Виктор Точинов - Сказки летучего мыша

Ознакомительный фрагмент

Выбрались, констатировал Борюсик. И предложил позже, когда вернутся с острова мальчишки, сходить и посмотреть на оставшиеся от «Спасовка-Трофи» следы.

Но никуда сходить не довелось. Потому что несколько минут спустя на «болотце» появились люди, – и уверенно двинулись в сторону озерца и острова.

Вооруженные люди.

– Солдаты? – перебил Даня на этом месте звучавший в два голоса рассказ. (Альзира отмалчивалась, она вообще была немногословной девчонкой.)

– Не-а… – протянул Борюсик. – Я и сам решил было: учения какие-то… Но не солдаты. Камуфляж не армейский, ни эмблем, ни погон, ничего нет… И стволы незнакомые. Но не «Калаши» – сто пудов. А потом – они ведь близко подошли – видно стало: староваты для солдатиков… Ну не то чтоб совсем старичье… Но взрослые мужики.

Встречаться с непонятными людьми не хотелось. Мало ли что на уме у странных и вооруженных пришельцев? Может, задумали что-то тайное – и свидетели им без надобности? Место глухое, топь под боком – никто никаких концов в жизни не найдет.

В общем, Боря и девчонки залегли в зарослях осоки – и решили подождать, пока чужаки пройдут мимо. Но не тут-то было. Пришельцы шли прямо на них. Причем не абы как, но по компасу, постоянно сверяясь с картой – ее нес седоволосый, коротко стриженый человек, явно бывший у них за главного.

И вскоре отступить незаметно стало невозможно. День стоял безветренный, шевеление и шуршание осоки наверняка бы выдало любую попытку отползти…

Но тут им повезло. Очень сильно повезло. Двое, идущие впереди растянувшейся по болоту цепочки чужаков, разом ухнули в топь. Провалились аж по грудь.

Их коллеги оказались к этому готовы – тут же пустили в ход длинные и прочные веревки. Но ребята не стали дожидаться окончания спасательных работ. Воспользовавшись моментом, быстро-быстро поползли вокруг озера. Никто их отступление не обнаружил, людям в камуфляже было не до того.

Вытащив из топи провалившихся, незнакомцы вышли на берег – ровно в том месте, где компания незадолго до того спускала на воду плотики. И тут выяснилась, что предусмотрительность чужаков небезгранична – ничего, пригодного для форсирования озерца, у них не нашлось. После короткого совещания они двинулись вдоль берега – чуть ли не по следу Бориса и девчонок. А может, и по следу – примятая осока показывала путь отступавших вполне ясно. Ребята не стали выяснять подробности – поползли во весь опор в сторону Спасовки, по самому краю той топи, где Гном устроил свой лабиринт фальшивых гатей. Борюсик пару раз обернулся – и ему показалось, что пришельцы пытаются-таки лабиринт преодолеть… Но, может быть, лишь показалось.

– Интересное кино… – Даня посмотрел на Пещерника. – Значит, пока мы там по кустам шарились, на берегу такие дела творились? И плоты наши, значит, засекли тоже?

Он повернулся к Боре и Женьке, спросил:

– Что же вы не крикнули? Не предупредили? Сразу, когда машину завязшую услышали?

Женька удивилась:

– Вы что, не слыхали? К вам она еще ближе ревела! Мы думали – вы тоже с острова все видите. Вам-то что, к вам там не подступиться. Это мы с болота выбрались – как три комка грязи…

Даня переглянулся с Васьком. Тот пожал плечами. Ничего похожего на звук двигателя до них не донеслось – хотя оба держались настороже, прислушивались внимательно. Даня вдруг понял, что на острове было вообще на удивление тихо – птицы не пели, кузнечики не стрекотали. Даже комары не гудели. Странно… Очень странно…

Закончив рассказ об их болотной эпопее, Борюсик вдруг вспомнил про то, чего ради она затевалась:

– А вы как там? Нашли чего?

Даня собрался было начать ответный рассказ, но Женька перебила, поднявшись на ноги:

– Вы вот что… Подсаживайтись ближе к берегу, да и рассказывайте оттуда. А мы стирать будем. Вечереет, а меня мать на порог такую грязную не пустит.

Именно так и прозвучал рассказ об экскурсии по острову – под аккомпанемент звуков, издаваемых полощущимся бельем…

Если бы в ребячьем походе на Кошачий остров принял участие Сергей Борисович Савичев, заведующий реанимационным отделением больницы имени Семашко (маловероятно, но вдруг?) – он, без сомнения, сразу узнал бы руководившего пришельцами седоголового человека.

А если бы компанию Дане и его приятелям составил писатель Кравцов (куда более вероятный случай) – он не просто бы опознал «седого», но и обоснованно заподозрил бы, откуда у того взялась карта, позволившая проложить путь к острову столь прямо и уверенно.

И Кравцов не ошибся бы – карта (вернее, точный топографический план) была скопирована с рулона, хранившегося в его вагончике. Скопирована негласно и абсолютно незаконно – когда господин писатель пребывал в Семиозерье.

Хотя и сам Кравцов стал владельцем плана не совсем легально – наследники Валентина Пинегина имели полное право потребовать возврата этого чуда топографического искусства. Так что вопрос о правах владения оставался спорным…

Впрочем, седоголовый человек подобными проблемами не терзался.

Он ломал голову над другим: как и чем связаны между собой эти пять точек (он сегодня посетил все). Озеро, болотная топь, долина речки-иевелички и два жилых дома в Спасовке?

Вопрос не был для человека праздным. Потому что в геометрическом центре фигуры, образованной пресловутыми точками, нашли труп его сына…

Связь с одной из вершин пятиугольника просматривалась четко. Именно там располагался дом Александра Шляпникова – прямо или косвенно замешанного во многих событиях. И пострадавшего явно от той же руки, что и Костик…

(На самом деле, конечно, сына седоголового в детстве звали иначе. Да и его отец стал именовать себя Юрием Константиновичем Чагиным относительно недавно.)

Размышлял над планом Чагин как раз в доме Шляпникова. Родители Алекса были удалены путем несложной комбинации – и люди седого человека заканчивали обыск дома.

Начальник в их действия не вмешивался, вполне доверяя профессионализму подчиненных. Он искал связи между пятью загадочными точками – и пока не находил.

Допустим, в сердцевину труднодоступной топи легче всего попасть на вертолете… Достать «вертушку» не проблема, и воздушная экспедиция на островок в ближайшее время состоится. Чагин не верил, что в центре болота обнаружится что-то, достойное внимания – но не привык оставлять позади неясности и непонятности.

Но что делать с кастровым озером? Седоголовый уже был информирован о пропавшем там в свое время аквалангисте-спелеологе. Что произошло с ним без малого три года назад? Трагическая случайность? Или обставленное под таковую убийство? Бездонный водоем – удобное место, чтобы скрыть что угодно…