Павел Мэдер - Иногда они...

 - Выпить говоришь? – прищурился он – Сейчас.

 Вернулся Терри с бутылкой отличного виски. Помнится, такое я пил после школьного выпускного, тогда помнится, мы бродили всю ночь, а на следующий день я еле встал с постели. Стив достал два чистых стакана, и налил – в один плеснул на дно, а в другой - до половины.

 - Пей – он, подтолкнул ко мне полупустой стакан – я выпил, и почувствовал, как горячая жидкость, чуть обжигая, скользнула по пищеводу вниз.

 - Знаешь, когда умерла моя жена, я хочу сказать – первая жена, я очень убивался.

 - Первая? Так Джанет была второй?

 - Да, первой была Мэри. В браке с ней, мы успели прожить что-то около полутора лет, ну и до свадьбы встречались еще сколько-то. Так вот, я ушел с работы, и ушел в запой. Точнее, с работы меня уволили, по этой причине. Потеряв счет дням, а затем и неделям, я просто пил, потом отрубался, потом опять пил. Вставал, шел пешком - в магазин, покупал джин, и пил. Я наверно, за всю жизнь – предыдущую и последующую, столько не выпил, как за тот месяц. Пил я и пиво, виски и коньяк – все, что только горит. А в один прекрасный день, я стал видеть ее. Свою Мэри. Первый раз это произошло, не знаю уж точно, на какой день моей пьянки. Просто открыл глаза – а она сидит на кровати. Смотрит на меня, грустная, с укором. Я не испугался или еще что, наоборот обрадовался, что умер, и теперь снова с ней. Интересно, что мне тогда пришла в голову мысль – а как я умер? Заснул и все? Или с похмелья, свернул шею? Может, машина сбила? А потом, жена встала, и вышла из комнаты. Я тоже, встал со второй или третьей попытки и поплелся за ней, но ее нигде не было. Что ж, я не умер, и это меня огорчило, потому что окончить жизнь самоубийством  мне не хотелось. Достал из шкафчика на кухне, последнюю бутылку и налил в стоявший тут же, мутноватый стакан. А жена – она приходила каждое утро, иногда появлялась вечером, но чтобы я не говорил, она молчала. И знаешь, ее молчание было красноречивее всех слов. Как-то, я проснулся утром от писка будильника, хотя не помнил, чтобы я его заводил. Я нашарил его рукой и швырнул в стену, перевернулся на бок – но писк не стихал. Зарычав, я вскочил  и увидел, что звуки издает мой телефон – хотя я мог с уверенностью сказать, что на звонке у меня, не стояла пищалка. Поднес его к лицу и всмотрелся в экран – трудно было сфокусировать взгляд. Наконец, до меня дошло, что звонит Мэри. Я нажал «Ответить» и приложил телефон к уху.

 - Алло, Мэри?

 - Привет, милый. Я огорчена – голос был ее, сто процентов.

 - Да? Чем именно?

 - Ты сам знаешь чем – вздохнула она – ты должен жить дальше, понимаешь? Я хочу сказать, что с моей смертью, для тебя ничего не закончилось. Да и для меня – тоже – добавила она.

 - Что… мне перестать пить?  - тупо спросил я.

 - Да, ради меня. Возвращайся на работу, у тебя все будет хорошо, я уверена.

 - Скажи, как там?

 - Хорошо. Послушайся меня, и будь примерным  мальчиком, Стиви.

 - Да – я хотел добавить еще что-то, поговорить с ней, попросить прощения, за все те ссоры, которые у нас были. Однако телефон потух. Еще бы – я ведь не заряжал его уже несколько недель. Ты можешь подумать, что я, полуспившийся болван, просто болтал по разряженному телефону, поддавшись галлюцинациям, не так ли? Может и так, да только было это – реальнее некуда. Я отоспался, потом встал, просидел под душем целый час, побрился. Закинул одежду в стиралку, и впервые за долгое время, нормально позавтракал. Назавтра, я пошел проситься назад на работу, и директор сжалился надо мной. Через пару месяцев, жизнь и правда начала налаживаться, а спустя чуть больше года, после похорон Мэри, я встретил девушку, с которой как видишь, прожил много счастливых лет. По крайней мере – неплохих лет. У меня нет сыновей или дочек, и я пережил двух жен. Понятно, что это, не идет ни в какое сравнение, с твоим горем, но все-таки – не убивай себя, Олдос. Живи дальше, и мертвых оставь в покое – тут старик поднялся, поморщившись от боли, и вышел из кухни. Через некоторое время, послышался скрип диванных пружин и его бормотание, а потом он затушил свет. А я так и остался сидеть на кухне, ни о чем не думая. Рука машинально залезла в карман, и я нащупал там тот самый конверт, с ключом в нем. Не верю я в такие совпадения, когда-то давно – я не без помощи, конечно, спас мать от взрыва газовых баллонов. И вот теперь – что это? Судьба? Или Сид Скайд? Этот вопрос оставался открытым. И как это так получается, что вокруг меня – все встречаются со своими умершими родственниками, болтают с ними по телефону? Не знаю, верите вы или нет, рассказу этого старика - Стивена Терри, но я-то верю. Что делать дальше и как жить – об этом подумаю потом. Опустив голову на стол, я уснул.

Глава 8

 Проснулся я от шкворчания и шипения – Терри жарил яичницу.

 - Извини, что разбудил, парень – он снял сковороду с плиты – жутко хочется есть. Ты будешь?

 - Да, пожалуй – я ощутил, что, в самом деле, проголодался. Стив плюхнул передо мной тарелку с болтуньей, а сам сел напротив. Мы молча поели, а потом, я пошел звонить в морг. Впервые в жизни, кстати, ха-ха. Мне ответил женский голос, и, поинтересовавшись, насчет мамы и детей, через пару минут я узнал что хотел. Узнал, где они находятся и когда можно приехать, чтоб провести все необходимые мероприятия. Потом я положил трубку, а Терри на некоторое время, вышел из комнаты.

  Хоронить родственников пришлось за счет государства – те немногие сбережения, что были у нас – сгинули в пламени. Да и похорон, как таковых не было – попрощаться пришли две мамины подружки, я с мистером Терри, кое-кто из соседей - вот, в принципе и все. Трупы обгорели очень сильно – и, понятное дело, что гробы были закрытые. Присутствовал и толстенький священник – с проплешиной на затылке, и с большим носом. Он произнес речь, и наскоро смылся – с неба закапал дождь. Да и вообще – уже с утра, на небе собрались крупные грязно-серые тучи, а вскоре пошел дождь, грозящий перейти в самый настоящий ливень. Терри похлопал меня по плечу и медленно пошел к выходу. А я остался в одиночестве, перед свежими могилами. Их похоронили рядом – маму и Скотта с Мелиссой. Сколько всего теперь не произойдет в жизни детишек – они, никогда теперь, не закончат школу, не пойдут в колледж. Не будет теперь веселых потасовок и шумных перепалок. А Мелисса, в отсутствие мамы, никогда уже не попросит меня заплести ей косички. Я присел на корточки, а потом - опустился на колени, чувствуя, как джинсы тут же промокли и прилипли к ногам. Склонил голову – слезы бежали по щекам, и падали в собиравшуюся между ног, дождевую лужу. Я знал, что оплакивая мертвецов, мы жалеем не их – им то что? Плача по умершим, мы жалеем самих себя, это чувство утраты в груди… мертвецам на него начихать. Поэтому, взяв себя, наконец, в руки, я пошел прочь, не оглядываясь. Рядом, в машине сидел Терри, и помахал рукой – залазь. А я покачал головой и пошел дальше, под дождем. Не то что бы мне «нужно было остаться одному и все подумать» - просто, в очередной раз, нащупав в кармане конверт, я решил отправиться по тому адресу, который был на нем указан.Тут было не так далеко от кладбища. Совпадение? Нет, слишком много совпадений. Без труда нашел нужное здание – высотка на Андерсон авеню. На входе, охранник окинул взглядом мою одежду, пятна на коленках, прищурился, но ничего не сказал. Поднявшись на лифте, я отыскал квартиру под номером 407, вытащил ключ и, повертев его в руках, попробовал вставить в замочную скважину. Тот идеально подошел, я повернул его и дверь открылась. Я вошел, и закрыл за собой дверь. Это была чья-то квартира, я скинул мокрую обувь и пошел во внутрь.