Игорь Кром - Самая страшная книга 2015

- Я тут...

Две темные фигуры нависли над ним.

- И правда, тут. Вышат, запали-ка огня.

- А...

- Запали, сказал.

Чиркнуло по кремню кресало, брызнули искры, вспыхнул трут - и спустя всего несколько мгновений пламя вцепилось в просмоленный факел. Ёрш зажмурился.

- Знатно тебя придавило, - пробормотал один из спасителей у него над ухом. - Сам не вылезешь.

- Не вылезу.

Он открыл слезящиеся глаза, всмотрелся в нависшие над ним лица. Одно - совсем еще молодое, безусое, изуродованное изрядным синяком во всю левую скулу. Второе - куда старше, с кустистыми бровями и жиденькой седеющей бородкой, покрытое сеткой давних шрамов. Широкая улыбка обнажала редкие кривые зубы.

- Я - Головня, а этот вот малец - Вышата. Тебя как звать?

- Ершом кличут.

- Ну и славно. Не боись, рыбонька, сейчас подсобим.

Головня коротко хихикнул собственной нехитрой шутке и, осмотрев Буяна, достал кривой нож:

- Ступня твоя наверняка в стремени застряла. Подпругу перерезать надо, а потом уж мы тебя вместе с седлом вытащим.

Так и сделали. Пока Вышата, кряхтя от натуги, тянул Ерша из-под мертвого коня, в ноге шевельнулась боль, царапнула длинным когтем от ступни до колена, на мгновение замерла, словно испугавшись чего-то, а затем впилась сотней остро заточенных клыков, пережевывая каждую мышцу, каждую косточку. Дружинник застонал, стиснув зубы.

- Кажись, не поломал, - сказал Головня, осторожно ощупывая освобожденную ногу. - Повезло. Даст бог, оклемаешься.

Он выпрямился во весь свой немалый рост, взял у Вышаты факел, осмотрелся.

- Да, здесь почище будет. Пожалуй, надо сюда Ставра приволочь.

Ёрш понемногу приходил в себя, боль привела его в чувство. Имя отозвалось эхом в еще пустом сознании.

- Ставра? - спросил он. - Здорового такого?

Вышата кивнул:

- Да. Детина могучий. Правда, поранили его напрочь...

- Не болтай, - одернул парня старший. - Поранить поранили, да только жив он пока. Крови много потерял, но помирать рано ему еще.

- Я же... я же... - слова гуляли в голове Ерша бессмысленной круговертью, никак не желали ложиться на язык. - Я же знаю его.

- И хорошо, - усмехнулся Головня. - Будет с кем языки почесать. Вот что. Вы сидите здесь, а я за Ставром схожу. Факел не гасите.

- Но... - встрепенулся Вышата.

- Не гасите, сказал! Или ты хочешь, чтобы мы с ним до утра по побоищу блуждали, пока вас не найдем?! Тот-то! Сидите спокойно. Нехристи давно празднуют, им не до нас нынче.

Головня высморкался и, шагнув прочь из круга света, сразу исчез в темноте. Слышны были его удаляющиеся шаги, затем раздался зычный, никак не годящийся тощему телу голос:

- Ста-а-авр! Ста-а-аврушка! Отзовись, браток!

Тишина. С немалым трудом Ёрш сел прямо, повел затекшими плечами, прислушался к отзвукам боли, потянувшимся вдоль всей спины вниз, к правому бедру. Значит, Ставр жив. Уцелел и в полон не попал. Можно, выходит, еще надеяться, что женится дружинник на его сестре, когда вернется домой. Когда они оба вернутся.

- Что, одолели нас? - спросил Ёрш Вышату, хотя и сам знал ответ. Но молчание в этой оглушительной темноте слишком сильно отдавало беспамятством. А туда он не собирался возвращаться.

- Одолели, - вздохнул парень, присев рядом. - Со всех сторон наскочили. Поначалу просто стреляли, как галок, грудь в грудь не сходились. Потом порубили тех, кто камни преодолел, загнали обратно. Сами внутрь не сунулись, а когда темнеть начало, и вовсе ускакали прочь.

- Прочь? - Ёрш не первый раз воевал против степняков, их боевые обычаи были ему хорошо знакомы. Пострелять издалека, до последнего избегая прямого столкновения - обычное дело, но чтобы добычу бросить... такого на его памяти не случалось. - Не пограбили?

- Только тех, кого после камней свалили. Они сами за камни, на нашу сторону, не заступали. Я слыхал, кричали что-то по-своему. То ли "чатгор", то ли "чаткар" какой. Ставр - тот по-ихнему разумеет немного - говорит, камни эти у степняков вроде как святые. Они бесов удерживают.

- Бесов? - Ёрш смутно припоминал, как незадолго до нападения отряд и в самом деле пересек черту из странных черных камней. Невысоких, остроконечных, замшелых, расположенных на расстоянии в пару десятков шагов друг от друга. Никто и внимания не обратил. - Выходит, мы вроде как на проклятое место угодили?

- Выходит, - кивнул Вышата. - Но только я нечистой силы не боюсь. На нас же крест, нам бесы не страшны.

- Далеко от дома забрались. Может, Христос сюда и не заглянет.

- Да ты-то откуда знаешь?!

- Не бери в голову. Сбрехнул попусту.

- То-то и оно. Сильно, видать, приложился, раз в Христе сомневаться удумал.

Ёрш вспомнил Его лик, строгий и воинственный, безжалостные глаза, смотрящие со стягов. Нет, такой бог своих не сдаст и не оставит. Хотя и жалеть тоже не станет никого.

- Еще уцелел кто? - спросил он.

- Едва ли. Поначалу, само собой, много было. Но степняки ведь до самой темноты вокруг кружили, высматривали раненых, добивали. Прямо из луков - чуть кто пошевелится, они на него стрел не жалели. Другие, кому потяжелее было, попросту жары не вынесли. А нас, выходит, Господь прикрыл.

- Чудно, - покачал головой Ёрш. - Никогда о таком не слыхал. Говоришь, они издалека, из-за камней тех, по раненым стреляли?

- Да. Эх, и метко бьют! Я потому и не хотел огня зажигать. Уж больно боязно: мы с этими факелами для них, что твой щит на стрельбище. А Головня говорит, они до утра не вернутся.

- Знать, и вправду остерегаются этого места. Угораздило же...

- А не угораздило, так валялся бы ты сейчас с перерезанной глоткой, или плелся бы с арканом на плечах... стой! Глянь-ка! Вертается...

Головня медленно шел к ним, подняв зажженный факел. Дрожащее пламя освещало землю вокруг него: вытоптанную траву и черные глыбы мертвых тел. Старый дружинник был один.

- Где Ставр? - спросил Ёрш, опередив Вышату. - Неужто помер?

- Пропал, - пробормотал задумчиво Головня. - Нет его.

- Как так? Может, ты в темноте заплутал, не там искал?

- Да ну! Конь его на месте, шелом на месте, даже меч лежит. Самого нет.

Ёрш медленно поднялся, осторожно перенес вес на пострадавшую ногу. Боль, уже ожидаемая и привычная, всплеснула от икры до бедра, но ее можно было терпеть.

- Как его ранили?

- Смотри-ка, - широко улыбаясь, протянул Головня. - Оклемался.

- Отвечай, как его ранили?

- Известно как, - помрачнел бородач. - Стрела в грудь справа, стрела сквозь правое плечо, стрела в пояснице. Ничего хорошего.

- С такими ранами не ходят, - жестко сказал Ёрш. - С такими ранами лежат и вспоминают грехи, в которых придется отчет давать.

- Да разве ж я спорю! - огрызнулся Головня. - Но только нет его. Уполз твой Ставр.