Ричард Лаймон - Подвал

Мэгги пригласила всех в комнату, расположенную с правой стороны коридора, напротив спальни Лили. Донна поискала глазами очередные восковые фигуры, но ничего подобного не увидела, хотя угол комнаты и окно были отгорожены высокой ширмой из папье-маше.

– Мы с Джозефом спали здесь. Беда пришла к нам в ночь на седьмое мая 1931 года, более сорока лет тому назад... Но эти события до сих пор стоят у меня перед глазами, будто случилось все только вчера... Накануне вечером шел сильный дождь, который начал стихать лишь после захода солнца. Окна в комнате были открыты, и шум дождя заглушал все остальные звуки. Девочки крепко спали в том конце коридора, а маленький Тедди спокойно посапывал в своей детской.

Я тоже заснула с чувством спокойствия и уверенности, что нам ничего не грозит. Но около полуночи меня разбудил страшный грохот и звон бьющегося стекла, доносящийся откуда-то снизу. Джозеф, который тоже услышал его и проснулся, тихо встал и бесшумно подошел к комоду. Он всегда держал в нем свой пистолет.

Открыв верхний ящик, Мэгги достала из него старый кольт сорок пятого калибра.

– Вот этот пистолет, – показала она. – Он всегда производил ужасно громкий звук, когда Джозеф перезаряжал его. – Зажав трость под мышкой, Мэгги правой рукой с громким лязгом передернула черную крышку затвора. Потом осторожно спустила курок и положила пистолет назад в ящик комода.

– Джозеф взял с собой пистолет и вышел из комнаты. Когда я услышала, что он спускается вниз по лестнице, я тоже встала с кровати. Осторожно, стараясь не шуметь, я выбралась из комнаты в коридор. Мне надо было проверить своих детей, я страшно волновалась за них...

Группа вышла вслед за ней в коридор.

– Я была как раз здесь, на верхней площадке лестницы, когда услышала внизу выстрелы. Потом раздался громкий крик Джозефа – я никогда раньше не слышала, чтобы он так кричал. Вслед за этим послышался шум борьбы, а потом чьи-то шаги. Я стояла здесь, скованная страхом, и прислушивалась к приближающимся шагам. Мне хотелось скорее броситься к детям и увести их в какое-нибудь безопасное место, но от страха я буквально окаменела и была не в силах пошевелиться.

И вдруг из темноты снизу возникло это чудовище, этот зверь. Я не разглядела его как следует, но заметила, что идет оно прямо, как человек. Затем существо издало звук, похожий на смех, прыгнуло вперед и повалило меня на пол. Придавив сверху лапами, оно стало рвать на мне одежду своими острыми, как бритвы, когтями. Я сопротивлялась, как могла, но чудовище было сильнее меня. Я уже готова была отдать Богу душу, когда из детской в конце коридора вдруг послышался плач моего маленького Теодора. И тогда чудовище слезло с меня и огромными шагами кинулось к детской.

Хотя я была уже сильно ранена, я вскочила и бросилась вслед за ним, чтобы спасти своего ребенка.

Группа проследовала за Мэгги в самый конец коридора. Перед закрытой дверью старуха остановилась.

– Тогда эта дверь была открыта, – трагическим голосом сказала она и постучала по ней тростью. – И при свете, падавшем из окна, я увидела, как эта жуткая белесая тварь вытащила ребенка из кровати, бросила его на пол и навалилась сверху всем телом. Я поняла, что ничем уже не смогу помочь моему бедному мальчику.

Охваченная ужасом и отчаянием, я смотрела на происходящее передо мной, когда чья-то рука потянула меня сзади за рубашку. Я повернулась и увидела, что за спиной у меня стоят Синтия и Диана, обе в слезах. Я взяла их за руки и молча увела прочь отсюда.

После этого группа снова прошла мимо обвязанных веревкой стульев.

– Мы были именно здесь, когда рычащая тварь выскочила из детской. Вот эта дверь оказалась к нам самой близкой. – Мэгги отворила ее, и свет из коридора упал на узкую крутую лестницу, ведущую к другой двери наверху. – Мы втиснулись сюда, и я успела закрыть замок буквально за секунду до того, как зверь достиг этого места. Потом мы все трое стали подниматься по этой лестнице на чердак, то и дело спотыкаясь и громко плача от страха. Затем прошли через ту верхнюю дверь, и я заперла ее с другой стороны. Там мы долго сидели в сплошной темноте, дыша спертым чердачным воздухом, и ждали своей участи. И через какое-то время с ужасом услышали, как чудовище поднимается по этой внутренней лестнице. Оно издавало прерывистые шипящие звуки, напоминающие сиплый смех. Подойдя к верхней двери, оно обнюхало ее. А потом дверь внезапно с грохотом распахнулась, и чудовище оказалось прямо перед нами. Все это произошло до того быстро, что мы не успели даже пошевелиться. Монстр тут же убил Синтию и Диану, а потом снова набросился на меня. Он повалил меня на спину и в таком положении удерживал своими когтями. Я лежала на полу и молила Бога, чтобы тварь поскорее прикончила и меня. Однако этого не случилось. Чудовище неподвижно лежало на мне, и я чувствовала на своем лице его отвратительное дыхание. Не знаю, сколько времени так прошло, но потом оно слезло с меня, пробежало по чердаку и куда-то скрылось. И с той ночи я его больше не видела. Но зато его видели другие...

3

– Почему же чудовище не убило вас? – спросила девочка с круглым прыщавым лицом.

– Я и сама потом часто думала об этом. И хотя я никогда уже не узнаю наверняка, почему осталась тогда в живых, мне кажется, что чудовище помиловало меня просто для того, чтобы я смогла все о нем рассказать. Может быть, оно не хотело, чтобы люди стали искать еще одного Гэса Гаучера и вешать его за преступления, которых он не совершал...

– Судя по всему, – заметил нервный седой мужчина, – вы относитесь к этому упырю с большим уважением!..

– А давайте осмотрим чердак, – предложил ехидный круглощекий мальчик.

– Я никого не вожу туда, – ответила Мэгги. – И всегда держу его на замке.

– Тогда откройте нам детскую, – насупился он.

– Ее я тоже никому не показываю.

– Неужели у вас тут нет больше никаких других восковых фигур? – Он недоверчиво прищурился.

– Своих близких я не стала изображать, – ответила Мэгги. – Это было бы слишком тяжело для меня.

Нахмурив брови, круглощекий мальчик окинул взглядом остальных посетителей, ища среди них недовольных экскурсоводом.

– Ну, хорошо, – продолжал он. – А как насчет тех двух парней? Они ведь не были вашими родственниками?

– Те два парня, о которых говорит нам молодой человек, – Мэгги обратилась ко всем присутствующим, – это Том Бэгли и Ларри Мейвуд. – Она закрыла чердачную лестницу и повела гостей назад к своей спальне. – Тому и Ларри было тогда по двенадцать лет, и я их хорошо знала. Они часто приходили сюда на экскурсии и знали о «Доме чудовищ» гораздо больше других своих сверстников. Одному Богу известно, зачем им понадобилось залезать сюда ночью. Они ведь были не такими глупцами, как эти Зиглеры, и прекрасно понимали, чего можно здесь ожидать.