Лори Хэндленд - Темная луна

Внимательно оглядев Ника, я заметила у него в кармане солнечные очки. 

Костюм. Мускулы. Очки а-ля «люди в черном». Все ясно. 

— ФБР. 

Вот теперь я по-настоящему разозлилась.

Ник распахнул глаза и, поблуждав рассеянным взглядом, сосредоточился на моем лице.

— Ты всегда была умнее, чем кажешься. 

Адресованных мне шуток о тупых блондинках хватило бы на несколько жизней. Идиотские подколки и нападки донимали меня до тех пор, пока я не сообразила, что могу извлечь выгоду из такого отношения. Если люди считали меня глупой, то ничего кроме глупости и не ждали.

Поэтому я не поддалась на уловку Ника. Его прислали сюда солидные парни, не предупредив о визите. Похоже, грядут неприятности. 

— Ты, наверное, ждешь, что я отдам свой пистолет? — пробурчал он. 

— Можешь не отдавать, — пожала плечами я. 

Заряженное свинцом оружие беспокоило меня меньше всего. 

Ник с трудом поднялся, и я даже чуть-чуть испугалась, когда он покачнулся. Крепко же ему от меня досталось.

— Позволь поделиться наблюдением, — сказал он. — Я убедился, что стреляет всегда именно тот, от кого меньше всего ожидаешь пули.

Забавно, но тут наши мнения сходятся.

— Что ты здесь делаешь? — требовательно спросила я.

Он приподнял брови.

— Ни объятий, ни поцелуев? Разве ты не рада встрече? Если я ничего не путаю, злиться полагается именно мне. — Не дожидаясь приглашения, он опустился на стул и посмотрел мне в глаза. — Хотя, постой-ка... Да, я и вправду зол.

Ник имел полное право негодовать. Я растворилась в ночи, словно что-то скрывала. Хотя, постойте-ка... Ведь и правда скрывала.

Тем не менее мне было больно находиться рядом с Ником. Я не могла рассказать, почему ушла. Не могла извиниться, потому что не сожалела. Не могла прикоснуться к нему так, как мне бы хотелось. Я вообще ни к кому больше не могла прикоснуться таким образом.

— Ты явился сюда не затем, чтобы ворошить наше прошлое, — огрызнулась я. — Что нужно ФБР от ягер-зухеров?

С монстрами я сражаюсь не в одиночку. Я просто помешанный на науке член элитного подразделения охотников-следопытов (для тех, кто не силен в немецком). 

Несмотря на государственное финансирование, ягер-зухеры — секретная организация, и знают о ней только те, кому положено знать. Если станет известно, что повсюду шныряют монстры, может начаться паника.

Да что там паника, полетят головы. Неограниченные денежные вливания в специальное подразделение охотников на монстров? Кое-кто точно лишился бы кресла, а мы — своего финансирования. Поэтому мы притворяемся теми, кем не являемся. 

Я, например, числюсь научным сотрудником, изучающим новую форму бешенства у животных. Большинство наших оперативников проходят по документам как инспекторы различных департаментов природных ресурсов. 

До сегодняшнего дня эта мера предосторожности действовала. Прежде никто не являлся сюда что-то вынюхивать. Теперь вопрос: почему сейчас? И почему именно Ник?

Глава 2 

— Я работаю в ОКР.

«Отдел криминальных расследований», — расшифровала я про себя, а Ник тем временем, порывшись в кармане, достал удостоверение и раскрыл его с ловкостью, отточенной длительной практикой. 

Я не потрудилась заглянуть в документ. Я знала этого человека. Меня не заботил его значок. Я хотела услышать, почему он снова явился из прошлого в мою жизнь. Хотела узнать, куда исчез юноша, которого я любила, и когда его место занял этот мужчина.

Семь лет назад Ник был веселым неунывающим пареньком. Я смеялась с ним больше, чем с любым другим из знакомых.

В нем сочеталось множество противоположностей. Ник отлично считал, здраво рассуждал, ловко орудовал руками, задумчиво улыбался и великолепно целовался. 

Мы оба были одиноки в этом мире и искали что-то, а может, кого-то. И нашли друг друга. С появлением Доминика Франклина моя жизнь навсегда разделилась на «до» и «после». 

До сих пор не знаю, верю ли в любовь с первого взгляда. До того, как влюбиться в Ника, я видела его много раз. Но в истинную, глубокую, вечную любовь? Да, в такое чувство я верю. 

— Почему ты?

Я не подозревала, что произнесла эти слова вслух, пока не раздался ответ: 

— Потому что я лучший в своем деле. 

— В каком деле? 

— Розыске пропавших без вести. 

— Какое это имеет отношение к нам? 

— Это ты мне скажи. Чем ты вообще занимаешься? 

Получится ли у меня его отшить, скормив обычную, сто раз говоренную ложь? Попытка не пытка. 

— Изучаю новый штамм бешенства в популяции волков. 

— Не слышал о таком. 

— Власти не хотят обнародовать, что вирус становится устойчив к вакцине. 

— А это так? 

— Нет, я все выдумала. 

Я так резко захлопнула рот, что щелкнули зубы. Почему бы просто не помолчать? 

Губы Ника изогнулись в неком подобии улыбки. Но эта гримаса исчезла с его лица так же быстро, как луна исчезает с рассветом. 

— Ты всегда хотела стать доктором. 

— Я и стала. 

— Доктор наук — это не врач. 

Я распрощалась с надеждой лечить людей, когда впервые обросла мехом. Довольно трудно вести врачебную практику без уверенности в том, что не проснешься однажды утром после полнолуния с ног до головы в крови. 

Должна признаться, меня всегда завораживали вирусы. Откуда они берутся? Как переносятся? И как, скажите на милость, их побороть? Одной из немногих радостей жизни в последние семь лет стала работа. Я получила карт-бланш на исследование некой темы, о которой никто даже не слышал. А какой бы ученый не соблазнился? 

Ник не сводил с меня глаз, несомненно, ожидая услышать, почему из меня не вышло акушера-гинеколога или нейрохирурга. Что ж, ждать ему придется очень долго. 

— А ты хотел стать юристом, — вместо объяснений парировала я. Когда не знаешь, что делать — смело переводи стрелки.

— Я и стал. У большинства наших агентов есть экономическое или юридическое образование. 

Ха! Каждый новый день приносит новые открытия. 

— Огромное помещение, — заметил он. — Сколько у вас сотрудников?

Мы исчерпали весь запас моей лжи и терпения.

— За дополнительной информацией обращайся к шефу, Эдварду Манденауэру. 

Один звонок Эдварда в Вашингтон, и Ник вылетит с работы. 

— Прекрасно. Где он? 

— В Висконсине. Это к западу отсюда, в общих чертах. 

Ник недобро прищурил глаза: 

— Где в Висконсине? 

— Засекречено. — Я пожала плечами. — Прости. 

— Элиза, ты начинаешь меня раздражать. 

— Всего лишь начинаю? 

Он опять почти улыбнулся, и не успела я подумать: «Вот и попался!», как он, спохватившись, нахмурился.