Юрий Салов - Люди и портреты (СИ)

Николай приоткрыл окно и присвистнул.

К дому подъехала серая «Тойота» и остановилась, прямо под окнами квартиры Павла. Двери синхронно распахнулись, и из машины картинно, как в кино вышли пять человек в наглухо застегнутых кожаных куртках. Это были боевики из бригады Дэна. Тут же притормозила и остановилась красная «БМВ». Из нее вышло еще четверо таких же однотипных, плотно сбитых, рослых, с боксерскими стрижками. Двое подошли к пассажирам первой машины и как старые знакомые, поздоровались с ними за руку. Остальные остались стоять возле своей машины.

Столяров остолбенел. Тем временем напротив их дома припарковалась белая «Волга» из которой появилось еще трое братков, среди которых выделялись два здоровяка — именно они пили позавчера вместе с Дэном в подсобке бара.

— Иди сюда. — наконец он очнулся и подозвал Павла.

— Ты что замолчал, Павел? Ало! — из трубки доносился обеспокоенный голос Рустама. — Ало, Павел!

— Да тут Николай показывает, какие-то ребята перед домом собираются. — оценивал ситуацию на улице Павел.

— Это они. Сейчас они вас обложат и все! Послушай, Паша, садитесь в машину и прямо ко мне! Все, давай! — голос Рустама не оставлял сомнений в крайней серьезности положения.

— Все понял, Рустам, сейчас будем, сейчас будем! — Павел шмякнул трубку и бросился к дверям. — Уходим, Коля, сейчас они нам все ходы перекроют.

Они выскочили на лестницу, Павел захлопнул дверь.

— Свал, свал, свал. — приговаривал Николай, стремглав устремляясь по лестнице вниз.

— А-а! — Павел вспомнил про барсетку с деньгами в вентиляции и бросился назад, к дверям.

— Что?

— Телевизор забыл выключить!

— Брось, бегом! Убьют! — крик Николая звучал уже где-то внизу, у самого выхода.

У Рустама на квартире за обильным столом друзья смаковали обстоятельства побега из-под носа бойцов Дэна и многое другое. Рустам и Николай нашли две общие темы — машины и женщин и принялись смаковать достоинства и недостатки тех и других. Павел участия в разговоре почти не принимал. Он равнодушно потягивал коньяк и изредка вставлял реплики в разгоревшуюся дискуссию.

Мысли его в данный момент витали далеко от темы беседы. Он думал о Наталье, вспоминая общение с ней и ощущение мягких теплых губ на своей щеке.

— Ты представляешь, он мне говорит — телевизор забыл выключить, — со смехом рассказывал Николай. — а ему говорю: жизнь или кинескоп!

Часы пробили три.

— Так, три, — сверил свои наручные часы со стенными Рустам. — сейчас они уже вовсю на твоей хате бушуют. Оттого, что они ворвались, а его дома нет! И хрен догадаются, что ты у меня!

Еще через полчаса компания, уже в рассабленном настроении от спиртного, стала травить анекдоты. Павел тоже как-то оттаял.

— Слушай, Паша, позвони им, передай им привет, как они там кайфуют. — предложил Николай.

— Позвони, позвони им, точно! — поддакнул Рустам.

— Позвони, позвони! — подбивал друга Николай. — Предупреди их, «Ребятки, не сильно веселитесь, ха-ха!»

— А что, забавно будет. — смеялся Рустам. — скажи: «Не бушуйте там особенно».

— Тс-с. — приложил палец к губам Павел.

Набрав номер, он прислонился к стене и стал ждать.

— Ало, ало. Это говорит хозяйн квартиры. Вы там не очень-то балуйтесь, ребята. — довольно произнес он загоговленную фразу но после ответа на другом конце провода насторожился:

— Это кто? Это опять она, — сказал он уставившимся на него друзьям. — ты! Слушай, ты немедленно убирайся оттуда, ты поняла? Я говорю — немедленно убирайся оттуда, там опасно остававаться! Нет, стой! — от нервного крика Павла Рустам взволнованно вскочил. — Не открывай никому! Я тебя умоляю — никому не открывай дверь! Это смертельно опасно!

Он бросил трубку.

Это она! Она! Там! Сейчас! Она! Она одна! — Павел был чрезвычайно возбужден. Он бросился к дверям.

— Постой, Паша, — пытался урезонить друга Николай. — это может быть их ловушка.

— Паша, Паша! Да подожди ты! — направился за ними в коридор Рустам. — Я еду с вами!

Столяров на большой скорости вел свою «Девятку». Встречные водители уворачивались, гудя клаксонами.

— Только никаких эксцессов, ребята. — нервно повторял Рустам. — Я сам с ними договорюсь. Они меня уважают, все будет нормально.

Друзья вошли в квартиру и остолбенели. Погром в квартире был знатный. Переломано все, что ломается. Изрезано все, что режется. Разбито все, что бьется. Разорвано в клочья все, что рвется. Даже ванна — и та расколота. На стенах — азербайджанские и русские ругательства. Обои, шторы — подожжены.

— Никого. — Павел злобно отшвырнул ногой мусорное ведро.

— Я так и знал. — Рустам поднял упавшую пластинку.

— Надо вызывать милицию.

— Другого выхода нет. — согласился Николай.

— Милицию… да ты понимаешь, что ты говоришь? Вас же первых там и посадят! — убежденно заметил Рустам.

— Заткнись! Не хочешь, чтобы имя твое называлось, не бойся, не будет! — Павел отвернулся.

— А ты оказывается, пацан, Паша. — покачал головой Рустам. — Ты думаешь, я тебя пугаю. Да там они все завязаны. Я очень хорошо знаю этот мир и отвечаю за свои слова. И здесь ты ничего не докажешь!

— Не может быть, чтобы все так прогнило. Должна быть хоть какая-то власть.

— Паш, ты не знаешь наши реалии? Власть есть. Но она у них в руках! А теперь подумай о Николае — у него дети, — посмотрел другу в глаза Рустам. — ты отвечаешь, что все будет нормально?

— Ты все сказал?

— Все.

— Пошел вон отсюда! — рявкнул на Рустама Павел, взмахнув рукой. — До свиданья!

— Спокойно, дядя. — сквозь зубы процедил Рустам и сунув руки в карманы, вышел из разгромленной комнаты.

— Ты не прав, Павел, — Николай что-то прикидывал в уме. — неправ.

Он развернулся и вслед за Рустамом покинул квартиру.

Павел вошел на кухню, сразу проверил тайник в вентиляции — деньги на месте? Опасения оказались напрасны — барсетка с долларами, замаскированная ветошью не стала наградой неудачливым охотникам за Павлом. Тумасов отбросил упавший ящик, сел на кухонный стол у батареи и стал думать, потихонку превращая в дым начатую пачку «Мальборо».

Павел позвонил на следующий день в девять утра, когда Николай должен был уже быть на работе.

— У телефона. — буркнул Николай, сцапав трубку аппарата со второго захода.

— Привет, Коля, — раздался в трубке веселый голос Павла. — дуешься, наверное, за вчерашнее?

— Хэлло, Павел! — отозвался Столяров, разбирая бумаги на рабочем столе. — Ты вчера был неправ, старина. Да еще, как всегда, звонишь в самый неподходящий момент. Что снова приключилось?