Эрик Хелм - Уцелевший

Неужто здесь угнездилось вековое зло, крадущееся в ночи, заклятое и вызванное к жизни страшными приверженцами неназываемых обрядов? Надо все-таки очнуться — и посмеяться вместе с Саймоном над идиотским сном, за доброй кружкой Пимовского эля, в уютном ресторанчике...

Осторожно ступая, де Ришло и ван Рин покрыли последние две сотни ярдов, остававшихся до входа и остановились, глядя на погасшие окна верхних этажей, возносившихся над каменной стеной. Ни лучика света, ни единого признака, говорящего, что дом вообще обитаем. А ведь, помимо слуг, там еще недавно собралось тринадцать человек, собиравшихся творить непонятный полночный ритуал. С тех пор миновало чуть более часа.

— Смылись, как по-вашему? — прошептал Рекс.

— Не уверен.

Де Ришло шагнул вперед и осторожно подергал прочно замкнутую калитку.

— Давайте вызовем полицию, пускай постучатся, войдут и все выяснят на собственный лад.

Герцог нетерпеливо пожал плечами:

— А на каком основании? В чем обвинить этих субъектов? Да любой лондонский сержант упечет нас в каталажку за преднамеренное издевательство над властями.

— Обвинить в похищении человека, — настаивал Рекс. — Дома, в Штатах, я вызвал бы сюда целый отряд менее чем за полчаса. Ребята сгребли бы всю шайку и определили под арест, покуда суд не соберется. И ни Моката, ни кто иной не мешали бы нам. А компенсацию за понесенный моральный ущерб я охотно заплатил бы потом, лишь бы остановить Саймона и обеспечить уходом хорошего специалиста. По нервным расстройствам, разумеется.

— О Рекс, Рекс... — Герцог усмехнулся. — Мысль сама по себе недурна, и находись мы в Штатах, следовало бы внять хорошему совету. Но здесь-то, mon ami, Великобритания.

— Что предпримем, ваша светлость?

— Войдем. И поглядим, не вернулся ли Саймон.

— Согласен, однако соотношение сил далеко не утешительное.

— Если попадемся, проложим себе обратную дорогу и удерем.

— О’кэй. Но если попадемся и не сможем удрать? Уж тут, будьте благонадежны, полицию вызовут они. Взлом, нападение на чужое жилище, потасовка... Тюрьмой пахнет, ваша светлость.

— Нет-нет, — пробормотал герцог. — Внимание полицейских им нужно примерно так же, как нам с тобою болотная лихорадка. Рукопашная — возможно, судебное преследование — никогда. Саймона следует вызволять любой ценою, Рекс.

— Добро, — вздохнул Рекс ван Рин.

Американец пригнулся, уперся ладонями в колени, напряг могучие мышцы плеч и уперся головой в кирпичную стену.

— Взбирайтесь.

Де Ришло склонился к его уху:

— Слушай! — прошелестел он. — И повинуйся. Едва только мы попадем внутрь, не отдаляйся ни на шаг, необходимо держаться вместе, что бы ни приключилось. Понятия не имею, какая именно дьявольщина творилась в доме Саймона, однако от здания прямо-таки разит черным злом!

— Опять вы за свою чушь! — простонал Рекс.

— Это не чушь, — холодно произнес де Ришло. — И ежели ты упорствуешь в насмешках, не принимаешь распоряжения всерьез, я пойду один. Дело чудовищно опасное, с подобным я сталкивался раз-другой в жизни и твердо решил избегать авантюр схожего свойства. Только ради Саймона могу я решиться перелезть эту стену во мраке ночи.

— А... Хорошо. Поступайте, как знаете.

— Будешь ты повиноваться беспрекословно и мгновенно? Каждому, буквально каждому слову?

— Буду, не беспокойтесь.

— Вот и славно. Первый приказ: кидайся наутек по первому знаку. Моих навыков и способностей достанет лишь на краткое время, если, Боже упаси, доведется повстречать... — Герцог умолк.

— Полезайте, ваша светлость.

Де Ришло вздохнул, вскарабкался на плечи Рекса и не без усилия подтянулся. В свою очередь, Рекс отступил на десяток ярдов, разбежался и прыгнул. Секунду спустя он уже восседал верхом на стене, рядом с де Ришло.

Оба замерли, всматриваясь в непроницаемо темный сад, а потом по очереди спрыгнули на примыкавшую к ограде цветочную клумбу.

— Сразу подыскиваем дорогу для возможного бегства, — прошептал герцог. — В последнее мгновение будет уже поздно.

— Как насчет вот этого деревца? — спросил Рекс, похлопав по шершавой коре столетнего вяза.

Де Ришло молча кивнул. Беглый взгляд убедил герцога: ветви растут достаточно низко от земли, можно без особого труда вскарабкаться, и в два приема очутиться на гребне стены. Быстро и проворно де Ришло пересек маленькую открытую лужайку и скрылся в кустах, окаймлявших стены безмолвного здания. Рекс тенью метнулся вослед.

Из нового укрытия ван Рин исследовал взглядом боковые окна. Нигде, ни в едином месте света не замечалось. Герцог двинулся вперед, покуда заросли не кончились у заднего двора, куда, по-видимому, выходили все службы.

— Осторожнее, — зашипел ван Рин, дергая де Ришло за рукав. — Как бы на собаку не нарваться.

— Не нарвемся, — почти беззвучно сказал герцог. — Собаки — простые, дружелюбные, чрезвычайно восприимчивые существа. Эфирные колебания, вибрации, возникающие там, где занимаются, либо занимались черной магией, доводят любого пса до исступления, заставляют выть и опрометью мчаться прочь.

Легкими, быстрыми, неслышными шагами де Ришло пересек задний двор и добрался до стены дома.

И здесь каждое окно зияло тьмою. Недобрая, необычная тишина царила над жилищем Саймона Аарона.

— Ох и не по душе мне все это, — сказал герцог. — Саймон едва ли четверть часа как успел вернуться — и видишь сам. Правда, остальные тоже исчезли — кажется. Рискнем, нарваться на засаду маловероятно.

Де Ришло протянул руку в направлении узкого, высокого оконного проема на первом этаже:

— Здесь, полагаю, уборная. Большинство людей постоянно забывают брать окна уборных на задвижку. Попытаем удачи.

Рекс неслышно ступил ему вослед по мягкой траве, склонился, обхватил герцогские колени и рывком поднял старшего друга до уровня переплета.

Скрипнула деревянная рама, верхняя половина окна распахнулась, голова и плечи де Ришло исчезли внутри.

Одно мгновение ван Рин следил за дергающимися ногами, потом ноги исчезли и раздался приглушенный удар, сопровожденный негромкой руганью.

— Ушиблись? — тихонько спросил Рекс, увидав как лицо герцога — бледное пятно за мутным стеклом — возникло в темноте.

— Не очень... Хотя в моем возрасте подобные трюки особого удовольствия не приносят. Внутренняя дверь, слава Тебе, Господи, отперта.

Через минуту ван Рин тоже очутился внутри. Герцог занимался чем-то весьма странным. Прислонившись к стене, де Ришло расшнуровывал ботинки.

— Туфли долой! велел он Рексу. — И носки тоже.

— Туфли — понимаю, хотя израним себе все ноги, если потребуется бежать через темный сад, но зачем же носки?