Они приходят осенью (СИ) - Дмитрий Александрович Видинеев

что могла убить или покалечить, проехала мимо. Или, к примеру, словно бы в спину тебя кто-то подталкивал и на то место, где ты только что была, падала сосулька.

Марина озадаченно пожала плечами.

— Разное случалось, — ей вдруг вспомнилось, как однажды она споткнулась в подъезде, отвлекшись на зазвонивший телефон. Слетела по лестничному пролёту и за мгновение до падения и как следствие разбивание головы об ступеньку, что-то как будто её придержало. Будто ангел хранитель помог. А ведь были и другие случаи, после которых напрашивались слова «чудом повезло».

— Хотите сказать, это существо мне помогало?

— И тебе, и мне, и многим другим. Я в юности чуть не утонула в пруду возле города. Когда начала захлёбываться, вокруг моей головы будто бы воздушный пузырь образовался. Всего на мгновение, но я успела глотнуть воздуха, это меня и спасло. А недавно у одного водилы грузовика тормоза отказали, он ехал прямиком в остановку, где куча людей ждали автобуса, но в последний момент какая-то сила изменила направление. Пострадал только водила, да и то не слишком. И таких случаев уйма. Где-то это можно смело списать на везение, а где-то объяснение найти трудно.

— И вы считаете, что это дух города помогает?

— Я в это верю.

— Звучит всё это как-то… — Марина сделала паузу, подбирая правильное слово. — Невероятно.

Нонна усмехнулась.

— И это говорит человек, который за последние дни уже не раз сталкивался с чем-то невероятным. Должна уже усвоить, что невероятное — вероятно, — она сделала очередную затяжку, бросила окурок на прогнивший помост и растёрла мысом сапога. — Пойдём к машине.

Они спустились с эстрады, не спеша двинулись к парковой аллее.

— Не слишком-то это существо мне помогло, когда наркоман на меня напал, — продолжила разговор Марина, — И Инге, когда она под машину угодила.

Нонна сделала рукой неопределённый жест.

— Думаю, некоторые события обязательно должны произойти, какими бы ужасными они ни были. Если хочешь, называй это судьбой. А что касается помощи Друга… Ты думаешь, Инга случайно вчера наткнулась на тех мразей, что засаду на тебя устроили?

— Она ведь сказала, что там тётка её неподалёку проживает.

— Так и есть, проживает, но факт в том, что она, когда вышла из подъезда, собиралась топать совсем в другую сторону. Но увидела, как мигает фонарь, будто знак подаёт. А мы с Ингой уже давненько приучились к подобным знакам прислушиваться. Она и пошла к этому фонарю, а потом другой замигал. Так и дошла до школы, где Мамонт с мразями тебя поджидали. Не прислушайся она к этим знакам, тебе не поздоровилось бы.

Марина опешила.

— Хотите сказать, знаки подавало это существо?

— Ну ты прям чемпионка по догадливости, — рассмеялась Нонна. — Да, именно это я и хочу сказать. Кстати, ты вчера интересовалась, как мы все друг друга нашли. Ну так Друг нас и свёл. Сначала меня и Ингу, потом Вячеслав словно какой-то зов услышал спьяну и явился в этот парк, к театру, где я в то время находилась. Затем Вадик из интерната сбежал, и кто-то его будто в спину подталкивал, пока он не пришёл к коттеджу.

— Невероятно, — снова выдала Марина, впрочем, с восхищением, а не с недоверием. — А что означают все эти видения, что мне… Друг показывал? Я видела свою юность, лучшие моменты жизни.

Нонна ненадолго задумалась.

— Наверное, он хотел тебе показать, что всегда был в твоей жизни. Незримо. Вместе с тобой радовался, вместе с тобой грустил.

— И чем же я это заслужила?

— Просто тем, что ты есть, — последовал незамысловатый ответ. — Он ведь радуется и грустит не только с тобой, но и со всеми нормальными людьми города. Он одновременно может быть везде. Вот такой вот парадокс.

— И он хочет, чтобы мы ему помогли, — сделала вывод Марина. — Он, что нас выбрал?

— Господи ты боже мой! — всплеснула руками Нонна. — Да никто нас не выбирал. Мы сами себя выбрали, когда решили не стоять в стороне. Ты прям как Инга, она вообще нас избранными называет, фэнтези всякого начиталась, дурашка.

В её сумочке затрезвонил сотовый. Это звонила Инга. Коротко переговорив с ней, Нонна посмотрела на Марину.

— Мразей опять куда-то сейчас на автобусе отвезут. Это наш шанс выяснить, куда именно. Инга нас возле старой школы ждёт. Поторопимся.

Марина рассудила, что в ближайшее время скучно уж точно не будет. Ну и отлично. Чего ей сейчас точно не хотелось, так это бездействовать.

Глава седьмая

Семён ездил к хозяйке раз в неделю, чтобы отвезти «коровок для дойки», как называл это Мамонт, но сегодня впервые ему казалось, что он направляется прямиком в пасть льва. Вчера как-то храбрился, а сейчас совсем стало не по себе. Простит ли Варвара за его косяк? Вряд ли. Накажет. Вопрос лишь в том, какое это будет наказание. Всё зависит от её настроения, а оно у хозяйки переменчиво, радость мгновенно может смениться лютой злобой из-за какого-нибудь пустяка, а гнев быстро поменяться на милость. Такой уж она человек… Дьявол, какой к херам человек? Антон поймал себя на мысли, что никак не отвыкнет видеть в ней ту, кем она не является. Наверное, потому что красивая, женственная. Да, это притворство, маскировка, но это работает, отлично вводит в заблуждение.

Рядом на пассажирском сиденье скукожился Мамонт. Хреново ему после вчерашнего, рожа красная, глаза мутные. Антон с ним за утро перекинулся всего парой слов, не хотелось общаться с этим воняющим перегаром утырком. Впереди, перед Джипом, ехало два автобуса полных сборщиков, водители были людьми Варвары и, разумеется, знали, кого именно везут. На самом деле ехали на «дойку», а официально — в оздоровительный центр.

— Паршиво что-то, — пожаловался Мамонт. Вот уже целый час жаловался, будто желая дождаться от Семёна слова сочувствия. — Не надо было мне вчера нажираться.

Как же Семёну хотелось зарядить ему локтем по роже — наотмашь, не отрывая взгляда от дороги, так, чтобы челюсть хрустнула. Это, пожалуй, слегка подняло бы настроение ненадолго. Но нет, такой способ психотерапии сейчас был неприемлем.

Автобусы, а следом и Джип свернули с извилистого шоссе на ровную как линейка дорогу, ведущую в экопосёлкок «Флора». Мамонт принялся обкусывать заусенец на большом пальце. Нервничал. Проехали яркий билборд с призывом беречь природу. Ещё один. Показался пропускной пункт, возле которого возвышался очередной билборд с надписью «Флора — территория чистоты». Семён притормозил, шлагбаум, дёрнувшись, поднялся и внедорожник въехал на территорию посёлка.

Застроенных участков здесь было всего двадцать. Одноэтажные коттеджи с застеклёнными фасадами отличались друг от друга цветом, который вальировался от светло зелёного, до ярко синего. На крышах глянцево блестели солнечные батареи, тут