проводишь время по ночам? - поинтересовался техник.

   - В последнее время читаю, - я пожал плечами. - До того как-то все времени не находил... Фильмы смотрю... Сейчас, наверное, стану в тренажерке пропадать...

   - Читаешь?.. - Грай задумчиво почесал лоб. - А вот... с языками знаком?

   - То есть? - не понял я. - Если надо, со всеми объяснюсь...

   В пределах одного лишь Восточного союза насчитывается около полусотни диалектов, впрочем, не слишком сильно отличающихся друг от друга. Подобная ситуация обстоит и в Южном союзе, и в Западном, но, в принципе, понять иностранцев не составляет особого труда - различия языков состоят не столько в лексике, сколько в произношении, под которое выделяют огромное количество времени в любой школьной программе. Сложнее всего дело обстоит с союзом Океания, но, главным образом, из-за специфических морских терминов, употребляемых жителями островов.