Вольфганг Хольбайн - Колдун из Салема

Ричардсон кивнул. Судя по выражению его лица, ему было явно не по себе.

— Кто-то проник в подвал, — прошептал он так тихо, как будто боялся, что его могут услышать. — Но самостоятельно сюда никто не смог бы пробраться…

— Тем более тот, кто кричит, — добавил Говард.

Ричардсон пожал плечами. Он, похоже, принял какое-то решение.

— Давайте не будем обращать на это внимания, — сказал он. — Нам нужно как можно скорее найти Балтимора и рассказать ему о Роберте и этих… звуках. А он уж разберется, что к чему. У него исключительно толковый персонал.

— Договорились, — сказал Говард.

Он уже хотел было пойти дальше, но Ричардсон удержал его за рукав.

— Что… что это? — пролепетал он.

Теперь уже и Говард услышал, как кто-то пел высоким тонким голосом, и этот голос, казалось, стелился по стенам и затем пронизывал их. Факел отбрасывал беспокойные тени. Подул ледяной сквозняк, заставивший Говарда задрожать от холода, а затем…

А затем откуда-то издалека донесся звук, похожий на кашель. А еще громкий топот и глухие раскатистые звуки.

Говард невольно отступил на несколько шагов. У него возникло ощущение, что вот-вот перед ним в проходе появится какая-нибудь гигантская тень мощного злобного существа…

Земля под его ногами дрогнула. Оно — это существо — должно быть, находилось уже совсем недалеко от них. И оно приближалось.

Ричардсон вскрикнул. Факел в его руке задрожал. Он стоял лишь в нескольких шагах от Говарда, но был все же ближе к источнику этих звуков. Возможно, он уже увидел, что приближалось к ним.

Он отшатнулся назад, факел выскользнул из его руки и шлепнулся на пол. Пламя зашипело, посыпались искры, а затем факел погас. Все вокруг погрузилось в темноту.

Говард трясущимися пальцами порыскал у себя в кармане и вытащил спичечный коробок. Он ожидал, что в любую секунду прямо перед ним может появиться горящий глаз и его схватит мощная когтистая лапа.

Но ничего не произошло.

Он чиркнул спичкой о коробок — раз, другой, третий — пока, наконец, спичка не зажглась. Ее слабенький огонек осветил пол перед ним, а еще Ричардсона, прижавшегося к стене. Его лицо было перекошено от страха, а в глазах застыло выражение неописуемой паники. Из уголка его рта текла слюна.

— Что там было? — резко спросил Говард.

Прежде чем Ричардсон успел ответить, спичка, вспыхнув последний раз, погасла. Говард чертыхнулся себе под нос и зажег вторую спичку.

Пока она горела, он нашел факел и при помощи третьей спички разжег его. Рольф тем временем занялся Ричардсоном, на лице которого самопроизвольно дергался мускул, а глаза наполнились слезами.

— Так что там было? — спросил Говард еще раз.

— Я… я не знаю, — простонал Ричардсон. — Какое-то… я не знаю…

Он судорожно сглотнул, отстранил руку Рольфа и отодвинулся от стены. Его движения были нервными и неуверенными, как это бывает у людей, переживших нервный шок. То, что увидел этот человек, наверняка было чем-то сверхъестественным.

И, возможно, это нечто находилось все еще поблизости…

— Дайте мне минутку отдохнуть, — попросил Ричардсон. — Мне нужно… прийти в себя.

— Надеюсь, у нас в распоряжении есть столько времени, — прошептал Говард.

Он пытался не выказывать свою нервозность, но и у него от страха руки и ноги словно одеревенели. Факел в его руках дрожал, а сердце бешено колотилось. Ему оставалось лишь надеяться на то, что явившаяся Ричардсону химера больше не появится.

— Нам нужно… идти вперед, — пробормотал Ричардсон.

Он, похоже, чувствовал то же самое, что и Говард, а именно — острое желание убраться отсюда как можно скорее.

— Так что ж это было? — спросил Рольф.

— Лучше и не спрашивайте, — прошептал Ричардсон. Он прижал ладони к своему лицу. — О господи!

Говард молча кивнул. Он осознал, что пережитое Ричардсоном психическое потрясение чуть не лишило его рассудка, поэтому, наверное, сейчас не стоило заставлять его рассказывать о том, что он видел.

Говард кивком головы показал Рольфу, чтобы тот помог Ричардсону, и, держа факел в руке, пошел дальше. Он усиленно напрягал зрение и слух, но не видел и не слышал ничего такого, что могло бы свидетельствовать о присутствии чудовища.

Они дошли до разветвления подземного хода. Направо виднелся темный проход, ведущий в глубину, а налево путь им преграждала дверь. Говард огромным усилием воли заставил себя не смотреть в темный проход.

Он попытался открыть дверь, но она даже не дрогнула.

— Что теперь? — нервно спросил он.

Ричардсон достал ключ, молча протянул его Говарду и прислонился к стене, тяжело дыша. Его посеревшее лицо по-прежнему было искажено гримасой ужаса. Ему действительно требовалось некоторое время, чтобы прийти в себя.

Рольф вставил ключ в замок и без особых усилий повернул его, затем он толкнул дверь и первым вошел в находящееся за ней помещение. Говард пропустил Ричардсона вперед и вошел последним.

— Замкни за нами дверь, — приказал он Рольфу.

Рольф немедленно повиновался. Он захлопнул дверь и закрыл ее на ключ.

Говард вздохнул. Даже не глядя на своих спутников, он почувствовал, что и они испытали огромное облегчение, наконец-то покинув подземный ход.

Правда, оставался еще вопрос, удержит ли дверь то существо, которое видел Ричардсон…

Говарду понадобилось несколько секунд, чтобы хорошенько осмотреться. Это помещение не имело окон и в общем и целом было похоже на подземный ход по ту сторону двери. На полу здесь также было полно пыли. На ней не оказалось никаких следов, свидетельствующих о том, что сюда кто-нибудь заходил хотя бы изредка.

Воздух был настолько спертым, что Говард начал задыхаться. Он поднял факел повыше и поискал вход, через который можно было бы проникнуть в дом. Но, если не считать двери, через которую они только что вошли, вокруг виднелись лишь каменные стены, чем-то похожие на стены неприступной крепости.

— Куда дальше? — спросил он, едва сдерживая себя.

Ричардсон безучастно посмотрел на него.

— Что? — пролепетал он.

Его голос звучал отрешенно, а взгляд бесцельно скользил по освещенным мерцающим светом стенам.

— Нам нужно попасть к Балтимору! — рявкнул Рольф.

Он схватил Ричардсона за плечи и встряхнул его.

— Эй, парень! — требовательно сказал он. — Возьми себя в руки. Нам нужно идти дальше.

Ричардсон некоторое время смотрел на него широко раскрытыми глазами, а затем кивнул.

— Вы правы, — пролепетал он.

В его глазах снова появилось осмысленное выражение, хотя перенесенное им нервное потрясение все еще сказывалось.