Джон Руссо - Полночь

Нэнси проснулась за несколько минут до рассвета. Она провела ночь, свернувшись калачиком в просторном спальном мешке, который ей любезно одолжил Том. Утро выдалось сырым и холодным, и нейлоновая оболочка мешка блестела от обильной росы. Том и Хэнк еще спали в двух других мешках возле потухшего костра.

Легко выбравшись из своего «кокона», Нэнси медленно побрела к лесу, с осторожностью ступая по высокой влажной траве. Довольно долго она искала нужную тропинку, но наконец все же вышла на берег реки, где они с Томом сидели накануне вечером. Зябко поежившись, девушка присела возле самой воды, рассматривая свое зыбкое призрачное отражение в ее поверхности. Волосы у нее были спутанные и отсыревшие, и больше всего ей сейчас хотелось принести сюда расческу, массажную щетку и полотенце, чтобы умыться и привести голову в божеский вид. Но она все еще так и не решила, оставаться ли ей с ребятами или продолжать путешествие в одиночку. И, задумавшись об этом, Нэнси стала медленно бросать в воду гладкие круглые камешки, которыми был усыпан пологий пустынный берег.

Тем временем Том и Хэнк все еще крепко спали у костровища и не слышали звука шагов, приближающихся к ним со стороны леса. Наконец от ударов тяжелыми коваными сапогами по ребрам они проснулись, дернулись в застегнутых до подбородка спальных мешках и с ужасом увидели над собой зияющие дула крупнокалиберных полицейских револьверов. Оказывается, их сладкий сои был нарушен двумя блюстителями порядка, не придумавшими ничего умнее, чем сразу тыкать в лицо оружием.

— Спокойно, щенки! — рявкнул один из них. — Никаких резких движений! И держите руки у нас на виду.

— Если любой из вас попытается достать что-нибудь из спального мешка, — добавил второй, — я не буду ждать и любопытствовать, что это, а тут же разнесу вам обоим головы. Вы меня поняли?

— А в чем, собственно, дело? — дрожащим голосом спросил Том. Он решил уже, что речь идет, скорее всего, об украденных из магазина продуктах.

— Заткнись, ублюдок! — прорычал первый полицейский и угрожающе ткнул ему в шею стволом револьвера.

Неожиданно второй полицейский резко ударил Хэнка носком сапога в живот, отчего тот вскрикнул и согнулся пополам, задыхаясь от боли. Оба «стража закона» разразились довольным хриплым хохотом.

— Вот и раздавили клопа! — ухмыльнулся один из них, что вызвало у его напарника еще больший прилив веселья.

Том, не мигая, смотрел на них широко раскрытыми от страха глазами. Тот полицейский, что стоял над его головой, был высок, крепкого телосложения, а выражение его злых маленьких глазок и плотно сжатые тонкие губы не сулили ничего хорошего. Второй казался пониже и постоянно хмурился. На обоих были песочного цвета летняя форма, короткие сапоги и широкополые шляпы. У высокого на рукаве Том заметил сержантские нашивки, у второго — капральские.

— Где девчонка? — прорычал капрал. — Вы убили ее?

— Ну, держитесь, садисты! — с угрозой в голосе мстительно прищурился сержант.

Коротышка капрал размахнулся и что есть силы ударил Тома ногой по ребрам. Том взвыл от нестерпимой боли, а Хэнк теперь лишь тихо стонал, с трудом веря в реальность происходящего Сержант поставил ногу Тому на грудь и направил дуло револьвера прямо ему между глаз. Том продолжал стонать от боля в сломанных ребрах.

— Заткнись, гаденыш! — потребовал полицейский. — А то я не буду долго ждать и засажу тебе пулю прямо в лоб чтоб твои ослиные мозги разлетелись во все стороны, Капрал тихо засмеялся.

— А может, они потом вздумают обвинить местную полицию в жестокости?. Я слышал, что негры очень любят такие штучки, правда? — С этими словами он еще раз лягнул Хэнка по больному боку.

— Да эти скоты и не заслуживают другого обращения, — махнул рукой сержант. Не убирая ноги с груди Тома, он еще сильнее придавил его к земле сапогом. — Ты, маньяк! Что вы сделали с девчонкой? Где ее тело? — Он все крепче давил на грудь юноши и теперь уже фактически стоял на нем, навалившись всем весом Том изо всех сил стиснул зубы, чтобы не закричать, но не смог сдержаться и едва слышный стон все же донесся до ушей сержанта. — Заткнись, мразь! Я кому говорю?! Не то сейчас все мозги тебе вышибу! — Он приставил револьвер ко лбу Тома, готовый в любую секунду спустить курок.

— Послушай, а может, имеет смысл затащить их подальше в лес и там как следует допросить по отдельности? — злобно ухмыльнулся капрал.

— Неплохая идея С кого начнем? Может, бросим монетку? — Сержант не спеша переводил револьвер с Тома на Хэнка. — Мне кажется, что черномазый..

— Постойте! — вдруг истошно закричал Хэнк. — Неужели нельзя спокойно поговорить?.. Мы никого не убивали! Да, с нами была одна девушка, но она куда-то ушла Наверное, еще ночью.

— Все, в чем мы можем признаться, так это в краже продуктов из магазина — подхватил Том. Это почему-то развеселило капрала:

— Ничего себе! Вот так признание! И вы рассчитываете, что мы поверим будто вы такие невинные овечки? Ничего у вас, ребятишки, не получится. Нас вам за нос не провести. Верчо, сержант?

Сержант в задумчивости сжал губы, словно напряженно пытался что-то решить и, наконец, быстро заговорил:

— Короче, хватит нам тут заливать. Мы точно знаем, что вы виновны Ваш фургон видели возле того места, где обнаружили расчлененный труп изнасилованной девушки. И никак вам от этого не отвертеться. Так что придется ответить за все, причем нам не особенно важно, живыми или мертвыми мы вас доставим в участок.

— Но нас должны судить! — Хэнк схватился за последнюю спасительную соломинку. — Мы же ни в чем не виновны! — Он уже догадывался, почему они так к нему прицепились. Правда, оставалось непонятным, за что страдает белокожий Том Капрал нетерпеливо махнул рукой.

— В общем, выбирайтесь из своих мешков, да поживее! С которого начнем, а, сержант?.. И тут Том вспомнил еще кое-что.

— Подождите! Я забыл вам сказать: вчера нам недалеко отсюда встретился крупный мужчина в комбинезоне — в таких обычно фермеры ходят… Я его чуть на сбил машиной — он стоял прямо посередине дороги. А в руках держал большой сверток. Возможно, там и было спрятано тело Скорее всего он положил туда труп, а потом стал валить все на нас. Это он рассказал вам про наш фургон? Если так, то он решил просто снять с себя подозрение, вот и все. Послушайте, мой отец — адвокат в Бостоне. Он…

Но полицейские, похоже, не поверили ни единому слову в этой истории, потому что и сержант, и капрал тут же начали дружно хихикать. Потом этот смех перерос в раскаты безудержного громового хохота, когда оба юноши вылезли из спальных мешков и теперь, растерянные и беззащитные, стояли над потухшим костром.