Кристофер Голден - Привратник: 3. Сыновья Энтропии

– Странно, – сказала Микаэла. – Фулканелли всегда был таким осмотрительным и никогда не назы shy;вал своего господина по имени. Неужели он сообщил тебе его?

Итан взглянул на нее и повернулся к Джайлсу:

– О, Потрошитель, тебе всегда нравились женщи shy;ны с острым языком.

– Итан! – оборвал его Джайлс. Колдун обвел всех взглядом:

– Это господин Белфегор. Джайлс вытаращил глаза:

– Обитатель пустошей, господин мерзкой плоти, рогатый хозяин…

Итан сел на стул за рабочий стол, откинулся назад и заложил руки за голову.

– А ты неплохо осведомлен… У него есть какая-то власть? – спросил он.

– Огромная, – ответил Джайлс, направляясь к стеллажам. Но остановился, вспомнив, что все, от shy;носящееся к Белфегору, было в коробке, которую он никогда не распаковывал из опасения, что учителя могут увидеть эти книги.

Книга называлась «Властелин Ада». И она была в этой коробке, а коробка в клетке, где метался Оз в образе оборотня, голодный и разъяренный.

– Проклятье, – прошептал Джайлс.

– Более того, – продолжал Итан, – я знаю, где Сыновья Энтропии держат мать Истребительницы.

Джайлс посмотрел на него:

– Боже правый, парень, неужели ты сказал это?

– Сказал.

Жак, казалось, прочел мысли Джайлса.

– Но как же мы теперь найдем Баффи? – спросил он. – Если бы ты пришел раньше, то застал бы здесь ее и Ангела.

– О, если она с Ангелом, я смогу найти ее, – сказал Итан. – Я знаю заклинание, определяющее местопо shy;ложение.

Микаэла покачала головой:

– Почему ты делаешь все это? Мне казалось, ты должен развлекаться на полную катушку в преддве shy;рии Апокалипсиса.

– Возможно, у меня подлая сущность, – признал Итан. – Но ведь это и мой мир, так?

Было видно, что Микаэла не поверила ему. И Джайлс понимал ее. Но к сожалению, выбор у них невелик.

– Я все-таки не доверяю тебе, – сказал он Итану. – Ну и молодец, – ответил колдун.

– Ничего! – воскликнула Баффи и с размаху уда shy;рила ногой большой металлический бочонок. На нем осталась глубокая вмятина.

Ангел положил руку ей на плечо.

– Баффи, мы делаем все, что возможно, – сказал он. – Сюда нужно было заглянуть, ведь здесь ты впервые столкнулась с членами братства Сыновей Энтропии.

Они бродили по цехам старого заброшенного кон shy;сервного завода.

– Но здесь ее нет, Ангел, – сказала она, чувствуя, как мир рушится у нее внутри, – и, если я в ближай shy;шее время ее не найду, они…

– Ш-ш-ш, – сказал он мягко и обнял ее.

Она почувствовала влажную кожу его руки у себя на шее, знакомую тяжесть его головы, прислонившей shy;ся к ее макушке. Баффи позволила себе на мгновение расслабиться, ей было хорошо и легко. Ангел един shy;ственный, кто мог так обращаться с ней, он для нее словно тихая пристань, весь мир в его руках. Мир, который ей не суждено обрести.

– Пойдем, – сказала она, отстраняясь. – Не будем терять времени.

Баффи была признательна Ангелу за то, что он ничего не спросил о чувствах.

Они уже собрались уходить, как вдруг в дверном проеме выросла гибкая, явно не человеческая фигура с руками, доходящими до колен.

– Ну, здорово, юные влюбленные, – сказало суще shy;ство голосом, напоминающим звук рвущегося шелка, и двинулось к ним, то погружаясь, то выныривая из тени.

– Что это? – спросил Ангел.

– Кто знает? – вздохнула Баффи. – Давай просто убьем его.

Внезапно монстр выпрыгнул из темноты за спи shy;ной Баффи (как он оказался позади?) и схватил ее. Она резко ударила его головой. Монстр ослабил хват shy;ку, Баффи повернулась, размахнулась для сильного удара и сломала одну из его длинных рук. Монстр вскрикнул и отступил в полосу света.

Он был отвратительным: чешуя, наросты и огром shy;ная беззубая пасть с колышущимися отростками внут shy;ри. Глаз у него вообще не было.

– На его месте я бы проконсультировалась у дан shy;тиста. По-моему, это демон, – сказала Баффи.

– Ты нужна мне, – сказало чудище. – Я существую там, где есть любовь, а здесь она точно есть.

Ангел положил руку на плечо Баффи: – У нас мало времени. Давай уничтожим его и уйдем отсюда. Он был прав.

– Так что ты делаешь? – спросила Баффи демона.

– Я ем влюбленных, – ответил он и направился к ней.

– Но мы не влюбленные, – возразила Баффи и ударила его снова, на этот раз немного пониже – ей не хотелось, чтобы удар пришелся в эту отвратитель shy;ную пасть.

– О, эта приятная боль… Демон снова поднялся.

Ангел выскочил из-за спины Баффи и бросил бо shy;чонок из-под масла в голову монстра. Тот увернулся, но Ангел уже пошел в атаку.

Баффи наблюдала за ним, чувствуя каждый удар. Многое перестало быть общим для них с Ангелом, но боль у них осталась общая. Немного погодя она оста shy;новила его:

– Ангел, он мертв… Он взглянул на нее:

– Хотел бы я знать, откуда он появился. Голос у двери заставил обоих оглянуться:

– Барьеры падают. Медленно, но это происходит. Это был Итан Райан. И был он не один. Баффи

увидела отражение луны в очках и поняла, что это Джайлс. Когда он подошел к ней, она заметила что-то особенное в его лице. Это было что-то… что-то… Это была надежда. Она прошептала:

– Вы нашли ее…

Глава 7

Сидя в маленьком складском помещении, где раньше держали мать Истребительницы, Фулканел-ли смотрел на меч, медленно вращающийся в возду shy;хе. Это было очень старое оружие. Гадриус продал за него свою душу, или, по крайней мере, так он говорил. Фулканелли был склонен верить этому самому жестокому и беспощадному человеку из всех, кого он знал. Он мысленно перенесся в прошлое, когда его отец (или тот человек, который называл себя его отцом) в глухую .ночь оставил его, связанного, с кляпом во рту, на подъемном мосту.

– Господь храни тебя, – прошептал суеверный кре shy;стьянин.

Джакомо напрягся, чтобы плюнуть в этого челове shy;ка, но мерзкая тряпка во рту не позволила ему сделать это. Беззубый придурок называет его, Джакомо, «сынок»!

Плевок Джакомо мог бы отправить его прямо в Ад. Крестьянин повернулся и трусливо побежал прочь. От всего сердца Джакомо желал ему зла: плохие урожаи, бесплодную жену, смерть на виселице… Холодный, туман, поднимавшийся ото рва, напол shy;ненного водой, пробирал до костей. Джакомо уже не чувствовал рук, стянутых тугими путами. Его много shy;страдальная, а когда-то беспощадная левая рука была теперь ни на что не годна. «Беспощадная для всего, кро shy;ме магии», – прошептала ему мать, когда он был еще очень, очень мал. Они стояли тогда одни перед огром shy;ным камином в доме великого магистра. Джакомо не знал имени этого человека, ему было лишь известно, что тот был сведущ в оккультных науках и любил его мать.