Алекс Флинн - Зачарованный

— Мне все доверяют.

— Кто это «все»?

Я думаю. Мэг мне доверяет, хотя это не очень хороший пример, потому что я ей соврал. Или мама… но она ведь моя мама.

— Понимаешь, есть одна принцесса, — наконец произношу я.

— Принцесса? — Лис хмурится, насколько это вообще умеют делать лисы. — Это Америка, малыш. Может, я и лис, но я не дурак. Я знаю, что здесь нет принцесс.

— Она не из Америки. Она из Алории, и она…

Я останавливаюсь, представляя невероятную сексапильность Викторианы. «Она причина всех моих проблем», — хочу сказать я, но вместо этого говорю:

— Она в беде. И из всех людей, которых принцесса могла попросить помочь ей, она выбрала меня. Она думает, что я… — это конечно неудобно говорить, — что я хороший мальчик.

— А почему она так думает?

— Потому что я очень много работаю, чтобы поддерживать маму. У нас мастерская по ремонту обуви.

— Ремонту обуви?

Лис дергает хвостом.

— Я знаю, это звучит неубедительно, но именно этим занимается наша семья, и я, наверное, тоже буду заниматься этим всю оставшуюся жизнь. Отец бросил нас, когда я был маленьким.

— Да, не повезло. — Усы лиса двигаются вверх-вниз. — Я встречал много лисят без отцов. Обычно оба родителя присматривают за детенышами, но иногда отца убивают, а малышам трудно научиться охотиться.

— Мне тоже было нелегко. — Я сочувственно киваю. — Не в смысле охоты, а с другими вещами. Но принцесса говорит, что если я помогу ей найти лягушку, то она выйдет за меня замуж.

Лис поднимает голову и смотрит на меня.

— Ты хочешь жениться на принцессе, Джонни?

— Конечно. Кто бы не захотел? Я хочу денег, денег, чтобы учиться, открыть свой бизнес, заботиться о маме. А кроме этого…

— Что кроме этого?

— Она красивая.

— Да, красота всегда помогает, — соглашается лис. — У меня самого была красивая жена.

Он молчит какое-то время. Я не мешаю ему думать.

— Хорошо, — наконец говорит лис. — Я дам тебе шанс.

— Ты расскажешь мне все, что знаешь о лягушке?

— Я сказал, что дам тебе шанс. Но прежде чем я помогу тебе, ты должен пройти тест.

— Какой тест?

— Ты должен доказать, что достоин. Первое, что тебе нужно сделать, — пойти в гостиницу за этим мусорным баком и провести там ночь.

Я вспоминаю бар этой гостиницы с теми жуткими чуваками, которые хотели сделать меня своей женщиной. Я не уверен, что они захотят меня увидеть снова, особенно всего вывалянного в мусоре. Но у меня нет выбора.

— Конечно.

— Но не думай, что сможешь меня обдурить. Здесь поблизости есть две гостиницы. Одна — хороший пансион, чистый и уютный. А вторая — тот мотель, который ты видел. Чтобы достичь цели, ты должен будешь переночевать в менее приятной гостинице.

— Понял.

— А завтра возвращайся, и я дам тебе нужную информацию.

— Хорошо.

Я жду, что он скажет мне что-то еще. Но лис просто сидит.

— Иди, — наконец произносит он.

— Ох.

Я забираю свою мантию и вылезаю из контейнера.

Я обхожу здание сбоку и вижу дверь. Сейчас десять, солнце высоко в небе, и мотель поэтому выглядит еще более обшарпанным, чем раньше. У входа стоят мотоциклы и несколько машин-развалюх, в одной из которых на сиденье для пассажиров кто-то спит. Я бы и сам не прочь немного. Может, удастся заселиться пораньше. После такой насыщенной ночи глаза слипаются уже от одной мысли об этом.

Вдали виднеется другая гостиница. Как и сказал Тодд, это действительно пансион, расположенный в традиционном для Ки-Уэста большом доме с жестяной остроконечной крышей — в таком всегда хотела остановиться мама. Он называется «Дом бабочек Эмили», и вокруг красных и фиолетовых цветов порхают бабочки.

Но лис сказал, что я должен остановиться в плохом отеле. Я послушаюсь его. Я уже начинаю поворачиваться к пансиону спиной, когда замечаю, что в цветах кто-то шевелится.

Это лягушка.

Это просто лягушка. Обычная нормальная лягушка, не моя лягушка.

А почему не моя? Я делаю шаг в ее направлении, потом еще один. Лягушка неподвижна. Я не спускаю с нее глаз, боясь, что, если перестану смотреть, она исчезнет.

— Филипп! — зову я.

Она не реагирует. Я делаю еще один шаг, наклоняюсь и наконец могу ее разглядеть.

На голове у лягушки рыжая полоска.

Я сделал это. Я победил. Мне не нужен ни лис, ни мотель, ни что-либо еще. Меня не застрелят. Мне нужно всего лишь поймать лягушку, а это может сделать любой мальчишка. Хоть раз в жизни что-то далось легко!

Лучший способ поймать животное — накрыть его полотенцем или одеялом. Не сводя с лягушки глаз, я лезу в рюкзак и вытаскиваю мантию.

Лягушка не шевелится.

Я делаю шаг вперед, потом еще один и ни на секунду не перестаю наблюдать за ней. Я вижу бородавку, рыжее пятнышко. Это моя лягушка. Я хочу побежать к ней, но сдерживаюсь. Она не двигается. Она доверяет мне. Нельзя ее спугнуть.

В конце концов я подхожу настолько близко, что почти уже могу накинуть на нее мантию.

Один последний шаг.

Лягушка прыгает на лестницу, ведущую в пансион.

Нет. Нет! Не упрыгивай. Но я сохраняю спокойствие. Она запрыгнула только на одну ступеньку. Их три. Я стараюсь не думать о подвале. Если она проскочит между ступеньками, мне придется искать ее там.

Я еще немного продвигаюсь. Спокойно. Спокойно.

Лягушка запрыгивает на вторую ступеньку.

Нет!

Спокойно. Спокойно.

Я делаю еще один большой шаг. Вспоминается, как мы с Мэг играли на пляже в «Мама, можно я?», незаметно убегая вперед и надеясь, что нас не найдут. Я протягиваю руки вперед, готовый набросить мантию.

Лягушка вскакивает на крыльцо.

Дверь в гостиницу открывается, и она запрыгивает внутрь.

— Нет! — Я не могу сдержать крик.

Выглянувшая на крыльцо старушка изумленно смотрит на меня. Я пытаюсь улыбнуться, она отпускает дверь, и та закрывается.

Хорошо. Лягушка сейчас внутри. В ловушке. Я могу ее там поймать.

Спокойно.

Может, ее даже выгонят оттуда.

Я пытаюсь представить принца, которого выметают метлой. Лучше не терять времени.

Я быстро запихиваю мантию в рюкзак и поднимаюсь по ступенькам.

Внутри — синие цветы и белая плетеная мебель, но лягушки нигде нет. На меня уставилась группа туристов, пытаясь удержать на коленях тарелки, с которых они ели маффины. Я представляю, как, должно быть, выгляжу: семнадцатилетний, с рюкзаком на спине, грязный и пахнущий мусором. Я похож на беспризорника.

Ладно. Я не собираюсь тут останавливаться. Я просто заберу свою лягушку и уйду.

— Чем могу помочь?

Ко мне приближается женщина средних лет в желто-коричневых сандалиях «Биркенсток», в руках у нее кофейник. Она старается выглядеть дружелюбно, как будто ничего не случилось.