Александр Арбеков - Две ипостаси одной странной жизни

— Да, я такой. И всё-таки?

— Тысяча!

— Ладно, договорились.

— Ну и слава Богу! Помогите же мне, наконец!

— А если я обменяю вашу несчастную тысячу рублей на чашку кофе и рюмку коньяку с вашей стороны и внутри вашей квартиры?

— Ах, ты плут, ах, ты гад! Ах, хитрюга! — весело рассмеялась дама. — Люблю смелых и решительных мужчин. Я вполне согласна.

— Ну, и прекрасно, — улыбнулся я. — Ты знаешь, я, вообще-то, очень и очень трепетно отношусь к женщинам, вне зависимости от их статуса, материального состояния или положения, формы ног или поп. Как-то один американский писатель, не помню его фамилии, сказал, что женщина — это второе самое важное существо после Бога. Он был абсолютно прав. Женщина — мать. Женщина — дочь. Женщина — подруга, любовница или жена. Женщина — это то существо, которое героически выносит нас с поля боя, или скорбно склоняется в самый последний момент бытия над нами, уходящими в никуда, в небытие.

— Так, хватит о грустном! Молчи! Всё! Никакой демагогии более! Никакого словоблудия! Так ты поможешь мне или нет?! — возмутилась дама.

— Конечно, конечно, девочка моя!

— Ну что за бред ты несёшь?! — снова, якобы, возмутилась дама. — Мне, вообще-то, уже за сорок!

— Суть не в возрасте женщины, а в восприятии её потаённой сущности, её скрытого от мира естества, — с вполне искренним надрывом произнёс я. — Девочкой можно быть и тогда, когда тебе шестьдесят, и даже восемьдесят, или сто лет.

— Возможно, — задумчиво и оценивающе посмотрела на меня женщина. — Возможно… Так ты сопроводишь меня в мою квартиру?

— Конечно. Ну-ка, давай, опирайся на меня, смелее, смелее! Сейчас тебе пока нечего бояться. А вот потом! Я за себя не ручаюсь и за дальнейшие поступки не отвечаю.

— Что?! Неужели ты маньяк!?

— Да, шучу, шучу… У меня столько проблем и всяческих хлопот и дел. А кроме этого, имеются две молодые любовницы, трое крепких парней, которые вытворяют чёрти что, пять искусственных надувных женщин и ослица, готовая на всё!

— Ты сошёл с ума сейчас или недавно?

— Я сошёл с ума тогда, когда увидел тебя после того, как ты упала на этот серый, неровный, но благословенный асфальт. Я в первую очередь был поражён видом твоей груди. Надеюсь, она натуральная?

— А как же иначе!

— Слава Богу!

— А как тебе моя попа?

— Увы, я её не разглядел, так как был занят созерцанием твоих великолепных сисек.

— Хам!

— Что есть, то есть…

— И всё-таки? Как тебе моя попа?

— Извини, голубка моя, но я её действительно ещё не разглядел и не оценил по достоинству, — досадливо поморщился я.

— Зря, зря… Ты многое потерял.

— Ничего, ничего! — оживился я. — Сейчас я всё восполню и в полной мере, и в глубочайшем объёме испытаю! Ведь перевязка ноги требует снятия колготок, а перед этим — юбки и трусиков?

— Хам!

— Да сколько можно! — возмутился я. — Да, я такой! Но лучше быть хамом, чем каким-то импотентом или педерастом, хотя я абсолютно не против всевозможных эротических экспериментов.

— В смысле!?

— Ладно, оставим эту тонкую тему в покое. Пошли. Где находится твоя квартира?

— Седьмой этаж. Квартира номер семьдесят семь, — легко и ласково улыбнулась женщина.

— О, как?! Мои любимые цифры, — восхитился я. — Тебя, кстати, как зовут, дорогая?

— Наталья.

— О, одно из моих самых любимых имён!

— А как зовут тебя?

— Александр.

— О! Это одно из моих самых любимых мужских имён, — нежно улыбнулась женщина.

— Ну, и славно. Чёрт возьми! Лифт не работает! — возмутился я. — Ну, надо же! Элитный дом! Да что же это такое! Это что, какое-то очередное испытание для меня?! Что-то они последнее время стали слишком часто встречаться на моём жизненном пути!

— А, как ты хотел?! — усмехнулась Наташа, нежно обнимая меня. — Всё в этом мире не так уж элементарно, доступно и просто! Испытания ждут нас постоянно, на каждом шагу. Бдительности и ежесекундной готовности к ним терять не следует.

— Седьмой этаж, говоришь?

— Да, нам именно туда.

— Эх, вспомним удаль молодецкую, — напрягся я. — Занести женщину на седьмой этаж, — это то же, что взобраться на Эверест или доползти до Северного Полюса после того, как голубоглазые и мощные лайки в упряжке померли от усталости, голода и полной безысходности, так как не встретили они на своём пути ни одного тюленя! Ужас! Беда!

— Заносят пианино, а женщину вносят!

— Женщина, которую вносят, должна быть мертва.

— Ты прав, — засмеялась Наталья.

— И так… — улыбнулся я и глубоко поцеловал Наташу, которая не оказала ни малейшего сопротивления. — Женщина, которую заносят, должна хорошо понимать, что заносителю положена не только какая-то одна ничтожная рюмка коньяка.

— Уважаемый заноситель, обещаю вам целых три рюмки коньяка и ещё кое-что в придачу!

— И что?

— Ты уже прекрасно знаешь и полностью понимаешь, что! — усмехнулась женщина.

— Ну, после такого обещания я готов внести тебя и на сотый этаж! — взбодрился я.

— Дорогой, нам достаточно и седьмого, — ласково сказала Наталья и погладила меня нежной и чувственной рукой по щеке.

— Суть отнюдь не в этажах, — грустно вздохнул я. — Как я неоднократно говорил ранее, — суть в том, что находится между ними, и что приходится нам преодолевать на пути от первого этажа и до сто тысячного, или до полной и неполной бесконечности.

— А что, бесконечность бывает полной или неполной? Странное рассуждение. — удивилась Наталья.

— Бесконечность, она на то и бесконечность, что бы быть то полной, то отнюдь не полной! В этой метаморфозе её глубинная сущность! Неужели не понятно и не ясно!?

— Теперь вполне понятно…

— Ну, пошли.

ГЛАВА ПЯТАЯ

Я бы предпочёл безумие наслаждению.

Наталья безмятежно лежала на правом боку и чуть-чуть посапывала. Я осторожно обнял её сначала за роскошные плечи, потом опустил руку на великолепную, полную и упругую грудь, задрожал от нахлынувшего желания и предчувствия возможного получения непередаваемого описанию удовольствия, или даже полного наслаждения, но не стал прерывать глубокий и святой сон полностью удовлетворённой женщины. Ну, ещё бы! Целых четыре безудержных, умопомрачительных и долгих оргазмов! Ну, не считая трёх моих. Как мне только хватило сил? Как я это сумел осуществить?! Невероятно! Такой потенции я давно за собой не наблюдал.

Да, силы не возникают из ниоткуда. Их неожиданно, но вполне предсказуемо дают нам только желанные и любимые женщины. Только они. Те, кто вызывают в нас непередаваемый и невыносимый трепет. Всё остальное ерунда. Всякие там теории и занудные научные исследования об эрекции, о психологических и невралгических проблемах, о простатите, о мужском климаксе, о тестостероне, и так далее и тому подобное, всё это — полное дерьмо! Если рядом с тобой находится обуреваемая страстью, влюблённая, а тем более, любимая тобою женщина, то взбодрится и поднимется самый вялый член в мире! А если не поднимется, что вполне возможно и не исключается, то есть у нас ещё в сокровенных и потаённых запасниках языки, губы и пальцы. Не беда! Если есть ещё и ум, то всегда будут сказаны ласковые и самые отточенные слова, вовремя произнесённые, которые на веки вечные. И возможны просто искренние и крепкие, но очень трепетные объятия, в конце концов. Лишь бы мы были любимы и влюблены, а всё остальное пустяки! Всё на этом свете — полная чушь и дерьмо, кроме любви!