Александр Рыбалка - Убить мессию

– Христианская традиция считает, что Адам и Ева похоронены на Голгофе… – вмешался отец Николай, но Давид перебил его довольно резко (впрочем, тут сказывалась усталость и нервное напряжение):

– Адам и Хава похоронены в Хевроне! А если говорить о Голгофе, то сначала надо выяснить, что подразумевать под этим именем – Голгофу православных или протестантов? Я сильно сомневаюсь, что во времена существования Храма казни проводили прямо посреди города.

Отец Никанор сделал резкий жест рукой, как будто перерубил невидимый гордиев узел:

– Сейчас неважно! И попрошу меня не перебивать – у нас осталось не так уж много времени. Я продолжаю… Само слово «адам» состоит из трех букв, что указывает на грядущие воплощения его души – Адам, Давид, Мессия.

Давид подумал, что в этом перечне Иисуса нет, и даже саму букву «йуд» в слово «адам» вставить нельзя (она бы там смотрелась не лучше, что буква «р» в слове «Хаим») – но счел за лучшее промолчать.

– Вы помните, где проходила тайная вечеря? – греческий монах обвел всех испытующим взором, не пропустив почему-то и Давида. Но каббалист не спасовал:

– Это даже я знаю. Свою последнюю трапезу Иешуа проводил вместе с учениками на могиле царя Давида… Что соответствует древней еврейской традиции – устраивать трапезу возле могилы праведника, там, где остается «решиму» – остаток его души, постоянно связанный с останками тела… Конечно!

Давид аж подпрыгнул на месте от поразившей его идеи:

– Иешуа готовился к своей роли Машиаха, и поэтому хотел соединиться с душой того, кто мог быть Машиахом в своем поколении. Каждый раз (я слышал это от одного хасидского рабби) каждый раз, когда еврейский народ близок к тому, чтобы признать кого-то Машиахом, будь то Иешуа, Шабтай Цви или кто-нибудь из вождей хасидизма – это поворотная точка в истории всего мира… «Лев Каббалы», рабби Ицхак Лурия, говорил, что у царь Давид был воплощением Адама Ришона – Первого Человека. А Машиах, в свою очередь, будет воплощением царя Давида…

– Добавьте к этому недостающую часть души, которая сейчас хранится в раю, – добавил костяшку на этих счетах Кероп.

– То есть в принципе, царь Давид мог бы знать, что нам делать дальше, – подсуммировал каббалист. – Вот только я не вижу возможности с ним связаться.

Кероп с невинным видом вынул из складок рясы мобильный телефон, но Давид испортил ему все удовольствие, не отреагировав на шутку.

– О том, чтобы вызвать дух царя Давида, не может быть и речи. Последний раз такую штуку проделывала волшебница, вызывавшая дух пророка Шмуэля для царя Шауля. Но, во-первых, я не представляю, как это можно было бы проделать сейчас, а во-вторых, эти вещи строжайше запрещены Торой. И я думаю, что не зря.

– Ну, христианство тоже к спиритизму относится отрицательно, – отец Никанор явно уже имел какую-то свою мысль. – Никто и не предлагает тревожить дух царя Давида. Кстати, Иисус являлся его прямым потомком – так что у него имелась не только духовная, но и материальная связь. А нам надо вызвать кого-нибудь из тех, кого вызывать можно – и вместе с тем, кто напрямую связан с грядущим Пришествием.

– Кого ты имеешь в виду? – удивился каббалист.

– Тебе ли его не знать, – монах усмехнулся (а может, это Давиду просто показалось в окутывавшем их полумраке). – Это архангел Михаил, первосвященник Иерусалима Небесного, князь и защитник народа Израилева.

– Боже, – взмолился Давид, – опять ангелов вызывать! Я уже больше не выдержу!

– Да и мы им, наверху, точно изрядно надоели, – Кероп упрятал свой мобильник обратно в рясу.

Отец Николай, молчавший на продолжении всего разговора с отрешенным видом (он изрядно осунулся за эти дни, обгорел на израильском солнце и приобрел вид какого-то отшельника из ранних веков христианства) сказал:

– Если отец Никанор так считает – надо попробовать. Мы будем пытаться хоть что-нибудь сделать до самых последних минут. Если вы уже устали, то я сам пойду сейчас на могилу царя Давида и попробую призвать архангела Михаила.

– Ага, ночью, – Кероп вполголоса рассмеялся. – Да тебя сразу же заберет охрана и доставит в ближайшую психлечебницу. Готовый «иерусалимский синдром» – это когда чересчур впечатлительные туристы начинают воображать себя Мессиями и творить разные мелкие чудеса. И где ты это хочешь проделывать? На улице?

Давид, не выдержав, широко зевнул, даже с какими-то противоестественными завываниями.

– А может, разойдемся по домам и поспим? – предложил он. – Не думаю, что сейчас от меня будет много толку.

– Каждая минута на учете, – неожиданно серьезно сказал Кероп. – Я тебя прошу, останься с нами.

– Пойдемте хотя бы кофе выпьем, – умоляюще попросил Давид.

– Ну хорошо.

Компания снялась с места (Давид от недосыпания чувствовал себя просто как зомби, да и остальных последние дни измотали до того предела, за которым начинается нервное истощение) и отправилась в небольшое кафе возле улицы Кардо, где отец Никанор на казенные деньги заказал всем по большой чашке крепкого кофе.

Даже привыкший ко всему бармен смотрел на группу, состоящую из монахов и каббалиста, с нескрываемым удивлением, однако спасители мира не реагировали никак. Пускай говорят, что хотят – возможно, уже через 24 часа (плюс-минус пару часов – пустяк по меркам материальной Вселенной) это уже не будет иметь никакого значения.

Отец Никанор первым допил свой кофе, отставил чашку и сказал:

– Странно, почему демон не начал действовать раньше. Почему он выбрал именно наше время, чтобы проявиться в этом мире?

– Может, у него не получалось? – высказал предположение отец Николай.

– Не думаю, – усомнился Давид. – Я видел его возможности…

– Это связано с концом тысячелетия! – Кероп пристукнул чашкой по столу, но каббалист разбил и этот довод:

– Мы все с вами прекрасно знаем, что Иешуа родился раньше той даты, которую Вселенский Собор установил за начало христианского летоисчисления. Если строго говорить, то сейчас идет 2004-й год от рождества Христова. А может, и больше.

– Тогда, значит, Мессия в самом деле должен родиться вот-вот, – отец Никанор резко встал, кофе оказал на него живительное действие. – Пойдемте, поговорим с архангелом Михаилом. Если хоть кого-то из ангелов волнует этот гребаный мир.

Произнеся эту тираду по-английски (в оригинале прозвучало еще более крепкое словечко), отец Никанор отправился к выходу из кафе. Все последовали за ним, а монах решительно взял курс на гору Сион – туда, где похоронен царь-псалмопевец Давид, из потомков которого должен выйти Избавитель этого мира.

– Эй, ну куда вы так сразу! – крикнул сзади задержавшийся Кероп. – Помещение тайной вечери сейчас принадлежит монахам-францисканцам, но у меня там есть свои связи. Короче, нам дадут ключи…