Брайан Смит - Depraved

Она сделала несколько шагов в том направлении и остановилась.

Она что-то услышала.

Замерла как вкопанная. И затаила дыхание. Напрягла слух. Звук повторился. Рычание. Животный звук. Но издаваемый человеком. А сейчас было кое-что еще. Стоны. Что-то в их тембре подсказывало, что их издавала женщина. Она постояла неподвижно еще немного, прислушиваясь и понимая, что слышит звуки совокупления. Она повернула голову в лево и увидела густые заросли. Звуки доносились с противоположной стороны кустов. Она сбросила сандалии и медленно и осторожно двинулась в том направлении. Дошла до зарослей, потом, приподняв подол своего белого хлопчатобумажного платья, опустилась на четвереньки, затем на живот, и поползла в кусты. Она двигалась между тонкими и ломкими ветвями, скользя как змея по листьям и камням. Перебравшись на другую сторону, она остановилась, снова поднялась на четвереньки, и, всмотревшись сквозь ветви и лиственный покров, увидела совокупляющуюся на земле пару. Делающую то же самое, чем она мечтала заняться с Митчем Кроуфордом. Она снова ощутила жгучую, ноющую страсть, поселившуюся в ней утром и лишь усилившуюся за последние часы.

Огромный, мускулистый мужчина с широкой, мощной спиной лежал на обнаженной женщине. Их головы были обращены в сторону от кустов. Стройные, загорелые ноги женщины были широко раздвинуты, и устремлены в небо. Женщина извивалась, вцепившись пальцами в плечи трахающего ее мужчины. Эбби с учащенным дыханием наблюдала, как упругие, обнаженные ягодицы мужчины ходят вверх-вниз. Отвердевшие соски уткнулись в ткань платья. Она задрала подол платья и сунула палец между ног, ощутив обильную влагу. Коснувшись клитора, она закусила губу, чтобы сдержать стон. В голову закралась безумная мысль - не будет ли пара возражать, если к ним присоединиться еще один партнер? Но не успела она поддаться импульсу, как женщина закричала.

- Да! Да!

У Эбби перехватило дыхание.

Она узнала голос.

Это была Лаура, ее младшая сестра.

Она отдернула руку от клитора, с трудом сдержав приступ тошноты. Она испытала отвращение не только потому, что возбудилась от вида трахающейся сестры. Отчасти из-за этого, да, но гораздо больше из-за осознания того, с кем она трахалась. В тот момент, как она заметила пару, она поняла, что с мужчиной что-то не то. Хотя он был явно молод, у него не было волос на голове. Однако ее это не сильно интересовало, пока он не выгнул спину и не дернул головой в сторону в момент наивысшего экстаза.

У Эбби в желудке снова стало что-то переворачиваться.

Боже милостивый!

Это же один из Кинчеров. Из тех, что помоложе. У него был очень выпуклый лоб, нос словно сделанный из мастики, и один огромный глаз. Почти половина последнего поколения Кинчеров родилась одноглазыми. Тело же было настоящим произведением искусства. Крепкое и мускулистое. Идеально сложенное. Но огромная голова и лицевые дефекты лишали его привлекательности. По крайней мере, для Эбби. Лаура, похоже, была иного мнения. Эбби с трудом сдержала отвращение, когда исступленные крики Лауры превратились в неразборчивые визги. Она схватила мужчину за ягодицы, призывая усилить напор, и эту команду он воспринял с энтузиазмом.

Эбби больше не могла это выносить.

Ползком вернулась в кусты, потом встала и отряхнула платье от грязи и листьев. Но неприятная картина не уходила у нее из головы. Перед глазами по-прежнему стояли извивающиеся в воздухе ноги сестры. Тонкие пальцы, вцепившиеся в спину Кинчера. И хуже всего было вспоминать лицо мужчины, искаженное от экстаза, но сделавшееся от этого только страшнее. Страшнее была только еще одна мерзость.

Гарнерская Порча.

Эта фраза, а также ее относимость к грядущему праздничному пиру, вызвала у нее дрожь, когда она нашла сандалии и одела их. Она старалась не думать об этом. Мало кто произносил его имя вслух, разве что во время праздника. В этих местах он обладал большой властью. Даже Эван Мэйнард преклонялся перед ним, и ежегодно делал обязательные летние подношения.

Гарнер.

Желудок снова скрутило.

Она постаралась выкинуть это имя из головы, боясь, что он придет к ней, если она слишком часто будет вспоминать его. Говорили, что так и бывает. Эбби не знала, верит ли она в это, но знала, что не хочет узнавать.

Подумай о чем-то другом! - кричал ей ее разум.

Так она и сделала.

Она подумала о пальце на своем клиторе, когда наблюдала, как Лаура трахается с Кинчером.

И поперхнулась.

Упала на колени и повалилась вперед под напором тошноты. На лбу выступил пот, зубы стучали от спазмов. Ее так тошнило, что она не услышала приближающихся шагов, и поняла, что рядом кто-то есть, когда заметила тени.

Она повернулась и посмотрела на них.

Такой мерзкой улыбки у Лауры она никогда еще не видела. - Привет, сестренка. Подглядывала за нами? Понравилось представление?

Они были по-прежнему голые.

Эбби уставилась на все еще возбужденный и мокрый член Кинчера с беспомощным восхищением. Покачала головой. - Н-нет. Я... я...

Лаура фыркнула. - О, я знаю что ты делала. Но я тебя вовсе не виню. Ты хотела посмотреть, как это делается, и может, чему-то научиться. Разве нет?

Эбби стала подниматься на ноги. - Я иду домой.

Лаура покачала головой. - Еще нет. Она ткнула локтем Кинчеру в ребра. - Возьми ее.

Эбби повернулась, чтобы убежать.

Но мужчина оказался быстрее. Он достиг ее, сделав всего пару шагов. Повалил на землю. Перевернул. Задрал ей платье и скользнул между ее ног. Его упругий член мгновенно нашел все еще влажное место.

Проник в нее.

Эбби закричала.

Она кричала и кричала.

И между криками слышала глумливый смех сестры.

Эбби закрыла глаза, и стала жать, когда все кончится.

Глава четырнадцатая

Оказалось, Хопкинс-Бенд это не только магазин и бесконечные акры буйной растительности. Меньше чем через десять минут они выехали из леса и оказались на относительно благоустроенной территории с намеком на цивилизацию. Проехали мимо домов и двойных трейлеров, мимо конторы, сдающей в наем тяжелую строительную технику, и очутились на улице, похожей на центральную. Действительно, улица называлась Мэйн-стрит. Меган села прямо и огляделась вокруг, ища хоть какой-то намек на надежду. Увидела магазин хозтоваров и небольшую продуктовую лавку. Ломбард и офис страхового агента. Ее внимание привлекла парковка агентства по продаже подержанных машин. Она увидела обычный ряд доступных легковушек. Довольно новые "Сатурны" и "Хендаи". "Аккорды" и "Субару". Все ожидаемо. Но ее взгляд задержался на блестящем заграничном экземпляре последней модели. Сплошные гладкие линии и эффектные кривые. Какая-нибудь "Феррари" или "Ламборджини", - подумала она Но это было нелепо. Естественно никто в Хопкинс-Бенд не смог бы позволить себе спорткар класса люкс с шестизначной стоимостью.