Роберт Стайн - Последний крик

Из — за нее я не закрыл парк, не разрушил его, не сжег дотла, не развеял его по ветру».

Огни вспыхивали перед глазами Робина, ларьки с игровыми автоматами кружились и качались вокруг него, а он вспоминал своего отца. Николаса Фиара. Высокого, прямого, строгого. Николас Фиар никогда не позволил бы всему этому тянуться так долго.

Николас Фиар стер бы Брэдли вместе с Дайдрой с лица земли, а потом пошел бы и плотно пообедал. Но он, Робин, оказался слаб. У него возникли чувства. Чувства, несовместимые с обещаниями, которые он дал отцу, с торжественной клятвой вернуть землю, занятую парком, семейству Фиаров, ее законным владельцам.

«Я подвел тебя, отец, — подумал Робин печально. Боль в его груди разгорелась еще сильнее. Ноги ослабли и отяжелели. Каждый хриплый вздох отзывался резкой болью в легких. — Я подвел тебя. Я оказался совсем не злым человеком. Да, я совершал злые поступки. Но только для того, чтобы выполнить обещание, которое я тебе дал, отец. Только для того, чтобы выполнить мой долг перед семьей Фиаров, моей семьей.

Я пытался быть хорошим сыном, отец. Пытался делать то, что делал бы ты, если бы был жив.

Я делал злые вещи. Но только чтобы вернуть то что наше по праву. Все, что я делал, я делал во имя справедливости. Так ведь, отец? Так ведь?»

Пот лил со лба Робина. Каждый вздох отдавался острой болью в груди.

«Я не подведу тебя, отец, — поклялся он скорее самому себе. — Обещаю. Я был слаб. Но теперь я тебя не подведу».

Все эти мысли проносились в голове Робина, когда он догонял Дайдру на ярко освещенной аллее, стремительно проносясь между удивленными людьми, лавируя среди праздных посетителей и стаек детей.

Неожиданно он увидел, что Дайдра остановилась, застряв между группой веселых подростков и стенкой небольшой закусочной. Собрав последние силы, Робин бросился к ней.

Он схватил ее за плечи и прижал к стене.

Она уставилась на него с ужасом в глазах. Дайдра тяжело дышала, ловя воздух. Красные, синие и желтые огни играли бликами на ее испуганном лице.

«Больше никаких разговоров, — решил Робин. — Больше никаких игр. Больше никаких вопросов. У меня есть только один последний вопрос. Как мне ее убить?»

Глава 24

«Что теперь? — спросила себя Дайдра. — Что теперь? Что теперь?»

Она чуть не задохнулась, когда Робин прижал ее спиной к стенке закусочной.

«Я была глупа, — корила она себя. — Я не могу соперничать с ним в беге. Да и куда здесь бежать? Куда бы я в парке ни убежала, он все равно меня найдет».

Она с трудом дышала, горло ее пересохло. Глотая воздух, Дайдра старалась придумать, как ей спастись,

Подняв на Робина глаза, она заставила себя звонко рассмеяться.

— Обогнала я тебя! — объявила Дайдра, усмехнувшись. И вдруг увидела, что его темные холодные глаза немного смягчились. И еще заметила какой — то вопрос на его лице.

— Ты бежал как старая женщина! — поддразнила она Робина.

Челюсть у него отвисла. Его глаза смотрели испытующе.

— Ну нет! — запротестовал он. Сделав над собой усилие, Дайдра опять рассмеялась

— Да, именно так.

«Ты и есть старый, — подумала она. — Я же знаю Теперь я знаю всю твою историю, Робин».

Но об этом она не хотела сейчас думать. Дайдра понимала, что она в опасности. В реальной опасности. Знала, что должна найти способ избавиться от Робина. Должна постараться как — то его обмануть.

— Это было прекрасно! — сказала она, приглаживая руками волосы. — Я весь день сидела взаперти. И мне просто захотелось пробежаться.

«Купился ли он на это?» — задумалась она.

«Держись свободней, — инструктировала она себя. — И просто вводи его в заблуждение, пока не покажется Гарри».

Робин наконец отпустил ее и вытер ладонью пот со лба.

— Это был нечестный забег, — пробормотал он. — У тебя были слишком большие начальные преимущества.

Дайдра огляделась вокруг, напряженно размышляя: как мне отвлечь его? Как?

И вдруг ее внимание привлекла вывеска на закусочной.

— Я, кажется ужасно проголодалась! — воскликнула она.

— Вот как? — темные глаза Робина продолжали с сомнением ее изучать.

— Как насчет сладкой ваты? — спросила она, направляясь к стойке закусочной. — Этот запах преследует меня весь вечер. Трудно отказаться, правда?

Робин заколебался.

— Ну…

— Давай возьмем немного сладкой ваты. Мы разделим одну на двоих, — предложила Дайдра, стараясь, чтобы голос ее звучал беззаботно, и заставляя себя улыбаться, несмотря на обуявший ее страх. —

Я угощаю, — добавила она.

— Э… возьми одну. Я только попробую, — ответил Робин.

Они подошли к стойке. Очереди не было, и Дайдра сразу заказала порцию сладкой ваты.

Молодая женщина за стойкой повернулась к аппарату для сладкой ваты. Взяв белый бумажный конус, она начала вращать его, намазывая розовый воздушный сахар. Дайдра наблюдала, как формировался шарик рыхлой сладкой массы. Затем она обернулась к аллее, все еще надеясь увидеть в толпе Гарри. Но его не было. Неужели он забыл? Или с ним что — нибудь случилось? Робин не спускал с нее глаз. Он стоял так близко около Дайдры, словно боялся, как бы она опять не убежала от него. Молодая женщина протянула Дайдре конус с воздушной массой. На Дайдру повеяло сладким ароматом. Она достала кошелек.

— Сколько? Один доллар?

— Вам бесплатно, мисс Брэдли! — ответила молодая женщина.

"Да, действительно. Я же владелица этого парка", — вспомнила Дайдра. Поблагодарив молодую женщину, она лизнула липкую розовую конфету. И почувствовала, как ее сладкий вкус разлился по всему языку. Дайдра отщипнула кусочек побольше и положила в рот. Он тут же растаял… «Словно волшебное превращение, — подумала Дайдра. — Исчезает от одного прикосновения…»

Стоящий рядом с ней Робин откашлялся, прочищая горло. Она повернулась к нему и увидела, что, полуприкрыв лицо ладонью, он что — то бормочет сам себе.

«Если бы я могла вот так дотронуться до него — и он бы растаял, — подумала Дайдра. — Исчез навсегда». Зачем он говорит сам с собой?

И откуда вдруг взялся этот багровый туман? Он появился из — за стен закусочной и стал виться вокруг них.

Где же Гарри? Откусив еще кусочек липкого розового сахара, Дайдра отошла от стойки. Робин отвел ее обратно к боковой стенке.

Дайдра протянула ему стаканчик.

— Откуси кусочек, — предложила она, стараясь чтобы голос звучал спокойно.

Робин не ответил, хотя Дайдра видела, что губы его шевелятся. Поет он, что ли, про себя?

— Робин, что ты делаешь? — задала она вопрос. — Я думала, ты хочешь попробовать.