Фрэнсис Вилсон - Могила

Джек положил свои туфли и «черного джека» в бумажный пакет наверху магазинной тележки и придирчиво оглядел себя в витрине магазина — он не хотел выглядеть трансвеститом. Затем он стал прогуливаться по тротуару, таща за собой тележку.

Пришло время поработать.

Глава 17

Джия поймала себя на том, что думает о Джеке, и это возмутило ее до глубины души. Она сидела за маленьким обеденным столом напротив Карла — красивого, современного, умного и интеллигентного мужчины, который так хорошо к ней относится. Они обедали в небольшом, очень дорогом ресторанчике в Верхнем Вест-Сайде. Обстановка скромная, вино — белое сухое, холодное, атмосфера — приятная и расслабляющая, а кухня — оригинальная. Казалось бы, Джек должен быть за сотни километров от ее мыслей, и тем не менее он присутствовал здесь, невидимо витая над их столиком.

Она не могла выкинуть из головы звук его голоса на автоответчике, который она слышала утром: «„Пиноккио продакшнз“. В данный момент меня нет…» — и это возвращало ее к прошлому…

К тому времени, например, когда она спросила его, почему на его автоответчике записано название компании «Пиноккио продакшнз», если такой компании даже не существует.

«Конечно же существует, — сказал он, прыгая и крутясь вокруг нее. — Смотри — никаких ниточек». Тогда она так ничего и не поняла.

А потом она неожиданно узнала, что среди его хлама, который он выискивал у всяких старьевщиков, была целая коллекция Вернона Гранта. Она узнала об этом в тот день, когда Джек подарил Вики копию его «Болтуна». Джия познакомилась с творчеством Вернона Гранта, когда училась в художественной школе, и временами заимствовала у него кое-что, когда заказчики требовали чего-нибудь «сказочного». Узнав, что Джек любит этого художника, она окончательно поняла, какой же он еще по существу мальчишка. А Вики… Вики обожала «Болтуна», и его возглас «Бла-бла-бла!» стал ее любимым.

Джия выпрямилась в кресле. «О, чертов Джек! Отвяжись, говорю тебе!» И, кроме того, пора реагировать на слова Карла не только нечленораздельным мычанием.

Она рассказала ему о своей идее изменить сюжет картинок для «Бургер-мейстера» — с темы услуг на десерты. Его неумеренные похвалы несколько раздражали ее. Он заявил, что она не только художник, но еще и редактор. Это подвело его к разговору о работе для новой компании, куда более крупной, чем «Бургер-мейстер», — фирмы детской одежды «Ви Фолк». Эта работа как раз для Джии, тем более что она давно мечтала сделать что-нибудь специально для Вики.

Бедный Карл… Он так старался сегодня наладить контакт с Вики, но, как всегда, все его попытки бесславно провалились. Некоторые люди так никогда и не могут научиться разговаривать с детьми. Обращаясь к ребенку, они выговаривают слова с такой тщательностью, словно говорят с глухим эмигрантом, или произносят заранее написанный для них текст, или просто работают на публику. Дети очень чутко улавливают это и отворачиваются.

А вот днем Вики не отворачивалась. Джек знает, как с ней общаться. Когда он говорит, то говорит только с ней, а не с кем-то третьим. Между этими двумя царит полное взаимопонимание. Возможно, потому, что в Джеке и в самом сохранилось много детского и какая-то его часть никогда не повзрослеет. Но если Джек и мальчишка, то очень опасный мальчишка. Он…

«Ну почему он опять влез в мои мысли? Джек — прошлое. Карл — будущее. Сконцентрируйся на Карле».

Она залпом выпила вино и уставилась на Карла. Милый старина Карл. Джия придвинула к нему свой бокал, чтобы он налил ей еще вина. Сегодня ей действительно хотелось напиться до чертиков.

Глава 18

Больной глаз болел зверски.

Он, сгорбившись, сидел в темном укрытии возле двери, следя за улицей. Возможно, придется проторчать здесь всю ночь, если кто-нибудь случайно не пройдет мимо.

«Ждать-то это хуже всего, мужик». Ждать и прятаться. Вероятно, эти свиньи уже разыскивают парня с расцарапанным веком. А значит, нельзя высунуть носа на улицу, нельзя запросто бомбить фраеров. Остается одно: сидеть и ждать, пока кто-нибудь сам не приплывет ему в руки.

И все из-за этой проклятой суки.

Он коснулся пальцем левого глаза и едва не взвыл от боли. «Сука!» Чуть не выцарапала ему глаз. Но и он ей показал. Здорово отметелил! И после этого, порывшись в ее кошельке, нашел всего лишь семнадцать долларов, а ожерелье оказалось дешевой подделкой. Ему до смерти хотелось вернуться и станцевать тарантеллу на башке у старой ведьмы, но потом он сообразил, что эти свиньи наверняка уже подобрали ее.

И в довершение всего ему еще пришлось истратить большую часть денег на мази и лейкопластырь для глаза. Сейчас он чувствовал себя намного хуже, чем тогда, когда налетел на старую ведьму.

Он только надеялся, что и ей сейчас плохо… по-настоящему плохо. Ему-то известно, на что он способен.

«Не надо было приезжать на восток, мужик». Но необходимо было срочно слинять из Детройта после того, как он в баре сунул нос в дела парня, с которым лучше не связываться. В Нью-Йорке, конечно, проще затеряться чем где бы то ни было, но он никого здесь не знал.

Он высунул голову из подъезда и оглядел улицу единственным целым глазом. Какая-то странно одетая пожилая дама ковыляла в туфлях, которые, видимо, были ей малы. За собой она тянула магазинную тележку. Покупок в ней было не так уж много… Он не знал, стоит ли знакомиться с ней ближе.

Глава 19

«Кого я пытаюсь надуть?» — думал Джек. Он таскался туда и обратно по улицам Вест-Сайда уже четыре часа. Спина болела, потому что он шел сутулясь. Если преступник где-то поблизости, то в данный момент Джек как раз проходил мимо него.

«Проклятая жара и проклятое платье, да еще парик. Нет, я никогда не найду этого парня».

Но Джек бесился не только из-за тщетности своих поисков — на него тяжело подействовало то, что произошло сегодня днем.

Он гордился тем, что не считал себя идеалистом. Он верил, что в жизни существует определенное равновесие сил, и основывал эту веру на законе «Общественной динамики по Джеку», гласящему, что каждое действие равно противодействию. Но противодействие не обязательно должно быть незамедлительным и неизбежным, жизнь — это не закон термодинамики. Иногда, чтобы свершилось возмездие, необходима посторонняя помощь. И этим как раз и занимался ремонтник Джек, способствуя приходу возмездия, поэтому ему нравилось думать о себе как о катализаторе.

Джек прекрасно осознавал, что человек он жестокий. И не искал себе оправданий. Он только надеялся, что Джия в конце концов поймет его.