Брайан Ламли - Мифы Ктулху

Ознакомительный фрагмент

Я сидел, укутанный в теплую парку, и, дрожа, наблюдал за ней из нашего импровизированного укрытия. Примерно с полчаса она бродила туда-сюда по снегу, время от времени поднимая глаза к небу, а затем вновь устремляла взгляд в наступающую темноту. Неожиданно до меня дошло, что я вот-вот окоченею, так и не дождавшись, пока миссис Бриджмен вернется в лагерь. Поэтому я встал и, взяв вторую парку, на негнущихся ногах подошел к женщине. Наверное, думалось мне, она уже почти оцепенела от холода. Ругая себя за равнодушие, я шагнул к моей спутнице и набросил ей на плечи парку. Представляете мое изумление, когда она обернулась ко мне и одарила меня непонимающим взглядом. Похоже, миссис Бриджмен совсем не замечала холода, и мой заботливый жест ее несказанно удивил.

Однако в этот момент до нее, по-видимому, дошло, что к ночи ударил мороз. Упрекнув меня за то, как я легко одет, женщина поспешила вместе со мной к бивуаку. Здесь она быстро вскипятила воды и сварила кофе. Правда, сама она не сделала и глотка этого бодрящего, согревающего напитка. Я же был настолько поражен ее нечувствительностью к холоду, что от растерянности тут же позабыл все вопросы, которые намеревался задать. Поскольку миссис Бриджмен наконец-то решила расположиться на ночлег, а в моей палатке уже стыл теплый спальный мешок, я просто допил кофе, выключил походную горелку и отправился к себе.

Неожиданно меня сморила усталость, и последним, что запомнилось мне, прежде чем я провалился в сон, был клочок неба, видневшийся сквозь ветви, а на нем россыпь мерцающих звезд. Судя по всему, эта картина и окрасила мои сновидения в характерные тона. Звезды снились мне всю ночь — правда, грезы эти оказались не из приятных. Звезды, которые я видел во сне, светились разумом и составляли пары, словно глаза; они светились красным светом на фоне шевелящейся черноты, которая почему-то наводила на неприятную мысль, что за всем этим кроется нечто огромное и ужасное…

За завтраком — бутерброды с сыром и помидорами, которые мы запивали сначала кофе, а затем фруктовым соком, — я вскользь упомянул о нечувствительности миссис Бриджмен к холоду. Она подозрительно посмотрела на меня и сказала:

— Уж поверьте, мистер Лотон, я бы, не раздумывая, отдала все, что у меня есть, лишь бы хоть на мгновение ощутить холод. Это… болезнь, чрезвычайно редкая болезнь, которую я подхватила здесь, на севере. Она проявила себя также и в…

— Кирби? — предположил я.

— Да. — Она вновь посмотрела на меня, на этот раз пристальнее. — И что же поведал вам обо мне судья Эндрюс?

Ее слова застали меня врасплох, и я не сумел скрыть своей растерянности.

— О том, как… как погиб ваш муж и…

— Что он рассказал о моем сыне?

— Почти ничего. Видите ли, миссис Бриджмен, судья не из числа любителей сплетен…

— А вам кажется, что ему было о чем посплетничать?

Неожиданно она разозлилась на меня.

— Мне известно лишь одно: что сейчас я здесь, с вами, помогаю одинокой женщине найти её сына; не задавая лишних вопросов, повинуюсь ее внутреннему голосу и всем ее причудам, и это лишь потому, что не смог отказать в любезности одному старому джентльмену. Говоря откровенно, мне видится здесь большая тайна… а тайны, признаюсь, — моя большая страсть. Но клянусь вам, в моем любопытстве нет злого умысла. И все, чего я хочу, так это помочь вам.

На какое-то мгновение миссис Бриджмен отвернулась, словно бы в раздражении, однако когда она вновь посмотрела на меня, лицо ее было уже почти спокойно.

— Скажите, судья предупреждал вас, что нас может подстерегать… опасность?

— Опасность? Ну конечно, надвигается сильный снегопад, и…

— Я имею в виду не это. По крайней мере не снег. У судьи в библиотеке есть книги моего мужа. Вы их читали?

— Разумеется, но какая опасность, скажите, может таиться в мифологии и народных преданиях?

Сказать по правде, я догадывался, к чему она клонит. Но лучше уж услышать признание из ее уст — в том виде, в каком «верит» в это она сама и «верил» до нее ее муж.

— Чего бояться мифологии и народных предании, спрашиваете вы? — Она невесело улыбнулась. — Я и сама задала тот же вопрос Сэму, когда он решил оставить меня в Нависсе. Боже, почему я тогда его не послушалась! Какая опасность в народных преданиях! Что ж, не могу вам прямо сказать какая, иначе вы наверняка сочтете меня за сумасшедшую — как, например, судья. А скажу вот что: сегодня мы возвращаемся в Нависсу. На обратном пути вы можете показать мне, как управлять снегоходом. Я не имею права брать вас с собой навстречу ужасу, который вы даже представить себе не в состоянии.

Я принялся было с ней спорить, но она больше не произнесла ни слова. Мы молча снялись с бивуака, упаковали палатки и кухонные принадлежности, уложили их на снегоход, после чего миссис Бриджмен, несмотря на мои пылкие возражения, велела взять курс прямо на Нависсу.

Примерно с полчаса мы ехали довольно медленно, следуя течению замерзшей речушки, протекавшей посреди молчаливого хвойного леса, чья темная чаща казалась теперь еще темней из-за снега, укутавшего верхние ветви. Направив снегоход в сторону от русла, в объезд небольшой рощицы, я случайно заметил нечто такое, что послужило веским доказательством правоты миссис Бриджмен, намекавшей на подстерегающие нас опасности.

В снегу виднелось довольно большое углубление, и мне потребовалась вся быстрота реакции, чтобы вырулить в сторону и не провалиться в снежную западню. Я остановил машину, и мы слезли со снегохода, чтобы поближе рассмотреть эту странную впадину.

Снега здесь нанесло больше, чем в других местах — фута на три-четыре, однако в самом центре углубления он слежался почти до самой земли, словно придавленный чьим-то гигантским весом. В длину углубление было около двадцати футов, в поперечнике семь-восемь, а формой напоминало…

Неожиданно в моем сознании всплыли слова судьи, перечислявшего свидетельства существования Итаквы, Шагающего с Ветром… в частности, гигантские перепончатые следы на снегу!

Нет, это просто смехотворно, и все же…

Я принялся расхаживать по периметру гигантского углубления и обернулся, лишь услышав крик миссис Бриджмен. Такой бледной ее видеть мне еще не приходилось. Она стояла, опершись на вездеход и прижав руку к горлу. Я тотчас поспешил к ней.

— Что с вами?

— Он… он был здесь! — прошептала она сдавленным голосом.

— Ваш сын?

— Нет, не Кирби… Он! — И она указала в сторону гигантского углубления. Глаза ее были широко раскрыты. — Итаква, Шагающий с Ветром. Это его знак! А значит, может быть уже слишком поздно!