Лиза Смит - Ритуал

Что тут началось! Гиканье, улюлюканье, битье кунаками по столам. Часть парней казались испуганными, но большинство, понятное дело, пребывало в диком восторге. Девушки от зависти кусали локти, мечтая хоть раз в жизни отважиться на что-либо подобное.

Слышались выкрики:

- Видишь, Джеффри, как везет симпатягам вроде тебя!

- Давай, чувак, не дрейфь.

- Осторожно, Джеф, Салли стопудово узнает!

Джеффри молчал, только его шея постепенно багровела.

Когда листок почти догорел и вознамерился обжечь красивые пальцы, Фэй, покачивая бедрами, продефилировала прочь от Джеффри и небрежно выбросила догорающую поэзию в металлическую корзину для мусора, стоявшую рядом с учительским столом. В корзине что-то вспыхнуло, но мистер Хамфрис даже глазом не моргнул, чем заслужил искреннее восхищение нашей героини.

- Спасибо, Фэй, - ровным тоном произнес он. - Друзья, то, что мы с вами сейчас видели, можно назвать примером… предметной поэзии. Завтра я познакомлю вас с более традиционными жанрами. Урок окончен.

Фэй вышла из класса. Через секунду все как с цепи сорвались - начался просто массовый исход. Джеффри схватил тетрадь и умчался.

Кэсси посмотрела на свое стихотворение. Огонь: они с Фэй обе написали об огне…

Она со злостью разорвала свое произведение и, скомкав его в шарик, кинула в рюкзак. С мечтами о романтическо-загадочном имидже, наверное, покончено: если есть такая девушка, то кому нужна Кэсси?

«Хотя, такое ощущение, что ее боятся, - размышляла Кэсси. - Даже учитель. Почему он никак не среагировал: не оставил ее на разговор после урока, не сделал ничего подобного? Или жечь костры в мусорных ведрах во время уроков считается в Нью-Салеме нормой?

Почему Джеффри не остановил ее? Не говоря уже о том, почему это для него так важно, где я живу?!»

Выйдя в коридор, она постаралась собраться и спросила, где расположен класс С310.

- На четвертом этаже, - пояснила проходящая мимо девушка. - Все математические классы находятся там. Ты можешь подняться по этой лестнице…

- Йо! Поберегись! С дороги, все! - их беседа была прервана зычными выкриками.

Что- то с шумом неслось по коридору, сметая всех и вся на своем пути. Что-то, представленное в двух экземплярах.

Глазам обалдевшей героини предстали два шизика на роликах, которые жизнерадостно вопили, прорываясь сквозь толпу. Перед Кэсси промелькнула лохматая блондинистая шевелюра и слегка раскосые сине-зеленые глаза, и потом все то же самое - еще раз. Парни были похожи друг на друга как две капли воды только на футболке у одного красовался «Меgadeth», а у другого - «Motley Crue» [9] .

Они несли хаос - выбивали из рук книги, хватали девчонок за коленки. В конце коридора один из них радостно уцепился за мини-юбку симпатичной рыженькой школьницы и ловко задрал ее аж до талии; несчастная завизжала и бросилась прикрывать позор.

- Почему никто им по шее не надает? - вырвалось у Кэсси. - Почему в этой школе столько чокнутых? Почему их никто не остановит, не сообщит администрации, не сделает хоть что-нибудь?…

- Смеешься, что ли?! Это же братья Хендерсоны, - произнесла девушка и тут же поспешила покинуть Кэсси ради своей приятельницы, явно более осведомленной.

До Кэсси долетел обрывок диалога:

- …даже про Клуб не знает… - констатировав этот вопиющий факт, обе девушки бросили на бедняжку сочувствующий взгляд и удалились.

Что еще за Клуб? Девушка произнесла это слово с таким придыханием, будто речь шла ни много ни мало о тайной масонской ложе. Как может какой бы там ни было клуб прикрывать нарушителей школьной дисциплины? Что это за безумное местечко, в конце-то концов?

Звонок возвестил о том, что Кэсси опаздывает на урок; не медля больше ни секунды, она забросила рюкзак на плечо и понеслась вверх по лестнице.

К обеду, несмотря на все старания героини, весь урожай, собранный ею на почве светского общения, составлял несколько жалких «Приветов» и «Здравствуйте». Девушка с сияющими волосами не появлялась; впрочем, это не удивляло, учитывая, сколько в здании было этажей и аудиторий. К тому же Кэсси чувствовала себя настолько жалко и неуверенно, что встретив златовласку сейчас, она бы ни за что не решилась подойти к ней. В груди поселилось гнетущее чувство ущербности.

Она посмотрела на столовую, полную радостных лиц, и еще больше расстроилась.

Нет, это ей не по зубам.

Девушка обхватила себя руками и отправилась восвояси. Через центральный вход она выбралась на улицу, пошла куда-то, кое-как, не зная, зачем, потом увидела сочную зеленую травку на холме и остановилась.

«Вот и хорошо, - решила она, - поем здесь».

Ниже по склону из травы высовывалось несколько глыб; Кэсси присмотрела уютную ложбинку в тени дерева рядом с одной из них. Получалось, что камень закрывает школу от нее и ее от школы, создавая сладкую иллюзию, будто никакой школы нет и в помине. Отсюда открывался довольно приятный вид на каскад извилистых ступенек, ведущий к подножию холма, и на дорогу внизу. Главное, что сверху Кэсси невозможно было увидеть. Она сидела в своем домике, смотрела на траву, утыканную шапками одуванчиков, и напряжение уходило. Даже если утро не задалось, днем все наладится: даже чистое голубое небо, казалось, без устали твердит ей об этом.

За валуном - знаменитым новоанглийским красным гранитом - она чувствовала себя уверенно, «как за каменной стеной». Странное дело, ей показалось, что она слышит гул внутри глыбы, напоминающий многократно ускоренное сердцебиение. Гул жизни. «Что произойдет, если я прикоснусь к нему щекой?» - радостно гадала выдумщица.

Вдруг ее эйфорию нарушил голос; Кэсси в ужасе присела на корточки, выглянула из-за верхушки камня и замерла.

Да, это была Фэй, а с нею - еще две девушки, одной из которых оказалась байкерша, чуть не задавившая героиню с утра пораньше. Другая была рыжеватой блондинкой, аппетитной клубничкой с невероятно тонкой талией и самой красивой грудью, которую толь ко можно было себе представить у женщины подросткового возраста. Они весело болтали, неторопливо спускаясь вниз по ступенькам - прямо к Кэсси.

«Я просто встану и поздороваюсь», - решила девушка, но почему-то не сделала этого: воспоминание о неспокойных медового цвета глазах остановило ее.

Она сидела, как мышь, уповая на то, что они пройдут мимо, спустятся к подножию холма и скроются за территорией школьных владений.

Вместо этого девушки уселись на ступеньках, расположенных чуть выше дислокации Кэсси, свесили ноги и достали пакеты с обедом.

Они расположились так близко, что Кэсси видела, как вспыхивает в лучах солнца красный камень на шее Фэй. Сейчас случайная наблюдательница скрывалась в тени, но стоило ей сдвинуться хотя бы на дюйм, ее бы заметили. Судьба подстроила ловушку.