Мишель Роуэн - Ночной дурман

— Что-то я не особо тебе верю.

Да он параноик просто. Хотя так и должно быть. В конце концов, он же меня похитил. В общем, путешествовала с ним я вовсе не по своей воле.

Мы зашли в закусочную, и у меня с губ сам собой едва не сорвался крик о помощи. Я же много часов только этого и хотела — сбежать от Деклана. Хотя мне оставалось лишь сохранять спокойствие, потому что рука дампира лежала на моей спине… точнее, неприлично ниже, как напоминание о том, что он рядом, и мне надо быть лапочкой.

На стене висел телевизор. Неужели утренняя перестрелка в офисном здании не попала в новости? Стрельба в центре города не была чем-то уж совсем неслыханным, но такое происходило далеко не каждый день.

Кто-нибудь вообще знает, что со мной случилось? Или все решили, что после той стычки я просто отправилась домой? Хотя кто-то должен был проверить, как я там. Стейси же все своими глазами видела. И Донна, моя соседка по квартире, наверняка заметила, что я не пришла с работы. Она будет беспокоиться. Позвонит моей сестре. И та тоже будет беспокоиться.

А вдруг они решат, что я умерла? От этих мыслей чувство вины принялось грызть меня еще сильнее. Надо связаться с ними при первой же возможности.

И что им сказать? Вот этого я не знала, но все равно надо дать им знать, что я пока что живая.

Мы подошли к стойке. Краем глаза я заметила, как люди за столиками настороженно разглядывают Деклана. Это потому, что они видели его в новостях, или просто он, по его же собственным словам, был «страшен как смертный грех»? Что ж, хотя бы на черной одежде не видно пятен крови.

Официантка подозрительно уставилась на нашу парочку.

— Садитесь, я через минутку подойду.

— Мы торопимся, — сказал Деклан. — Нам с собой.

— О. Ну ладно. Что хотите?

Он нахмурился:

— Не знаю. Что у вас есть?

Я схватила меню, лежавшее на стойке, и быстро пролистала.

— Два бургера. Жареную картошку. Кока-колу. И два куска лаймового пирога.

— Понятно. — Снова покосившись с опаской на Деклана, официантка нацарапала в блокноте список заказанных блюд и передала его в окошко кухни. — Скоро будет. Пока присядьте.

Я посмотрела на Деклана:

— Можешь уже и отпустить.

Его ладонь все еще лежала на моей спине. Он убрал ее и скрестил руки на груди.

— Ты сделала заказ за меня.

— Мне показалось, ты не знаешь, чего хочешь.

— Лаймовый пирог?

— Мой любимый.

— Никогда не пробовал.

— Угу, ты не очень-то похож на любителя выпечки. — И тут желудок резануло. — О нет! Только не здесь!

— Сядь.

Я затрясла головой:

— Мне надо в дамскую комнату.

— Я с тобой.

— Нет, дождись нашего заказа.

На его лице промелькнуло сомнение.

— Но помни, что я рядом, если…

— Сбежать попытаюсь? — прошипела я сквозь зубы.

— Тебе помощь понадобится, — закончил он.

— Я крикну.

Пару секунд он изучал меня.

— Ладно. Иди уже.

Я метнулась к тесный коридор, ведущий к уборным. Мое внимание привлек телефон-автомат между женским и мужским туалетами. Я принялась было копаться в карманах, но вспомнила, что у меня ничего нет. Ничегошеньки. Лишь серебряный нож, чье лезвие я, чтобы не порезаться, обернула носовым платком, найденным в бардачке угнанного пикапа.

Пройдя в туалет, я встала у раковины, глядя на свое отражение. Учитывая, что я пережила и как себя чувствовала, выглядела я не так уж и плохо. Хотя, конечно, лоб блестел от пота, но блузка и брюки оказались на удивление целыми, не считая пары маленьких прорех. Кожа была бледной, но вполне чистой. От макияжа, который я тщательно нанесла утром, правда, не осталось и следа. Волосы растрепались, так что я расчесала их пальцами и заправила за уши, жалея, что под рукой нет резинки, чтобы забрать их на затылке, слишком уж они лезли в лицо.

Я вцепилась в раковину в ожидании нового приступа, но ничего не происходило, и даже боль отступила. Должно быть, ложная тревога. Хотя нельзя сказать, что мне стало лучше. Я знала, что оно все еще там, притаилось внутри меня, предвкушая первую же возможность заявить о себе. Эта отрава, казалось, больше предпочитала неожиданность. Если бы у нее имелся характер, она была бы редкостной стервозой.

Я расстегнула и закатала рукава блузки, умылась, а затем наведалась в кабинку туалета, хотя особой нужды в этом не испытывала. За весь день мой организм изрядно обезводился. Я же не пила ничего, не считая пары чашек воды в том доме, большую часть которой я тут же выплюнула, чтобы смыть привкус чернил, которыми меня рвало. И все же я не знала, когда в будущем мне выдастся лишняя минутка пописать.

Выйдя из кабинки, я увидела в туалете женщину. Я даже не слышала ее шагов.

— Я тебя знаю, — заговорщицки зашептала она. — Видела тебя по телевизору. Тот мужчина… который с повязкой. Он кого-то убил. Застрелил. А ты была заложницей, и он тебя с собой увез.

Она узнала меня. Но так нельзя! Этого не должно было случиться. Я не могла рассказать незнакомке всего, что со мной случилось, как бы мне этого ни хотелось. Она не сумеет мне помочь. Никто не сумеет.

— Думаю, вы меня с кем-то перепутали, — пробормотала я, зная, что она мне не поверит. В конце концов, Деклан был не из тех, кого легко забыть.

Я попыталась выйти, но она заступила мне дорогу.

— Просто забудьте, что видели меня, ладно? — попросила я. — Ради вашей же безопасности.

— О Боже. — В ее голосе вдруг зазвучало благоговение. — Что же ты такое?

Нахмурившись, я уставилась на нее. Странная фразочка, не находите?

— Вы это о чем?

— Это все… запах. Твой запах. Он такой сильный.

Вот черт. Похоже, мне и правда надо помыться.

— Мне нельзя здесь быть. Слишком опасно, ведь охотник совсем рядом, — зашептала она. — Но я не могу устоять.

Откуда она знает, что Деклан — охотник? Или в новостях и об этом сообщили?

И тут туман в моей голове рассеялся, и я заметила, насколько эта дамочка бледная. Под кожей у нее проступали синие вены, окружавшие глаза и вьющиеся по подбородку. У меня перехватило дыхание.

Ее глаза были светло-серыми, но неожиданно мрак зрачков поглотил радужку, и они стали бездонно-черными. Щеки ввалились, отчего лицо приобрело очертания черепа.

Когда я попыталась пройти мимо нее, она схватила меня и сумела удержать на месте, хоть и была совсем миниатюрной, даже ниже меня на пару дюймов.

В почерневших глазах вспыхнуло почти сексуальное желание. Она приоткрыла губы, и я заметила за ними острые кончики клыков. Она словно заявилась сюда прямиком с вечеринки в честь Хэллоуина, слишком уж это было фантастично и почти смешно. Вот только на деле это было очень даже реально.