Лиза Смит - Могущество

— Похоже, да, — сказал Адам.

— Плохо. Он будет ее использовать, чтобы добраться до вас, до ваших слабых мест. Переманите ее обратно, если сможете. Но как это сделать? — Тетя Констанс нахмурилась, сдвинув брови. — Гематит… во-первых, заберите у нее гематит. Он крайне опасен. Джон сможет через этот камень управлять ее сознанием. — Диана бросила на Кэсси взгляд, говорящий: «Видишь, а ты не верила». Тетя Констанс продолжала: — И вы говорите, что череп исчез? Вы уверены?

— К сожалению, уверены, — подтвердил Адам.

— Как только Фэй взяла его в руки, он как будто взорвался, а потом нас всех вырубило, — произнесла Кэсси. — Во всяком случае, что-то в нем точно взорвалось или как будто вырвалось из него. И все, больше мы его не видели.

— Что ж… тогда вам не удастся использовать его в качестве оружия. Кэсси, а в бабушкиной книге нет ничего на этот счет?

— Пока нет. Но я еще до конца не добралась, — девушка не оставляла надежды.

Теперь тетя Констанс неспешно качала головой:

— Сила, с ним нужно бороться силой. Вы еще слишком молоды для борьбы с ним, а мы уже слишком стары. А между нами нет никого, кроме глупцов. Здесь нет достаточно мощной силы…

— Но была, — пролепетала бабуля Квинси.

Тетя Констанс посмотрела на нее, и выражение лица старухи переменилось.

— Была, да, конечно, была, — она повернулась обратно к Кругу. — Если старые источники не врут, когда-то существовала сила, способная уничтожить Черного Джона.

— Что это была за сила? — спросила Лорел.

Тетя Констанс ответила вопросом на вопрос:

— При каких обстоятельствах Адам вдруг обнаружил череп?

— Он обнаружил его не вдруг, — вступилась Диана. — Он долго искал Инструменты Мастера. — Она застыла. — Инструменты Мастера, — прошелестела она уже еле слышно.

— Да, те, что принадлежали первому шабашу, настоящим салемским ведьмам, нашим предкам, что основали Нью-Салем после того, как охотники за ведьмами вынудили их сорваться с насиженных мест.

— Но что именно входило в состав Инструментов Мастера? — выпалила Кэсси, и бабуля Квинси ответила:

— Естественно, символы лидера шабаша: диадема, браслет и подвязка.

— Те, которыми пользуемся мы, — лишь имитации, — произнесла Мелани. — Символы. Те, которыми пользовались они, были очень мощными; это и были настоящие инструменты, созданные для того, чтоб шабаш мог ими пользоваться.

— Но, тетя Констанс, — опять обратилась к тетке Мелани, — ведь Черный Джон их сам и спрятал. Адам потратил несколько лет, перерыл весь край отсюда до Кейп-Кода. Где еще их искать?

— Это мне неизвестно, — ответила женщина. — Зато мне известно, в чем вы ошибаетесь: Инструменты спрятал не Черный Джон. Это первый шабаш сокрыл их от Джона, чтобы тот не мог ими воспользоваться. Наши предки хорошо понимали, что с силой черепа и Инструментов он окажется непобедим. По крайней мере так мне рассказывала моя бабушка.

— И они бы не стали прятать Инструменты далеко, — добавила бабуля Квинси. — Логика очень простая: Черный Джон любил путешествовать, а наши предки не любили; они предпочитали покой и домашний очаг.

— Вы пришли за советом — что ж, вот вам мой совет, — подытожила тетя Констанс. — Найдите Инструменты Мастера. Если вы все вместе с поддержкой Иструментов выступите против Джона, есть шанс, что вы победите, — ее губы опять сложились в тонкую черточку.

— Хорошо, — медленно проговорил Адам, — мы поняли.

— И продолжай читать книгу, которую тебе дала бабушка, — неожиданно добавила бабуля Квинси, глядя прямо на Кэсси.

Кэсси кивнула, а старушка одарила ее морщинистой, но невероятно многозначительной улыбкой.

Миссис Франклин тоже улыбалась вовсю, прихлопывая себя по коленям и озираясь так, будто бы что-то забыла.

— А что завтра? — спросила она ни с того ни с сего.

Повисла неловкая пауза. Кэсси не могла в точности сказать, к кому обращалась бабушка Адама: то ли к ним, то ли к себе самой. Но затем старушка повторила:

— А что все-таки завтра? — И посмотрела на всех так, будто давала им еще один шанс проявить эрудицию.

— Ну… наш день рождения, — предложил свою версию Крис.

Только Диана смотрела так, будто на нее снизошло озарение.

— Я думаю… по-моему, завтра ночь Гекаты, — сказала она. — Вы об этом?

— Именно, — обрадовалась миссис Франклин. — Ох, в годы моей юности мы закатывали такие церемонии! Помню эти обряды под луной и индейцев за деревьями…

Собравшиеся обменялись взглядами: откуда бы миссис Франклин помнить такое? Индейцами здесь уже не пахло несколько веков.

Но Диана неожиданно воодушевилась:

— Вы думаете, нам стоит устроить церемонию?

— Да, я так думаю, милочка, — ответила миссис Франклин. — Обряд для «девочек». У нас, девочек, всегда были свои секреты, правда, Конни? И мы всегда держались вместе.

Диана выглядела слегка озадаченной, но решительно кивнула:

— Да. Правильно. Хорошо, если все девочки соберутся, все девочки. И, мне кажется, я представляю, каким должен быть ритуал. Сейчас, конечно, не самое удачное время года. Но это неважно.

— Милая, тебе очень понравится, — уверяла ее миссис Франклин. — Теперь дайте-ка поглядеть на… Кэсси!

Девушка с изумлением посмотрела на чудную старушку.

— Кэсси, — повторила бабушка Адама. Она склонила голову набок и вздохнула так умильно, как обычно вздыхают при виде улыбающегося младенца. — Боже мой, какая же ты хорошенькая девулька, хотя от матери ну совсем ничего не взяла. Зато от… — Она неожиданно прервалась и стала озираться. — Хм…

Тетя Констанс смотрела сейчас строже обычного, и строгость эта предназначалась исключительно миссис Франклин.

— Эдит, — жестко сказала она приятельнице, да так, будто хотела приструнить ее, как школьницу.

Миссис Франклин перевела взгляд на бабулю Квинси, которая тоже наблюдала за ней с повышенным вниманием.

— А что такого?! Я просто хотела сказать, что все же угадываю некоторые черты матери в ее лице, — продолжила она и, довольная, посмотрела на Кэсси. — Старайся так не нервничать, детка. Все равно все хорошо закончится.

Кэсси увидела, что тетя Констанс расслабилась; впрочем, для постороннего глаза это было почти незаметно.

— Да. Мелани, это все, теперь уводи друзей.

И на этом аудиенция завершилась. Одиннадцать ребят поднялись, сказали «спасибо», попрощались и оказались снаружи большого белого дома, плавающего в жиденьких лучах ноябрьского солнца.

— Очуметь! — воскликнула Кэсси. — Адам, ты не знаешь, что это было в конце?

— Прости, — Адам скривил рот в извинительной гримасе. — На нее иногда находит.