Иван Тропов - Рассказы разных лет (сборник)

— Ну да, — сказала Ирма. — К пулям нечувствительны, а солнечный свет убивает.

— Как раз это-то можно легко объяснить, — сказал Звездочет. — Скажем, для обсчета интенсивного воздействия сета на кожу бота вызывается подпрограмма, которая изменяет тот параметр, из-за левого значения которого бот превратился в бессмертного…

Он помолчал, потом нахмурился.

— Хотя нет, это все равно ничего не объясняет. Даже при таком раскладе вампиров не может быть.

— Это еще почему, сударь Звездочет? — Ян старательно вскинул правую бровь. У него это здорово получается — вскидывать одну бровь.

— Потому что рано или поздно глюканутого бота все равно убьют. Либо в самолете разобьется так, что никакой глюк не спасет. Либо под солнечные лучи угодит. А если этот глюк от бота к боту как-то передается…

— Через кровь, — сказал Ян.

— …то тогда бы они уже всю землю заполонили. Кто-то захотел, чтобы и его подружка жила вечно. А подружка любовника пожалела. А у любовника дети есть… Цепная реакция, как при делении урана. Весь мир бы уже из одних вампиров был.

— Все таки вы, простите, умный-умный, а дурак, — сказал Ян.

— Это еще почему?

— Потому что дважды два посчитать можете, а вот на дважды три ума уже не хватает.

— Да?

— Да. Вы когда-нибудь играли по сети?

Звездочет фыркнул.

— А что бы вы сделали, если бы какой-то монстр, которому на роду написано дохнуть от двух стрел, вдруг не подох даже после пятой? А потом и вовсе уделал вашу прокачанную по самое не могу аватару? Лишив всего добра? Поломав все ваши планы?

— Потер бы этот рассадник багов вместе со ссылкой в «Избранном», и всех делов.

— А если вы за этот рассадник заплатили на месяц вперед?

— Подумаешь, пара десяток… Здоровые нервы больше стоят.

— А если не пара десяток? — не отставал Ян. — А пара тысяч?

— Таких игр не быва… За игрушку вроде нашего мира, что ли? сообразил Звездочет.

— Так что бы вы сделали, если бы это была не двадцатка, а парочка тысяч?

— Тогда бы тамошним админам отписал. Чтобы пофиксили все что полагается, а мне мою аватару вернули, какой была. Вместе со всем добром. А может быть, и с компенсацией за моральный ущерб.

— То есть админы бы постарались все пофиксить?

— Ну, наверно. Пришлось бы. За две тысячи и засудить можно.

— А что стало бы с тем глюканутым монстром, который забил вашу прокачанную аватару?

Звездочет хмыкнул, поджал губы, опять смущенно хмыкнул.

— Ну… В принципе, да… Если так…

— Вот и я про то же, — сказал Ян. — Неужели Вы, сударь Звездочет, ни разу не задумывались, отчего даже в самых попсовых голливудских поделках вампирские кланы враждуют?

— Только не говори мне, что это они так контролируют свою численность, чтобы не пришел админ-лесник и не разогнал из всех. В смысле, пофиксил.

— Я этого и не говорил. Зачем же это говорить мне, — когда до этого может додуматься любой школяр-астрофизик, даже не отличающийся умом и сообразительность? По крайней мере, с маленькой помощью друзей…

— Да иди ты, Ян, со своими подколками!

Звездочет подчеркнуто сосредоточился на управлении.

— А вот я все же не понимаю, — сказала Ирма. — Если кое-кто такой умный и весь из себя такой упыристый, почему вместо охоты на орков мы едем на какую-до задрипанную попсню про вампиров? Звездочет, долго еще до Балашихи? Где там маршрутки останавливаются? Высади меня там.

— Орки могут оказаться и опасными, — пожал плечами Ян. — Мы-то не игрушечные вампиры, а всамделишные упыри. Выберемся, что бы ни случилось. А вот вы, сударыня? Если вдруг попадете оркам в руки, совсем беззащитная? Они же вас изнасилуют, а потом убьют. Или сначала убьют, а потом изнасилуют. Или…

— Вот только не надо этих дешевых отговорок. За меня не беспокойтесь, мальчики.

— Ребята, я вам еще раз говорю, что это уже не шутки, — сказал Звездочет. — Может быть, Филина из-за вас отделали. Если те орки, которых вы гоняли, спутали его с вами, и…

— У вас на факультете все такие? Особенно одаренные? — уточнил Ян, прищурившись. — Те орки, которых мы задирали, здесь. А где Филин тусовался? Это почти на другом конце Москвы. Как наши орки могли туда попасть? Может, его какие-нибудь охотники на вампиров за упыря приняли, пока он по кладбищу гулял. И распяли в каком-нибудь склепике старинном. Или не распяли, а просто голову отпилили.

Ян обернулся назад, посмотрел на Ирму. Стрельнул глазами по ее коленкам, снова поднял глаза. Или смотрел он не на Ирму, а на дорогу за задним стеклом?..

— Перестань, Ян, — сказал Звездочет. — Не смешно. Такие психи, чтобы в вампиров верили и на них охотились, только в фильмах бывают.

— А кто говорит, что они верят? Может быть, они только играли в охотников на вампиров?

— Ян…

— Не все же такие скучные и попсовые, как вы, сударь Звездочет. Есть люди, предпочитающие детские игры. Вроде просиживания за компьютером, прослушиванием музыки и игрой в готику. А кто-то любит игры на свежем воздухе. Охоту, например. Но не на рыбок-белочек, конечно, это скучно и прошлый век. Куда интереснее охотиться на действительно опасного зверя. На царя зверей. Самая интересная охота — это охота на человека.

— Самая интересная охота — это охота на упыря, — сказала Ирма. — Он опаснее.

Звездочет кинул взгляд в зеркало заднего вида — но Ирма не издевалась над Яном. Она была совершенно серьезна. Если она над кем и издевалась… Звездочет разочарованно цокнул и помотал головой.

— Как хотите. Но я вас предупредил. И я с вами никуда не пойду.

— Мы бы тебя и не взяли, — сказал Ян.

— Хотя вы все равно нигде не найдете орков сейчас… Рано для них еще…

— Орки нам и не нужны. Сегодня мы будем охотиться на огров, — сказал Ян.

— Да хоть на гремлинов. Как ты их найдешь?

— По запаху, — сказал Ян и зевнул, медленно и со вкусом.

Звездочет вздрогнул. Из-под верхней губы у Яна торчали два длинных клыка, — хотя я тоже не заметил, чтобы Ян вставлял пластиковую обманку.

***- Разве я был не прав, сударь Звездочет? Мы их долго искали?

Звездочет промолчал.

Он остановил машину через дорогу от школы — трехэтажного квадрата с приличным внутренним двором. В ближайшем к нам корпусе не было первого этажа, — вместо него были колонны, чтобы можно было войти в этот внутренний двор.

Сквозь колонны виднелся двор с клумбами, за ним широкий подъезд, кусок второго этажа. Там, над подъездом и вправо, в окнах горел свет — хотя вся остальная школа была совершенно темной.

Эти четыре окна были открыты настежь, за ними был узкий тренажерный зал, набитый парнями. Кто-то махал гантелями, кто-то приседал, взяв штангу на плечи. Прямо на подоконнике стояла огромная магнитола, врубленная на полную мощность. Электронные барабаны долбили под пятьсот ударов в минуту, и долбили нехило. По этой долбежке мы их и нашли.