Джанин Фрост - На полпути к могиле

Я выдернула руку и отошла на несколько шагов, чтобы создать между нами какую-то дистанцию. Волна меланхолии залила меня от одного воспоминания обо всем, чего мне никогда не знать. Иногда я пугалась того, какой старой чувствую себя в двадцать два года.

— Фигня. — Единственное слово нарушило тишину.

— Прошу прощения? — Как это похоже на вампира — никакого сочувствия!

— Фигня, говорю. Ты играешь теми картами, какие тебе сдали, — так же как все в этом проклятом мире. У тебя есть таланты, ради которых кто другой пошел бы на убийство — как бы они тебе не были противны. У тебя есть мама, которая тебя любит, и дом, в который можно вернуться. Наплюй на соседскую деревенщину, что воротит от тебя свой тупой нос за то, что у тебя нет отца. Мир велик, и ты играешь в нем важную роль. Думаешь, все остальные живут да посвистывают? Думаешь, остальным дано выбирать свою судьбу? Прости, милая, но так не бывает. Надо крепко держаться за тех, кого любишь, и драться там, где есть надежда победить, только и всего, Котенок.

— Что ты можешь об этом знать? — Обида придала мне храбрости, и слова сами слетели с языка.

Он удивил меня: засмеялся, откинув голову, а потом схватил меня за плечи и притянул к себе, почти коснувшись губами губ.

— Ты… даже не представляешь… через что я прошел… так что не тебе… судить, что я знаю.

В том, как отчетливо он проговаривал каждый слог, слышалась почти неприкрытая угроза. Сердце у меня заколотилось, и я не сомневалась, что он слышит его стук. Он разжал пальцы, стиснувшие мне плечи, но рук не убрал. Господи, как он близко… как близко. Я невольно облизнула губы, и меня словно током ударило, когда я заметила, что его глаза проследили мое движение. Воздух между нами будто искрился — то ли от его естественной вампирской энергии… то ли от чего-то еще. Его язык медленно показался изо рта и коснулся нижней губы. Я смотрела как зачарованная.

Автомобильный гудок заставил меня подскочить. Сердце застряло в горле. Восемнадцатиколесный трейлер затормозил и остановился рядом с нами. Звук тормозов показался оглушительно громким в затихшей вдруг ночи.

— Кости!.. — Перепугавшись, что нас обнаружили, я готова была сказать больше, но он уже подошел к грузовику и приветливо крикнул:

— Тэд, ленивый ты ублюдок, молодец, что поторопился!

Может, я приписывала ему свои чувства, но мне почудилась в его голосе нотка фальши. Что до меня, я готова была обнять этого Тэда, так вовремя прервавшего очень опасный момент.

Высокий тощий мужчина спустился из кабины трейлера и с ухмылкой ответил:

— Я из-за тебя пропускаю свое выступление, дружище. Надеюсь, не помешал вам с этой девчушкой? Вам вдвоем, видать, было очень уютно.

— Нет! — вырвалось у меня со всей страстью обреченной души. — Ничего такого не было!

Тэд со смешком обошел покореженную машину, сунул нос внутрь, поморщился при виде крови.

— Понятно… сам вижу.

Кости приподнял бровь, посылая мне безмолвный вызов, и заставил отвести взгляд. Потом он хлопнул друга по плечу:

— Тэд, старина, этот «мерседес» твой. Всего-то и надо запихнуть его в кузов — и дело в шляпе. Довези нас до места, мы к тому времени управимся.

— Ясное дело, дружище. Тебе понравится в прицепе. Я поставил кондиционер. И можно сидеть на коробках или ехать в легковушке. Ну, давай. Малышке пора в постельку.

Тэд открыл трейлер. Внутри были колодки для крепления машины. Я с восхищением покачала головой. Кости обо всем подумал.

Когда Тэд опустил с заднего борта стальную аппарель, Кости вскочил в «мерседес» и провел его прямо на колодки. Машину закрепили в два счета. Потом Кости ушел за своим мотоциклом, через считанные минуты вернулся и уложил его в трейлер. Закончив, он ухмыльнулся мне сверху:

— Залезай, Котенок. Такси ждет.

— Мы поедем в кузове? — По правде сказать, я боялась остаться с ним наедине в замкнутом пространстве, и заботили меня вовсе не артерии.

— Ага, здесь. Старина Тэд не хочет, чтобы его видели в моем обществе. Дорожит здоровьем, понимаешь ли. Предпочитает не афишировать нашей дружбы, умник.

— Умник, — буркнула я, влезая в трейлер.

Тэд решительно захлопнул дверцы и щелкнул замком.

Сидеть в машине, где на сиденье остались пятна крови, а в багажнике лежит труп, я отказалась. Предпочла устроиться подальше от Кости, насколько это было возможно в тесном прицепе. Ближе к кабине стояли ящики бог весть с чем. На одном из них я и свернулась клубочком. Кости беззаботно присел на другой.

— Я понимаю, что тебя это не волнует, но я тут не задохнусь?

— Воздуха полно. Если не дышать слишком бурно. — При этих словах его брови изогнулись дугами, а глаза ясно и откровенно сказали мне, что он не забыл, что сейчас произошло между нами.

— Ну, тогда мне ничего не грозит. Абсолютно ничего.

Чтоб его черти взяли за эту кривую ухмылочку, которую он послал мне в ответ. Что бы я сделала, придвинься он тогда чуть ближе? Преодолей он последний дюйм, разделявший наши губы? Дала бы ему пощечину? Или…

— Дерьмо! — Ой, это выговорилось вслух!

— Что-то не так?

Его губы все еще кривила улыбка, но взгляд был серьезным. Сердце у меня снова забилось чаще. Воздух как будто смыкался вокруг нас, и я отчаянно придумывала, как бы разрядить напряжение.

— Так кто такой этот Хеннесси, о котором ты выспрашивал?

Его лицо замкнулось.

— Опасный тип.

— Да, это-то я поняла. Сержио казался таким испуганным при его упоминании, что мне в голову не пришло, будто он из бойскаутов. Я так понимаю, он — наша очередная цель?

— Да, я выслеживаю его, но им я займусь сам.

Я враз ощетинилась:

— Это почему? Думаешь, я не справлюсь? Или все еще боишься, что проболтаюсь? Я думала, мы с этим покончили.

— Я думаю, есть вещи, от которых тебе лучше держаться подальше, — уклончиво ответил он.

Я переменила тактику. Во всяком случае эта тема покончила со странным настроением прежних минут.

— Ты что-то говорил о том, будто Сержио — его лучший клиент. Как это надо понимать? Что сделал этот Хеннесси тому, кто тебя нанял? Ты знаешь — или принял контракт, не задавая вопросов?

Кости тихо хмыкнул:

— Именно из-за подобных вопросов я и не хочу рассказывать тебе больше, чем уже рассказал. Довольно будет сказать, что Огайо неспроста стал в последнее время таким опасным для молодых девушек местом. Именно поэтому я не хотел бы, чтобы ты без меня охотилась за вампирами. Хеннесси — не просто паршивец, который выцеживает кровь там, где это может сойти ему с рук. И больше никаких вопросов.

— Ты хоть можешь сказать, давно ли за ним гоняешься? Наверняка это не так уж секретно.