Максим Перфильев - Нечто в лодке по ту сторону озера...

— Об этом я и говорю. Вон недавно тут история была с одной новой моделью седана бизнес-класса. Сам бренд неплохой — достойные машины делает. Но одна модель новая — получилась неудачной. А обидно же, надо ведь продавать как-то. Вот и устроили этой машине с самого начала беспрецедентную рекламную компанию. Пока еще она не поступила в производство — людям заранее внушили то, что эта модель очень хорошая и престижная. И народ начал раскупать. А пока разобрались и отошли от того стереотипа, который навязала реклама — у компании уже было столько прибыли от продажи, что руководству было уже наплевать.

— Ха-ха. Дак это везде так. Взять даже те же фармацевтические компании. Какие они деньги делают на болезнях людей! Причем как они их делают! И как они разводят людей на то, чтобы покупали именно их лекарство. Вот люди не задумываются о том, что они принимают и что им назначают в больнице. И ведь до сих пор не все еще об этом знают — о том, что так называемые медицинские представители, или по простому рекламные агенты от какой-либо медицинской компании, приходят к врачам и договариваются с ними о том, чтобы врач назначал больным не тот препарат, который им нужен, а тот, который является торговой маркой именно той фармацевтической компании, в которой работает этот медицинский представитель. За это медицинский представитель презентует врачам различные подарки, а иногда даже договаривается о некоторой денежной премии. В результате больные часто принимают не те препараты, которые им действительно нужны, а те, которые в лучшем случае просто дорогие и не помогают, а в худшем — еще и вредны для пациента. Врач не смотрит на то, какой у пациента показатель переносимости для этого препарата, можно ему его принимать или нет, а просто пропихивает именно то, о чем договорился с медицинским представителем за определенное вознаграждение. Ну, естественно, что врач так же заинтересован в том, чтобы его пациенты хотя бы иногда, но выздоравливали. И здесь — умный врач балансирует между своей репутацией и материальной выгодой, а глупый — рано или поздно палится.

— Вот я и говорю — людей сейчас повсюду разводят как лохов. А компании, зарабатывая деньги, управляют покупателями именно так, чтобы те приносили им как можно больше прибыли. Я уж молчу про распродажи со скидками, создание специальных запахов в разных отделах, и получение сверхприбыли от продажи в огромных количествах всякой мелкой, но прикольной ерунды в гипермаркетах. Это уже как само собой разумеющееся.

— Да. Люди сейчас делятся на иллюзионистов и на тех, кто верит, что чудеса случаются.

— Ну, самые главные-то иллюзионисты у нас в Кремле сидят.

— Ой, да эти-то вообще вне конкуренции. Они просто мастера своего дела. Это уже совсем другой уровень.

— Да, они такие вещи целому народу впаривают. Один пиар чего стоит. И все считают их героями — борцами со злом, с коррупцией и преступностью.

— Ага, а щас еще правительство начало с пьянством в стране бороться.

— Ой, да, это еще та жесть. Такой маскарад. Государству не выгодно, чтобы люди перестали пить. В России народ всегда бухал и бухать будет. И государство просто извлекает из этого выгоду и умело использует в своих целях.

— Дак в том-то и дело.

— Вон, даже если историю взять — всегда, как только какой-нибудь экономический кризис в стране, сразу же вводят монополию на водку и казна мигом пополняется.

— Дак я и говорю. В России всегда бухали. И власти выгодно, чтобы народ бухал дальше — так им проще управлять. Только нюанс здесь какой — в стране демографический кризис, правительство, наконец, заметило, что нация спивается, и если так и дальше пойдет — то народ просто скоро перестанет существовать. А до этого момента еще экономика страны будет долго и усиленно падать. Вот они и начали тревогу бить — потому что разумные рамки это все начинает переходить, начинается перегиб слишком большой. Слишком большие потери. Потом ведь просто доить некого будет. Вот и начали антипропаганду алкоголя. А когда через какое-то время люди станут пить чуть-чуть меньше и все это немного пойдет на спад, когда нация немного протрезвеет — вот тогда все компании по пропаганде здорового образа жизни будут свернуты. Снова начнут рекламировать алкоголь по телевизору в прайм-тайм и вообще в любое время и с прежней интенсивностью.

— Конечно. То, что народ бухает — это уже давно превратилось для государства в регулятор внутренней политики.

— Вот я и говорю. На одной чаше весов — спивающаяся нация, преступления, убийства, ДТП с пьяными водителями, аварии на станциях с пьяными операторам, авиакатастрофы, а на другой — экономическая и социальная выгода от того, что народ бухает постоянно. И нужен всего лишь баланс. Когда затраты и издержки с одной стороны будут превышать допустимые нормы — тогда будут вводить, или отменять антиалкогольные меры, в зависимости от ситуации. Но правительству ни в коем случае не выгодно полностью искоренять пьянство в стране. Это нецелесообразно.

— Дак и так понятно. Наши президенты просто опять устроили себе очередной пиар — дескать, смотрите, какие мы народные герои, с пьянством боремся.

— Угу. Так же как борьба с кризисом. Они себя постоянно пиарят. Разводят людей на идиотов. Вся власть Дорожина ведь на одном только голом его авторитете держится. Даже когда он за место себя своего преемника поставил и устроил этот фарс с выборами — народ все равно плюнул на это, и все равно пошел за ним, все равно не перестал ему доверять. Хотя все понимают, что выборов в принципе никаких и не было.

— Нет, есть люди, которые правда поверили в эти выборы и с чистым сердцем шли голосовать.

— Ну, что тут сказать…

— И до сих пор некоторые убеждены в том, что у нас президент именно Плюшев.

— Нет, ну это ведь действительно уже смешно просто становится…

— Было бы смешно, если бы не было так грустно.

— И не смотря на то, что это очень грустно — тем не менее, это продолжает оставаться смешным. Выборы нового президента на самом деле оказались просто перевыборами старого, но за место старого для маскировки в качестве марионетки поставили нового. Главное что? — главное, что все по закону, все по конституции. Новое лицо, новое тело, новый голос, паспорт на имя другого человека, да и сам человек другой, а суть — прежняя. И власть — прежняя. И кто-то еще ведь ведется на этот развод. Кто-то ведь действительно верит в это… Вот! Пример! — далеко ходить не надо. Как раз. Все равно, что реклама на бигбоарде. Невероятно низкая цена — девять тысяч девятьсот девяносто девять рублей. Ведь девять тысяч девятьсот девяносто девять рублей — это ведь не десять тысяч? Нет, нееет — не десять. Так же и тут — ведь Плюшев это ведь не Дорожин? Нет, нееет — не Дорожин.