Вячеслав Лазурин - Fear of the dark

Остановилась я, лишь захлопнув за собой дверь чужой каюты. Рухнула на пол, задыхаясь и думая о том, насколько толстые здесь стенки…

Я – солдат. И пусть после отставки уже десять лет служу на мирном исследовательском корабле, но еще не забыла цену своей жизни. Смерть уже не раз пыталась достать меня. Я пережила гражданскую войну на Ганимеде, эпидемию чумы на Центавре. Быть может, теперь мне не уйти от судьбы. Однако ломаться я не собираюсь. Макс выпустил последний заряд, но в прикладе должен храниться запасной боеприпас…

Оружие готово. Перед выходом внимательно проверяю прицел, наматываю ремешок приклада на руку. Теперь шнурки – тщательно их заправляю. Кажется, все в норме. Нет! Черт! Я сбилась со счета. Придется заново. Это помогает ровнее дышать – две секунды вдох, две секунды выдох…

В коридоре чисто. Двигаюсь быстро, но как можно тише. Не знаю, есть ли у этих тварей слух. Вряд ли. Вряд ли они имеют хоть какое-то чувство, подобное человеческому. Неважно. Корабль двигается. Шумят движки, вибрирует пол. А значит, реактор достаточно горячий…

Вижу пятна на стенах, но это лишь следы. Странно. Куда девались эти твари? За поворотом чисто. За вторым – тоже. От цели теперь отделяет лишь узкий короткий тоннель, ярко освещенный галогенным сиянием. Середина прохода остается позади, когда потолок прямо надо мной вдруг чернеет, становится выпуклым.

Резко вздергиваю винтовку вверх. Два выстрела – два сильных удара в плечо, и часть потолка разлетается осколками и черными брызгами. Еле успеваю отскочить, на пол сваливается огромный комок.

Третий выстрел. Не в противника, а в трубу вдоль стены. Она громко лопается, освобождая струю раскаленного газа. Его яростный поток ударяет по амебе, рассекает полужидкое тело. Знаю – это не убьет ее, но задержит наверняка.

Шлюз со скрипом открывается, стоит только ударить прикладом по пульту сбоку. Зал реактора встречает меня полумраком и тяжелым тошнотворным запахом. Замираю у входа, не в силах двинуться от ужаса. Увиденное мне не забыть никогда…

Всего пару раз я бывала в этом зале. Доступ сюда разрешен лишь спецперсоналу. Огромное пространство вдоль круглых стен занимают пульты управления, приборы и механизмы. Когда-то они рябили контрольными огоньками, мерцали дисплеями и сенсорными панелями. Теперь все это похоронено под толстым шаром темной слизи, истекающей крупными каплями.

Они здесь, все проклятые твари собрались в сердце корабля. Оно расположено в центре зала – реактор, колоссальная колонна, растущая из глубокого бассейна до самого потолка. Опутанная толстыми трубами и проводами. Внутри нее кипит могучая энергия…

Раньше бассейн был пустым. В нем пульсировало невидимое поле, удерживающее реактор в динамическом равновесии. Теперь там клокочет тьма. Живая. Чувствую ее дыхание, чувствую ее голод…

Поверхность черного озера бурлит, взрываясь крупными пузырями. Над ним извиваются фантомы серого газа. Сбиваясь в тучи под далеким потолком, они создают жуткое подобие выжженного неба. Неба, навсегда забывшего солнечный свет.

Уверена, это живое существо. Оно жмется к реактору волнами. Алчно впитывает тепло, которое так сложно отыскать в холодном пространстве. Элиоморфы повсюду, но меня не замечают. Они сползаются вокруг бассейна, по очереди погружаясь в клокочущую жижу. Сливаются воедино… Теперь я понимаю. Нет здесь никаких тварей, нет отдельных индивидов. Есть лишь один гигантский организм, клетки которого теперь возвращаются к хозяину.

Кто же тогда я? Вирус? Микроб в жалкой попытке навредить совершеннейшему чудовищу во Вселенной?

«Я – солдат», - повторяю себе и целюсь в одну из труб, опоясывающих реактор. Первый залп – труба со звоном деформируется, второй – с грохотом взрывается… Дориатум, жидкий компонент реактора, раскаленной лавиной сливается в бассейн. Похожий на магму поток ярко пылает, озаряя зал красным светом. Светом, бросившим вызов тьме.

Чернота в бассейне вдруг сжимается, конвульсивно вздрагивает. Смешиваясь с дориатумом, она превращается в бурую густоту, испещренную красными прожилками. Воздух сильно нагревается, электризуется. Каждый вдох становится все жарче и жарче. Но я не боюсь. Не останавливаю счет…

Третий выстрел – корпус реактора оскаливается зубастой трещиной. По глазам ударяет ослепительный синий свет…

***

- Вы слышите меня? Понимаете? Постарайтесь хотя бы кивнуть, прошу вас…

Не знаю, получится ли у меня. Онемевшую шею охватывает тупая тянущая боль. С трудом подчиняюсь голосу из расплывшегося мира, наполненного запахами лекарств, ярко-белыми оттенками.

- Хорошо, - слышу облегченный вздох, - вы на орбитальном госпитале BZ-37. Не волнуйтесь. Несмотря на сильное облучение, через пару месяцев мы поставим вас на ноги.

- Что… слу… чилось..? - выдавливаю из себя размытому собеседнику.

- Вы героиня. Благодаря вам мы теперь знаем, как победить элиоморфов. Необходима особая комбинация излучений и силовых полей реактора. Если их…

Голос утихает. Медленно гаснет свет, уступая тьме. Но эта тьма не враждебна. Чувствую себя спокойно… Я снова считаю, пусть и про себя. До десяти и заново. Просто так. Теперь мне нечего бояться…

Вячеслав Лазурин

Декабрь 2011