Джексон Ширли - Лотерея

Повторялось это каждый год, поэтому люди слушали вполуха, глядя в землю и облизывая пересохшие губы.

— Адаме!

От толпы отделился мужчина и вышел вперед.

— Привет, Стив, — сказал господин Саммерс.

— Привет, Джо.

Они мрачно и криво улыбнулись друг другу. Господин Адаме запустил руку в ящик и вытащил свернутую трубочкой бумажку. Он крепко ухватил ее за кончик и поспешно вернулся на место, встав чуть в стороне от семьи. На руку свою он не смотрел.

— Аллен! Андерсон!.. Бентам!..

В задних рядах перешептывались госпожа Дрейвз и госпожа Делакруа:

— Лотереи теперь так и мелькают. Год прошел, а вроде только на прошлой неделе собирались.

— Да, время летит, — отозвалась госпожа Дрейвз.

— Гларк!.. Деллакрой!..

— Мой старик пошел. — Госпожа Делакруа затаила дыхание и завороженно смотрела на мужа, пока тот тянул жребий.

— Денбар!..

Госпожа Денбар подошла к ящику твердым шагом.

"Давай, Дженни!", "Надо же — не боится!" — раздались женские голоса.

— Теперь мы, — сказала госпожа Дрейвз. Ее муж обошел ящик, чопорно поприветствовал господина Саммерса и выбрал себе бумажку. Мужчины в толпе мяли в ручищах маленькие бумажные трубочки.

— Картбурт!.. Катчинсон!..

— Не проспи, Билл, — сказала госпожа Катчинсон. Люди вокруг засмеялись.

— Лоунс!..

— Поговаривают, — повернулся господин Адаме к старику Уорнеру, — в соседнем поселке скоро отменят лотерею.

— Дурни они все чокнутые, — крякнул старик. — Молодежь послушаешь, все им не так. В пещерах жить да бездельничать — вот чего они хотят. Раньше даже присказка была: "Коль в июне лотерея — урожая жди скорее". А теперь траву да желуди скоро жрать начнем. Лотерея всегда была и будет! — негодовал он. — Только противно смотреть, как этот юнец, Джо Саммерс, скоморошничает.

— А кое-где лотерею уже отменили, — сказал господин Адаме.

— И ничего хорошего не жди, — заверил старик Уорнер. — Дурни желторотые!

— Мартин!..

Бобби Мартин глядел во все глаза, как отец тянет жребий.

— Овердайк!.. Перси!..

— И чего возятся, — сказала госпожа Денбар старшему сыну. — Поскорей бы.

— Да почти кончили, — отозвался тот.

— Кончат — сразу к отцу беги.

Господин Саммерс выкрикнул свою фамилию, сделал шаг вперед и вытянул жребий.

— Уорнер!..

— Семьдесят седьмой раз тяну, — вышел вперед старик. — Семьдесят седьмой.

— Уотсон!..

Высокий паренек неуклюже пробрался сквозь толпу. Кто-то крикнул:

— Не дрейфь, Джек!

— Выбирай спокойно, сынок, — сказал господин Саммерс.

— Янини!..

Воцарилась долгая тишина. Люди замерли. Господин Саммерс поднял вверх свой жребий:

— Ну что ж, друзья…

Мгновение спустя бумажки были развернуты. Внезапно женщины разом заговорили: "Кто, кто это?" — "Кто вытянул?" — "Денбары?" — "Что, Уотсоны?" — "Катчинсон." — "Билл!" — "Катчинсону досталась".

— Беги, скажи отцу, — велела госпожа Денбар старшему сыну.

Люди смотрели на Катчинсонов. Билл стоял молча, отупело глядя на бумажку в руке. Вдруг Тэсси Катчинсон набросилась на господина Саммерса:

— Ты не дал ему выбрать! Я сама видела. Так нечестно!

— Тэсси, держи себя в руках, — сказала госпожа Делакруа, а госпожа Дрейвз добавила:

— Шансы у всех равны.

— Заткнись, Тэсси, — буркнул Билл Катчинсон.

— Увы, друзья, — сказал господин Саммерс, — мы и в самом деле спешили.

Да и теперь надо поторапливаться, чтоб закончить вовремя. — Он заглянул в следующий список.

— Билл, ты тянул жребий как глава рода Катчинсонов. Кроме вас, есть в роду другие семьи?

— Еще Дон и Эва, — закричала госпожа Катчинсон. — Пусть тоже тянут!

— Замужние дочери принадлежат роду мужа, Тэсси, — мягко сказал господин Саммерс. — Ты это знаешь не хуже нас.

— Так нечестно, — твердила Тэсси.

— Все правильно, Джо, — вздохнул Билл. — Дочка тянет с мужем, честь по чести. А у нас, кроме младших, и семьи-то нет.

— Значит, ты у нас и глава рода, и кормилец всей семьи. Так, что ли?

— Так, — ответил Билл.

— Детей сколько? — спросил, как подобает, господин Саммерс.

— Трое. Билл-младший, Нэнси и Дейв. Ну, еще мы с Тэсси.

— Все ясно. Гарри, вы забрали бумажки?

— Конечно.

— Опустите четыре в ящик. И у Билла возьмите, — велел господин Саммерс.

— Я предлагаю начать сначала. — Госпожа Катчинсон старалась говорить сдержанно. — Ведь так нечестно. Ты совсем не дал ему выбрать. Все видели.

Пять бумажек для семьи Катчинсон господин Дрейвз бросил в ящик, а остальные на землю. Их подхватил и закружил легкий ветерок.

— Люди, ну подождите, — молила госпожа Катчинсон.

— Готов, Билл? — спросил господин Саммерс.

Билл взглянул на жену и детей и кивнул.

— Не забудьте, бумажки не разворачивать, пока не вытянут все. Гарри, помогите Дейву.

Господин Дрейвз взял ребенка за руку, и тот доверчиво потопал за ним к ящику.

— Дейви, возьми бумажку из ящика, — сказал господин Саммерс.

Малыш запустил ручонку внутрь и засмеялся.

— Только одну, Дейви. Так, Гарри, теперь заберите у него.

Господин Дрейвз разжал кулачок ребенка и взял свернутую бумажку. Дейви так и остался рядом с ним, недоуменно поглядывая на взрослых.

— Теперь Нэнси, — промолвил господин Саммерс.

Вперед вышла девочка лет двенадцати в длинной широкой юбке. Ее подружки следили, как она придирчиво выбирала бумажку из ящика.

— Билл-младший.

Доставая жребий, Билли зарумянился и чуть не сбил табуретку большими не по возрасту ногами.

— Тэсси.

Она замерла, вызывающе оглядела толпу, прошла к ящику, поджав губы, выхватила бумажку и спрятала ее за спиной.

— Билл.

Билл Катчинсон долго нашаривал в ящике последнюю бумажку.

Толпа затихла. Какая-то девчушка прошептала: "Лишь бы не Нэнси". Ее услышали все до единого.

— Да, времена не те, — громко произнес старик Уорнер. — И народ не тот.

— Что ж, — сказал господин Саммерс. — Разверните. Гарри, помогите Дейву.

Господин Дрейвз развернул бумажку, и в толпе облегченно выдохнули — чисто.

Нэнси и Билл-младший развернули одновременно, просияли и замахали чистыми листками над головой.

— Тэсси.

Та замешкалась, и господин Саммерс посмотрел на Билла. Тот развернул свою бумажку, она была чиста.

— Значит, Тэсси, — прошептал господин Саммерс. — Билл, покажи всем ее жребий.

Билл Катчинсон подошел к жене и вырвал листок из сжатого кулака. На нем была черная метка. Ее поставил господин Саммерс накануне вечером в конторе угольной компании. Билл поднял бумажку вверх, и толпа зашевелилась.