Андрей Дашков - Обезображенный

Ознакомительный фрагмент

Игам был замурован в глиняной статуе самого Бога-Шакала, спрятанной в одном из подземелий Шаарна. Король считал его своим пленником, чья жизнь была поставлена в зависимость от волшебных предметов, которые делал Игам внутри глиняной тюрьмы.

Но на самом деле Игамом оказался не кто иной, как Бродячий Монах Треттенсодд Сдалерн Тринадцатый, в чем Сенор убедился сам, когда встретился с ним внутри статуи Шакала, проникнув туда с помощью стеклянного обруча слепой королевы Мелхоэд.

По причинам, оставшимся Сенору неизвестными, Сдалерн похитил Призрачный Замок из Ледяной Обители Бога На Четырех Ногах и теперь прятал его в отдаленных ландшафтах Тени.

В подземелье Шаарна Незавершенный стал свидетелем битвы между Монахом и слугой Шакала, смерти короля Гишаарна, задушенного Поющей Шкурой, и бегства Эрланы, которой предстояло возвращение к своему господину.

Люстиг достигла своей цели – она вновь была превращена в женщину, одержимую себялюбием и жаждой власти. Теперь она удовлетворила эту жажду – ей достался Призрачный Замок, потому что ни Бродячий Монах, ни Холодный Затылок, ни Существо из Мертвых Времен не захотели обременить себя бессмысленным и опасным правлением.

После этого пути Сдалерна и Незавершенного вновь разошлись. Сенор и Суо оказались в Обители Семидесяти Семи, среди непостижимых существ, которым удалось вовлечь их в свои божественные игры. Здесь Холодный Затылок вкусил все, что могло быть реальным или воплощением его собственных иллюзий и желаний. Он не умел отделить одно от другого и с радостью принял эти дары, среди которых были бессмертие и множественность судеб.

В одной из своих полуреальных жизней он был превращен в Химеру, зверя Хаоса, и мог навеки остаться живым талисманом Короля Жезлов, владевшего таинственным амулетом, – изменчивыми Зеркалами с неизвестными свойствами.

От этой малопривлекательной участи его спас Сдалерн Тринадцатый, умертвивший Короля Жезлов в ручье Космического Яда и вернувший Сенору его привычное тело. Вслед за этим Незавершенного оставило Существо Суо, удачно сыгравшее роль Семьдесят Восьмой, утраченной Сущности.

Когда Обитель Семидесяти Семи наскучила Сенору и возникла опасность того, что для него забрезжит свет истины, он стал жертвой новой злой шутки. Сущности вернули его в Землю Мокриш, – мир, которого он так и не вспомнил.

Сенор оказался в нем, как герцог Йерд, правивший когда-то народом колодцев и изгнанный в небытие колдуном Гашагаром. Наказанием ему было беспамятство и замкнутый круг существования, вынудившие герцога искать помощи у Зелеша в Доме Над Океаном. Но прежде его возвращение было омрачено пленом в подземельях глонгов – мертвецов, поднятых из могил чьим-то зловещим колдовством. Они подчинялись Воину В Железном Панцире, который сделал герцога объектом своей непостижимой мести. Сенор едва не стал предметом их поклонения и их самой желанной жертвой, но так и не разрешил загадку своего таинственного освобождения.

В доме Зелеша он совершил убийство и ушел оттуда, заплатив жизнью своего предательского спутника – шамана Зарзора, однако и там не нашел ничего, что пролило бы свет на происходящее…

И все же семена, посеянные когда-то, постепенно вызревали… Он разрушил Землю Мокриш, освободившись от иллюзий, и тогда Сущности объединились, чтобы уничтожить его.

Он одержал победу над ними с помощью Древнего Меча и достиг того, к чему бессознательно стремился, – свободы, однако не знал, что делать с нею. Безграничный хаос снаружи и внутри был причиной и результатом этой свободы. Но даже то, что Кобар был уничтожен, не спасло Сенора от влияния Хозяина Башни Зонтага. Это влияние, означавшее, что Хозяева Башни также уцелели в Тени, настигло его в тот момент, когда он готов был отправиться на поиски Реки С Одним Берегом, и ему пришлось изменить свои планы… Половина его лица и кисть руки были обезображены и утратили подвижность. Уродство обрекло его на изоляцию и близкую гибель; ему пришлось вспомнить об сделке, заключенной с Зонтагом еще в Кобаре.

Теперь Храм Спящих Младенцев стал его целью, хотя Сенор поневоле превратился в фаталиста и мало рассчитывал на успех.

Герцог по прозвищу Мертвая Кожа обзавелся немногочисленной свитой из диких существ Хаоса, с которой путешествовал сквозь ландшафты Тени. Их околдовал слух о силе его амулетов и они искали у Сенора покоя и защиты, а он не спешил разочаровывать своих спутников… Они были уродливы и мало похожи на людей; он терпел их потому, что рядом с ними порой забывал о собственном уродстве.

Потом он обнаружил, что иметь слуг в его положении даже удобно, – отныне ему не нужно было заботиться о хлебе насущном. Существа Тени иногда оставляли его, отправляясь за добычей, многие из них никогда больше не возвращались, но он всегда находил желающих воспользоваться могуществом волшебных амулетов.

Так странствовал он в поисках храма, которого, может быть, вообще не существовало, обреченный на суеверное поклонение слуг, ненависть врагов и неизбежное одиночество.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ХРАМ СПЯЩИХ МЛАДЕНЦЕВ

1. ГОЛОВА СКОЛЬЗКОГО

Они сидели у костра, разведенного посреди леса Солах, наслаждаясь недолгим и ненадежным покоем. Сенор слушал, как шевелятся во тьме ветви, лишенные листьев. Здесь не было ветра и Холодный Затылок понимал, что стал невольным свидетелем чужой непостижимой жизни… Маска лежала у него на колене и отблески костра плясали на обеих половинах его лица – живой, с болезненной морщиной, пролегшей от угла брезгливо искривленного рта, и мертвой, неподвижной, похожей на восковой слепок…

Шорох ветвей мешал отдыху, – казалось, что кто-то подкрадывается к стоянке из темноты, и герцог не раз оборачивался, когда шум раздавался прямо за его спиной. Песочные часы, оставленные Хлумом, пересыпались уже два раза, а их хозяин все еще не вернулся.

Хлум был существом, лишь отдаленно напоминавшим Сенору человека, – тощего, с огромной головой, морщинистым лбом и единственным глазом над черными дырами ноздрей. Герцог подобрал его две сотни Изменений тому назад в Ландшафте Светящихся Топей, где Хлума могли подвергнуть мучительной казни двое рыцарей ордена Лухада. Оглушив пленника и лишив его возможности перемещаться по Тени, рыцари собирались насладиться изысканным зрелищем – тем, как священные змеи Лухада, запущенные в кожистый мешок на спине Хлума, найдут выход наружу…

Холодный Затылок не испытывал к жертве никакой жалости, но рыцари не первый раз возникали на его пути и почему-то обстоятельства всегда складывались так, что эти мрачные воины, лиц которых никто никогда не видел, оказывались не на его стороне. Так случилось и в Ландшафте Светящихся Топей…