Люциус Шепард - Голос ветра в Мадакете

— Не вешай нос, — вырвал ее из удрученных раздумий голос Салли, похлопавшей Питера по колену. — У нас припасена еще уловка. — А затем, изумив Сару неуместным весельем, старуха добавила: — Но если она не сработает, на борту есть снасти и пара ящиков шерри. Я вчера так обалденно назюзюкалась, что мне было не до разгрузки. Бренди будет получше водицы там, куда ты намылился.

Питер в ответ не обмолвился ни словом.

Когда они въехали в поселок, протосущество подступило к ним вплотную, кружа обломки, взметая листву, подбрасывая предметы высоко в воздух. Играет, подумала Сара. Оно играет. Резвится, будто счастливый щенок, как капризный ребенок, добившийся своего и теперь расплывшийся в улыбке до ушей. Ненависть к нему обрушилась на нее с оглушительной силой, и Сара впилась ногтями в обивку сиденья, от всей души жалея, что не в состоянии причинить ему ни малейшего вреда. Когда они проезжали мимо дома Джулии Стэкпол, труп старухи сел. Повесив окровавленную голову на грудь, безвольно хлопая руками по бокам, тело затряслось, а потом, вытворяя в сопровождении кружащихся рядом бумажек и мусора жуткие расхлябанные кульбиты, покатилось по газону, пока не наткнулось на сломанный стул. Сара еще глубже забилась в угол сиденья; хриплое, частое дыхание с шумом вырывалось из ее груди. Прозрачное облако проплыло невдалеке от луны, сразу стало куда светлее, и серые стены домов вдруг стали призрачными, бесплотными, зато зияющие в них черные дыры обрели вещественность, словно стены, двери и окна являли взору лишь фасад, таящий пустоту.

Салли затормозила в паре сотен ярдов от мыса Смита, у лодочного сарая хлипкого деревянного строения размером с гараж. По ту сторону сарая протянулась полоска черной воды, играющей бликами в лунном свете.

— До шхуны пойдешь на веслах, — сказала Салли Питеру. — Весла вот туточки.

Она отперла дверь и включила свет. Внутри сарай оказался ветхим и обшарпанным, как сама Салли, — необструганные доски, опутанные паутиной банки от краски и сломанные ловушки для омаров, сваленные как попало доски. Салли принялась копаться в рухляди, ворча себе под нос и пинками расшвыривая предметы в поисках весел; от ее шагов висящая под потолком голая лампа начала раскачиваться, и желтый свет заплескался по стенам, как грязная вода. Конечности Сары налились свинцом. Она была не в силах шевельнуться — должно быть, потому что уже исчерпала свою квоту движений. Питер сделал пару шагов к середине лодочного сарая и остановился, растерянно озираясь и беспомощно подергивая повисшими вдоль туловища руками. Саре подумалось, что в его чертах, как в зеркале, отражается ее собственное лицо — безжизненное, с обвисшими, дряблыми щеками и черными полумесяцами синяков под глазами. И тогда шагнула вперед. Дамба, сдерживавшая ее чувства, рухнула, и вот уже ее руки обвились вокруг него, а из уст вырываются горячечные, бессвязные, обрывающиеся на полуслове признания в том, что она не может его отпустить в одиночку.

— Сара, — только и выговорил он. — Господи!

И очень крепко прижал к себе. Но в следующую секунду она услышала тупой стук, Питер вдруг обмяк и съехал на пол, едва не свалив ее с ног. Подкинув на ладони брус, Салли наклонилась к нему, примерилась и еще раз огрела Питера по затылку.

— Да вы что?! — вскрикнула Сара, бросившись на старуху. Руки их сплелись, и несколько секунд они кружились по сараю, будто вальсируя в лад неистовой пляске голой лампочки под потолком. Салли брызгала слюной и раздраженно ворчала, роняя пену с губ. В конце концов, сердито хрюкнув, она оттолкнула Сару прочь. Та попятилась, пытаясь удержаться на ногах, споткнулась о Питера и растянулась рядом с ним.

— Слушай, ты! — Салли склонила голову к плечу, ткнув дубиной в сторону крыши. — Черт побери! Сработало!

Сара осторожно встала:

— Это вы о чем?

Салли подняла свою рыбацкую шляпу, свалившуюся с головы во время борьбы, и нахлобучила ее себе на макушку.

— Да ветер, дьявол его разбери! Я ж говорила этому сукиному сыну Хью Уэлдону, так нет же! Нипочем не хотел никого слушать.

Громкость ветра вздымалась и опадала с такой регулярностью, что создавалось впечатление, будто сотворенное из ветра существо неистово мечется туда-сюда. Что-то с хрустом сломалось вдали.

— Не понимаю, — проронила Сара.

— Беспамятный для него все одно что мертвый. — Салли указала брусом на Питера. — Я знала, что оно так, потому что, когда оно покончило с Миллзом, оно ринулось ко мне. Оно общупало меня всю, и я уразумела, что, раз так, оно согласное на меня. Да только этот безмозглый ублюдок и слушать не хотел. Ему, видите ли, все надо было сделать по-своему, дьявол ему в печенку!

— Оно согласно на вас? — Сара бросила взгляд на недвижного Питера. Из его рассеченной головы сочилась кровь. — То есть вместо Питера?

— А как же еще? — нахмурилась Салли. — Какой толк ему идтить? Мужик молодой, у его еще все впереди. Ну а я… — Салли ухватила себя за лацкан плаща, будто собиралась швырнуть себя прочь. — Мне-то чего терять? Пару лет одиночества. Оно меня тоже не прельщает, понимаешь ли. Но наоборот еще хужее. Я все пыталась втолковать это Хью, но его заколодило, чтоб быть чертовым героем.

Ее блестящие птичьи глаза сверкали из паутины морщин, и Сара вдруг взглянула на нее тем же взглядом, что и в детстве, увидев сумасбродную старуху, полоумную, но одним глазком взирающую на некий уголок мироздания, недоступный более ничьему взору. Ей вспомнились все байки о Салли. Салли пытается подавать знаки луне при помощи фонаря "летучая мышь"; Салли гребет наперекор северо-восточному ветру, чтобы снять шестерых моряков с Китовой банки; Салли, пьяная в стельку, является на церемонию, устроенную береговой охраной в ее честь; Салли спускает собак на только что избранного сенатора от Массачусетса, приехавшего наградить ее медалью. Чокнутая Салли. Внезапно она показалась Саре бесценной.

— Вы не можете… — начала она, но тут же осеклась и поглядела на Питера.

— Не не могу, — Салли цокнула языком. — Пригляди, чтоб мои псы не остались без присмотра.

Сара кивнула.

— И позаботься о Питере. Боюсь, я приложила его чересчур крепко.

Сара почти было уступила, когда ей в голову пришла неожиданная мысль:

— А оно не поумнело на этот раз? Питер уже отключался один раз. Оно не учится на опыте?

— Наверно, учится. Только оно взаправду дурное и навряд сообразит про это. — Она указала на Питера. — Валяй. Глянь, как он там.

Волосы на голове Сары встали дыбом, когда она опустилась на колени рядом с Питером, и она не сразу осознала, что в глубине души загодя знала, что будет. Но удар все равно ошарашил ее.