Дылда Доминга - Erratum (Ошибка)

Глава 9

   В кабинет постучали, и когда он произнес магическое "войдите", на пороге появился Небирос.

   - Аба, я не смел Вас беспокоить раньше, но в наших владениях делегация Уриэля, целое скопище светлых, и демоны не смогли стерпеть их присутствия.

   Ник тяжело смотрел на Небироса.

   - И?

   - Во втором слое свалка, и чем это все закончится, неизвестно. - Небирос мигнул своими фасеточными глазами.

   - Какого черта их принесло?

   - Они требуют вас. Для переговоров.

   - Переговоров. - Ник рассмеялся, его позабавило требование клуба чокнутых под предводительством Уриэля. - Ладно, скажи им, что я иду.

   Небирос растворился во тьме.

   Ник призвал Уцура, и тот вежливо постучал в двери уже через несколько секунд.

   - Останешься с ней. - Бросил он ему, обрастая рогами, меняя цвет глаз на багрово-красный, увеличиваясь в размерах, и стремительно становясь более похожим на демона.

   - Идешь торговаться? - Не удержался от мрачной шутки Уцур, слегка униженный приказанием, брошенным, как собаке.

   - Иду. - Ответил хозяин. - Могу и тебя обменять на что-нибудь полезное, если ты забыл свое место. - Произнес он, и Уцур попятился к стене.

   - Аба, я не смел...

   - Ты отвечаешь за нее. - Очень внятно объяснил хозяин и покинул кабинет, не дожидаясь ответа.

   - Отвечаю, - повторил Уцур, придвинул кресло к столу, на котором лежала девушка, и опустился в него. Он был так огорчен, что не сразу взглянул на нее, а потом, словно опомнившись, поднялся, чтобы рассмотреть ее лицо, глаза, нос, овал. Да, это была она - та, которую он успел увидеть в сфере Идиа. Халдей испытал по отношению к ней нечто вроде благоговения, какое испытывают египтологи, находясь рядом с недавно обнаруженной новой мумией. Тут же он смутился от своего собственного сравнения, потому что она была симпатична и жива. Она спала. Уцур гадал, что же с ней делал хозяин наедине, зачем поставил демона на страже. На миг ему подумалось, что он овладел ею, но уже в следующий упрекнул себя за эту глупость. Потом мысли его как-то сами собой перетекли в воспоминания о других девушках, их лицах, его родине, и Софии. Упрямой, отчаявшейся, красивой Софии, которая ждала его в комнате Самаэля. Халдей улыбнулся, сам того не замечая.

   - Аба, - прошептала девушка, и царь вздрогнул.

   Дерущиеся замерли на месте: кто с занесенным для удара мечом, кто так и не нанеся удара когтистой лапой, змеиные хвосты застыли в воздухе, головы повернулись на какофонию звуков, перекрывших шум драки. Вдали шествовала процессия: нельзя сказать, чтоб разноцветная, потому что она представляла собой лишь красные и черные тона, но весьма разношерстная. В ней были и демоны с головами, похожими на бычьи, поросшими мехом телами и огромными копытами на мощных ногах, и змеиные отродья, ползущие между камнями, в воздухе завывали и проносились из стороны в сторону ведьмы в балахонах, лоскутами развевающихся на ветру, чуть спереди двигалось нечто, похожее на насекомых, издающее неприятное стрекотание. Позади струились, стелились, менялись полчища скользящих тварей, и от их непрерывных трансформаций к горлу подкатывал ком, грозя вырваться наружу. А в центре всего этого безумия, на спинах двух огромных дрегов, словно на паре лошадей, - хотя если их с кем и сравнивать, то спины их больше походили на драконьи из-за чешуи, - ехал сам хозяин, невероятно огромных размеров, со шкурой, отливающей красным и багрового оттенка глазами, с головой невероятно сложной и отвратительной, увенчивающейся рогами, как у демонов.

   - Вау, - иронично изрек Рамуэль, - в своем репертуаре.

   Процессия неспешно приблизилась к опустившим оружие сражавшимся, и Владыка сошел с дрегов на землю.

   - Здравствуй, Уриэль. - Произнес он рокочущим голосом, остановившись перед старшим ангелом.

   - Приветствую тебя, Проклятый. - Следуя этикету, произнес Уриэль.

   - И чем мы обязаны такой чести? - Аба обвел сгрудившихся ангелов когтистой жилистой рукой.

   - У тебя есть кое-что, от чего ты хотел бы избавиться, а мы могли бы помочь. - Без обиняков выложил Уриэль.

   Аба едва заметно скривился, что при текущей его внешности со стороны больше походило на злобный оскал. Он не любил подобной прямолинейности в переговорах: а где игра, где интрига, где подход. Все равно, что топором пытаться вырубить фигурку.

   - У меня есть кое-что, что вам нужно. - Уточнил Аба. - Что вы готовы предложить в обмен?

   Теперь была очередь Уриэля кривиться, словно он съел испорченное яблоко. Его формулировка вопроса не прожила и десяти секунд.

   - Плененных демонов. - Нехотя выговорил он.

   - Что ж, верно, нечего демонам делать у вас. - Ухмыльнулся Аба, но это снова больше походило на оскал. - Что еще?

   - Еще?! - Возмущенно уставился на него Уриэль, а остальные ангелы заметно напряглись и крепче сжали рукояти мечей.

   - Ну, я даже не знаю, на самом деле. - Украдчиво произнес Аба, хотя интонации трудно было передать тем громовым рыком, который имелся в его распоряжении. Грубо, зато угрожающе, - он предпочитал подавлять светлых баранов силой. - Может, крыло Илиэля, все равно ему одно без толку. Оживило бы нашу мрачную обстановку. - Задумчиво произнес он, делая вид, что размышляет, как бы оно смотрелось на стене в его покоях.

   Илиэль исполнился гневом и рванулся вперед, но рука Рамуэля остановила его, жестко схватив за предплечье.

   - Отпусти меня! - прорычал он брату, но тот лишь крепче сжал пальцы.

   - Он специально заводит тебя. Будь разумен, не поддавайся.

   - Рассудительный Рамуил. - Ухмыльнулся Аба.

   - В таком обличье тебе бы больше к морде пошла драка, а не словесные издевки. - Ответил Рамуэль.

   - Мне к морде рога и красный цвет, друг мой. - Ответил Аба, следя за Рамуэлем своими багровыми глазами. - А брат твой кипит от гнева, как наши котлы. - Он тихо рассмеялся, отчего мелкие камни посыпались с близлежащих бурых скал.

   - Я тебе не друг. - Отрезал Рамуэль, отпуская успокоившегося Илиэля.

   - А жаль, - подумал Аба, но вслух, конечно же этого не сказал. Когда он видел Рамаэля, вновь вспоминал старые времена, когда не было противостояния, все было проще и чище что ли. Он до конца не мог себе объяснить, как все зашло туда, где они сейчас оказались, но он по-прежнему знал и понимал Рамуэля, ощущал его настроение и почти с точностью мог сказать, печалится тот или доволен, безмятежна и холодна его душа или бурлит огнем. Они были почти одного возраста, и, по правде сказать, ему не хватало его.

   - Чего ты хочешь? - Вывел его из раздумий голос Уриэля.