Укус (ЛП) - Лаймон Ричард Карл

Если бы только я знал.

— Ты всегда могла обратиться ко мне, — набрался смелости сказать я.

— Я думала об этом. Но не хотела впутать тебя в свои неприятности. Мне нужен был хладнокровный убийца. Ты не такой. И я бы не стала просить тебя убить ради меня… знала, что ты бы не смог отказать.

— И что такого? Билл заслуживал смерти. Я с удовольствием расквитался бы с подонком за тебя.

— Это было бы неправильно. Это бы… очернило тебя.

— Это меня-то? Мистера Чистера?

— Именно. Я хотела, чтобы ты остался таким, какой есть.

— Тогда почему ты обратилась ко мне, когда потребовалось убить Эллиота? Я не жалуюсь, просто…

— Совсем другой случай. Это ведь даже не убийство.

— Еще какое!

— Не правда. Убийство — это когда человека убиваешь. А Эллиот вампир. Поэтому никого ты не убивал.

Будь обстоятельства иными, я бы, наверное, рассмеялся. Но Кэт говорила серьезно. И я чувствовал себя… чтимым, что ли? Меня можно было использовать, как выяснилось, только для благородных дел.

— Кроме того, — сказала она, — вампиры ведь, как принято считать, уже мертвы, правильно?

— Элиот казался вполне себе живым.

— Мне тоже, — призналась она. — Но факт остается фактом. Насколько мертвым он был неважно, важно то, что человеком он не был. Так что его убийство — и не убийство как таковое. Убить Билла — да, другое дело. Потому я и не просила тебя пойти на это.

— Зато мы были бы вместе еще год назад, — сказал я ей.

— Мы вместе сейчас. Вот что важно. — Она нежно сжала мое колено.

И тут незнамо почему у нас лопнула шина. Автомобиль повело.

Ахнув, Кэт судорожно вцепилась в руль.

13

Машина, вихляя и подпрыгивая, явно горела желанием впечатать нас куда-нибудь посильнее, да так, чтобы мы костей вовек не собрали.

Нам еще крупно повезло с движением. В том плане, что его не было — мы были одни на далеком, залитом лунным светом хайвее.

Сражаясь с рулем, Кэт выровняла ход и сбавила скорость. Развернула машину вправо.

— Нам лучше не сбавлять скорость, — подал я голос.

— Вот как? Может, прислушаешься?

Кэт крутанула руль еще раз. ПАФФ, раздалось откуда-то снизу. А потом — с каждым движением — без перебоя: ПАФФ-ПАФФ-ПАФФ.

Правое переднее колесо, прикинул я. Спустило конкретно.

— Съедем с дороги! Мы же не можем ее прямо здесь поменять!

Кэт кивнула.

Мы посмотрели каждый на свою сторону дороги.

Обочины хайвея были диковатые — нагромождения камней, щебня и острых осколочных пород. Ни одного «перешейка» — и даже нет достаточно укатанных ответвлений к бездорожью, на которые можно было бы без риска съехать.

Кэт замедлила ход. Чем тише мы ехали, тем меньше оглушительные ПАФФы били по ушам. — На горизонте чисто, — сказала она. — Может, прямо здесь и сменим? Если быстро управимся…

— У тебя же прибережена запаска, да?

— Угу.

— Но она в багажнике?

— Боюсь, что да.

— А домкрат?

— Там же, — она глянула на меня понуро. — Под Эллиотом.

— Вот этого я и боялся.

— Что нам тогда делать?

— С дороги куда-то съехать — для начала. Правда, и это нам, гляжу, не светит.

— Светит, — вдруг резко сказала Кэт и выкрутила руль вправо.

Дорога в одно мгновение сменилась с ровной на донельзя ухабистую. Хоть Кэт и вела не спеша, грубый ландшафт заставил нас скакать на сиденьях, будто мы вдруг вздумали прокатиться на столетней ржавой карусели. В кресле было никак толком не удержаться — не будь мы пристегнуты, наши головы давно бы уже колотились о лобовое стекло.

Впрочем, крепкий удар головой — это было именно то, чего сейчас мне не хватало; по крайней мере, отвлекся бы от дикой боли в раненой спине. Как я не старался податься вперед подальше и удержаться в таком положении подольше, ухабы резво возвращали меня обратно. Чувство было при этом — будто слишком дружелюбный парняга хлопал меня от души по спине и каждый раз попадал точнехонько по ране от кола.

Но вскоре мы все же выбрались на более-менее ровную территорию.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Лихо, — выдохнул я.

На лице Кэт даже сквозь падающие тени я различил широкую улыбку.

— Никогда не лезь туда, откуда не сможешь выбраться, — проворчал я.

— Есть, сэр, так точно, сэр!

Я увидел валун прямо по курсу.

— Осторожнее!

Кэт свернула. Автомобиль успешно разминулся с валуном, но потом его занесло в сторону, под гору. Я судорожно вцепился в ручку двери, ожидая, что вот-вот мы перевернемся и рухнем крышей вниз с порядочной высоты. Но вместо этого пейзаж за ветровым стеклом судорожно вильнул куда-то в сторону, и мы, набирая скорость, покатились вниз с холма; ПАФФ-ПАФФ-ПАФФ сопровождало нас весь путь до самого низа.

Фары выхватили впереди серо-коричневый каменистый ландшафт. Камни, редкие сухие кустики, галька, рытвины, кактусы, чахлые деревья и валуны.

Вцепившись в руль, Кэт уворачивалась от крупных камней, то и дело вырастающих на пути. Никто, впрочем, не отменял гальку: зараза звонко колотилась о борта и капот машины, отскакивала, проскальзывала. Я охал каждый раз, когда мой добрая подруга, спинка сиденья, отвешивала мне очередной хлопок по болезной спине.

После нескольких опасных виражей и одного лихого разворота на все триста шестьдесят, Кэт сладила с машиной, заставив ту остановиться.

Шум стих. ПАФФы проседающего на поврежденной шине колеса, стук гравия о днище, визг тормозов — все умолкло.

Тишина.

Кэт погасила фары. Обессиленно выпустила из рук руль и откинулась на сиденье. Выдохнула.

— Ну что ж, с дороги мы убрались, — подвела черту.

— Молодцы какие. — Морщась, я согнулся в пояснице. Повязка на спине была теплая и мокрая, но кровь, судя по ощущениям, из-под нее не вытекала. Наверное, пока от этого спасали впитывающие бинты.

— И еще мы живы, — добавила Кэт.

Я хохотнул.

Мы посидели молча, глядя перед собой. Нас вынесло в самый низ небольшой долины. Впереди — никаких следов цивилизации. Одна лишь луна, куча камней на любой вкус и пики гор.

— Н-да, — протянула тихо Кэт.

— Чего? — повернулся я к ней.

— Знаешь, спустившая шина, по-моему, сейчас меньшая из всех наших бед.

— Давай я выйду и прикину ущерб.

Но выбрались в итоге мы вместе. Стараниями Кэт — еще там, в Санта-Монике, — машина осталась темной. Двери мы оставили распахнутыми настежь.

Я оглядел колеса со своей стороны. Шина на переднем, как я и предполагал, превратилась в резиновое решето. Задняя выглядела нормально.

— Слава Богу, — выдохнул я.

— А вдруг где-то еще есть мелкий прокол? — поспешила добавить ложечку дегтя Кэт.

— Давай не будем волноваться о мелких проколах, м?

— Хорошая идея.

Она подошла ко мне — поглядеть на спустившую шину.

— Как думаешь, что произошло?

— В толк не возьму.

— Они ведь обычно так не спускают?

— Да кто их знает. Она старая, эта шина?

— Ей меньше года. Совсем новенькая. Да и вряд ли накатала так уж много.

— Тогда дело не в ней.

— Как думаешь, ее могли прострелить?

— Могли, наверное, — сказал я. — По виду — на то похоже.

— Но вот только машин поблизости не было.

— Нас могли подстрелить издалека. Снайперски. Или мы наехали на что-то острое.

— Я вот что-то ничего такого не приметил.

— Поздно примечать. Мы вряд ли когда-нибудь узнаем. — Она стиснула мое плечо. — Мы могли наехать на колун.

— Валун?

— Колун. Острая деревяшка. Для… убийства вампиров, скажем.

— Я бы не удивился особо, — хмыкнул я.

— Эй! — Кэт ткнула меня локтем в бок.

— Ай! Я ведь просто подыгрывал!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Тебе не нужно подыгрывать, тебе лучше бы сейчас разубедить меня.

— Уф. Прости. О'кей, это был не вампирский кол.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста, обращайтесь.