Роберт Блох - Безликий бог: Египетский цикл

— Что это? — спросил я.

— Тайный код жрецов. Де Мариньи считает, что это наакаль. Перевод? Проклятие, совсем как у Принна; проклятие на головы грабителей могил. Амулет в самых злобных выражениях грозит им местью самого Себека.

Ваннинг говорил с наигранной легкомысленностью. Я заметил это по тому, как беспокойно вели себя другие участники кружка. Доктор Девлин беспокойно покашливал, Ройс вцепился в свою рясу, де Мариньи хмурился. К нам приблизился похожий на гнома профессор Вейлдан. Некоторое время он смотрел на мумию, словно ища ответа в пустых глазницах, слепо глядевших во мрак.

— Скажите ему, что я обо всем этом думаю, — тихо произнес он.

— Вейлдан провел кое-какие исследования. Ему удалось вывезти мумию под носом властей, хотя расходы оказались немалыми. Он сообщил мне, где нашел ее; малоприятное место. Девять человек из его каравана умерли по пути назад — возможно, виной тому была зараженная вода. Но профессор, боюсь, обратился против нас.

— Отнюдь нет, — резко прервал Вейлдан. — Я посоветовал вам избавиться от мумии, потому что не готов расстаться с жизнью. Мы хотели использовать ее в некоторых церемониях, но это невозможно. Видите ли, я верю в проклятие Себека.

Вы знаете, конечно же, что были обнаружены лишь четыре мумии его жрецов. Это объясняется тем, что другие покоятся в тайных склепах. Все четверо нашедших их мертвы. Я был знаком с Партингтоном, обнаружившим третью мумию. По возвращении он начал подробно изучать миф о проклятии — но умер, не успев ничего опубликовать. Конец его был довольно примечателен. Упал с мостика в крокодилий бассейн Лондонского зоопарка. Когда его наконец вытащили, от него почти ничего не осталось.

Ваннинг искоса глянул на меня.

— Пустые страхи, — сказал он и продолжал уже более серьезным тоном. — Но это одна из причин, по которым я пригласил вас и поделился с вами нашей тайной. Я желал бы услышать ваше мнение как ученого и оккультиста. Следует ли мне избавиться от мумии? Верите ли вы в историю о проклятии? Лично я не верю, но в последнее время мне было как-то не по себе. Слишком много странных совпадений, и к тому же я доверяю Принну. Для чего мы собираемся использовать мумию — не имеет значения. Так или иначе, это… святотатство, которое привело бы в гнев любое божество. Я вовсе не мечтаю ощутить на горле клыки создания с крокодильей головой. Что скажете?

Внезапно я вспомнил. Человек в маске! Он был одет как жрец Себека, подражающий своему богу.

Я рассказал Ваннингу о том, что видел.

— Кто он? — спросил я. — Ему следует быть здесь. Это придало бы обстановке достоверность.

Ваннинг отшатнулся в непритворном ужасе. Увидев, как он испугался, я пожалел о своих словах.

— Я ничего подобного не видел! Клянусь! Нужно немедленно найти этого человека.

— Нельзя исключать, что это вежливая форма шантажа, — сказал я. — Возможно, он располагает какими-то сведениями о вас и Вейлдане и пытается сперва вас устрашить, а затем продать свое молчание за деньги.

— Может быть, — без малейшей искренности отвечал Ваннинг. Он обернулся к остальным.

— Быстрее, — сказал он. — Ступайте в зал и поищите среди гостей. Схватите этого неуловимого… незнакомца и приведите его сюда.

— Вызвать полицию? — нервно предложил Ройс.

— Нет, глупец. Поспешите — это касается всех вас!

Все четверо вышли из библиотеки; их шаги, удаляясь, отдавались эхом в коридоре снаружи.

Минутное молчание. Ваннинг попытался улыбнуться. Я плыл в странном тумане забвения. Египет моих мечтаний — был ли он явью? Почему мимолетный взгляд на таинственного человека в маске произвел на меня такое впечатление? Жрецы Себека проливали кровь, скрепляя договор мщения; но могло ли оказаться действенным древнее проклятие? Быть может, Ваннинг сошел с ума?

Тихий звук.

Я обернулся. Там, в дверях, стоял человек в маске крокодила.

— Да вот же он! — воскликнул я. — Это тот самый.

Ваннинг попятился и оперся о стол, его лицо приобрело цвет влажного пепла. Он увидел человека, стоявшего на пороге, и его измученные глаза телепатически передали мне ужасную весть.

Человек в крокодильей маске. его заметил только я. Весь вечер мне виделся Египет. А здесь, этой комнате, находилась похищенная мумия жреца Себека.

Бог Себек был богом с головой крокодила. Его жрецы были одеты по образу божества — они носили крокодильи маски.

Я только что предупредил Ваннинга о мести древних жрецов. Он сам в нее верил и испугался еще больше, когда я рассказал ему о том, что видел. И теперь в дверном проеме застыл безмолвный незнакомец. Не логично ли предположить, что это воскресший жрец, явившийся отомстить за нанесенное его собрату оскорбление?

И все-таки я не мог в это поверить. Даже когда зловещий и величественный незнакомец вошел в комнату, я не понял, что он задумал. Ваннинг корчился и стонал у саркофага, но я по-прежнему не верил.

Все произошло так быстро, что я не смог помешать. Я собрался было преградить путь этому сверхъестественному злоумышленнику — но гибель была неминуема. Резким движением рептилии тело в белой ризе, извиваясь, скользнуло по комнате. Миг спустя оно уже высилось над скорчившимся хозяином. Я увидел, как когтистые руки вцепились в слабеющие плечи; затем челюсти маски опустились и сомкнулись. Сомкнулись — на трепещущем горле Ваннинга.

Я бросился на человека в маске; по контрасту, мысли казались неторопливыми и спокойными. «Дьявольски умное убийство», — размышлял я. «Уникальное и смертоносное оружие. Искусно спрятанный под маской механизм приводит клыки в действие. Какой-то фанатик».

Мои глаза, точно отделившись от меня самого, видели чудовищную пасть, терзавшую шею Ваннинга. Перемещаясь, чешуйчатый ужас головы вырисовывался крупным планом, как на киноэкране.

Все заняло лишь секунду, понимаете? С внезапной решимостью я ухватился за рукав белого одеяния, а свободной рукой потянулся к маске убийцы.

Убийца уклонился, пригнулся. Моя рука соскользнула и на мгновение прикоснулась к крокодильей морде, к окровавленной челюсти.

И затем убийца повернулся и молниеносно исчез, а я с криком обнаружил себя перед изодранным и изуродованным телом на саркофаге жреца Себека.

Ваннинг был мертв. Его убийца исчез. Дом был полон гуляк; мне нужно было лишь подойти к двери и позвать на помощь.

Но я этого не сделал. В течение одной незабываемой секунды я стоял посреди библиотеки и кричал. Глаза затуманились. Все кружилось: залитые кровью книги, иссохшая мумия с раздавленной и запятнанной в схватке багровой грудью, красное и недвижное нечто на полу. Все кружилось перед глазами.