Александр Годов - Дьявольская радуга

В дверь заколотили. Дерево треснуло, створки распахнулись. Ворвался внук Олега. Точнее — уже не внук. Из его рта торчала рука; глаза мальчика болтались на нервах. На его теле не было ни одного живого места: щеки, горло, лоб, руки покрывали глубокие порезы и надрывы.

Лев побежал. Куда — он и сам не знал. Лишь бы подальше от этого ада. Потом он зацепился за что-то и потерял сознание.

Лев очнулся в пристройке дома — в башне. Монстры не могли попасть сюда. Может, не могли взломать дверь. Может, хотели испугать его, прежде чем убить. Неизвестность пугала. Оставалось либо ходить в тесном помещении, либо лежать. И ждать утра. Утром наверняка монстры пропадут.

Лев заглянул в шкаф, под тумбочку и под раскладную кровать. Среди пыли и пустых бутылок из-под пепси он разглядел кое-что еще. Тетрадь.

Это была обычная тетрадь на девяносто шесть листов. С зеленой обложкой и в клеточку.

Лев открыл ее.

Тетрадь

Я нашел эту тетрадь и карандаш в шкафу. Наверное, внук Иосифа постарался… Я сижу в башне уже третий день, но зомби никуда не пропали. Я надеялся, что солнечные лучи как-то повлияют на них, но ошибся. Мертвяки стоят за моей дверью и ждут. Ждут, когда я выйду. У меня нет ни еды, ни воды. И выбраться из башни не могу. Помощи нет. Возможно, зомби повсюду.

И мне страшно. Я не хочу умирать. Не хочу!

СПАСИТЕ МЕНЯ!

20 июля 2011. Алексей Семенов.

Скоро вечер и я не смогу писать. Электричество пропало еще вчера.

Зомби по-прежнему стоят за дверью.

Лариса, если ты найдешь эту тетрадь, то знай, что я люблю тебя. Жаль, что выкинул мобильник в окно…

Я постараюсь вылезти на крышу, а там позвать на помощь.

21 июля 2011. Алексей Семенов.

ЭТО НЕВЕРОЯТНО! 20 июля! 20 июля!!! Что за шутки??

20 июля 2011. Александр Юшин.

Сегодня я могу думать более трезво, чем вчера, поэтому постараюсь разобраться. Я тоже нашел тетрадь и карандаш в шкафу. Я тоже сижу в башне третий день. Вот только зомби никаких нет. Все, что со мной случилось более или менее объяснимо: на поселок напали волки. Эти твари пришли из лесу, когда я искал в клумбе мобильник.

Кирилла с внуком загрызли, я видел.

Самое смешное, что волки чертовски умны и их много. Они умудрились залезть в дом и загнать меня в башню. Я почему-то верил, что когда наступит утро, то смогу выбраться. Я ошибался. Утром волков стало еще больше. Я насчитал (в башне есть маленькое окно) около тридцати хищников.

Жду помощи.

21 июля 2011. Александр Юшин.

Я схожу с ума. Прочитал дневник. Это, блядь, невозможно! У меня, наверное, шиза.

Я каким-то образом оказался в городе. По улице бегают какие-то придурки с граммофонами.

20 июля 2011. ЕВГЕНИЙ ТРОПОВ.

Монстры из леса.

Жену зовут Ольгой.

Детей нет.

Застрял в башне. Кирилл и его внук убиты.

20 июля 2011. Владимир Докучаев.

Люди сошли с ума.

Жену зовут Мариной.

Детей нет.

Застрял в башне. Дмитрий (хозяин дома) убил внука и теперь пытается убить меня.

20 июля 2011. Александр Ромашенко.

Змеи.

Женат, детей нет.

Застрял в башне. Дед с внуком ЖИВЫ! Прячутся на крыше. Я слышу их.

Неужели, это все по-настоящему? Или я в аду?

Сколько раз я ЗАСТРЕВАЛ В БАШНЕ? Сколько меня не писало в этот уебский дневник?

Черт! Меняются только имена и чудища…

20 июля 2011. Григорий Дятлов.

Ядовитый дождь. Сидим в доме. В башне нашел тетрадь.

20 июля 2011. Василий Куклин.

Туман и руки из земли. В доме около пяти человек.

20 июля 2011. Иосиф Лавров.

В поселке появилась башня + монстры. Я забаррикадировался в доме.

20 июля 2011. Василий Годов.

Лев лежал на полу и смотрел в потолок. Правда ли была написана в тетради? Если да — то как же оказалась бессмысленна его жизнь. Если нет — есть еще шанс вырваться из рук монстров. Благо уже рассветало.

Надо решиться…

Саша проклял тот день, когда согласился починить машину приятеля. Мало того, что машина держалась на соплях, так и воздух прогрелся до сорокоградусной отметки. Саша не мог работать в такую погоду. Ему хотелось получить, наконец, аванс за сделанную дверь и искупаться в пруду, который находился за пять километров от мастерской. Он не только физически, но и морально устал. Поэтому он дал себе зарок закончить тачку своего старого друга и уехать в Сочи к родителям…

Первый

Зомби было много.

Сергей смотрел на казавшееся бесконечным поле голов мертвяков и ловил себя на мысли, что выбраться живым из сложившейся ситуации невозможно. Лунный свет скрывал изъяны на лицах и одежде зомби, но и то, что можно было разглядеть, пугало до дрожи в коленях. Сотни стеклянных глаз; сотни измазанных в грязи и крови пустых морд.

Тропов шмыгнул носом и сильнее вцепился в ручку балкона.

Бурая смотрела на толпу оживших мертвецов и улыбалась. Сергей не понимал, чему девушка радуется, потому что теперь его, Анжелину и Таню могло спасти только чудо.

В эту минуту он готов был пустить себе пулю в рот.

Напитавшее атмосферу электричество ощущалось без всяких приборов — чисто физически. Вдали загромыхало — и громовые раскаты быстро приближались. Появились первые дождевые капли.

— Почему они просто стоят? — спросила Бурая.

Тропов пожал плечами.

Он вытащил из кармана джинсов пачку Camel, которую он позаимствовал в кабинете жирного борова, поджег сигарету и сделал глубокую затяжку. Видимо, слишком глубокую — когда дым попал в легкие, Сергей задрожал, несмотря на удушающе жаркую погоду. Звук сгораемых кусочков табачных листьев плохо, но успокаивал. Тропов смахнул дождевые капли, стекающие по лицу. У него появилось нехорошее подозрение, что до утра можно не дожить.

— Тропов, не молчи уже, — начала Бурая.

Но он не проронил ни слова: курил и продолжал смотреть на зомби. Не такого конца он желал для себя. Очень хотелось жить. Сергей вспомнил утренние планы найти мотоцикл и съездить в город за продуктами. Как же глупо было планировать даже на день вперед! Его потянуло зайти в комнату к Тане и помириться с ней.

Анжелина бросила на него высокомерный взгляд. В мозгу Тропова мелькнула неприятная мысль о бесконечной глупости, свойственной Бурой. Должно быть, это отразилось на его лице: улыбка девушки погасла. Он ударил ее кулаком в нос. Голова Бурой откинулась назад, а потом дернулась вперед, как воздушный шарик на палочке. Анжелина осела.