Кирилл Клерон - Вампиры в Москве

С течением лет бледность лица Надсади постепенно уходила от аристократической и приближалась к мертвой, вампирической, а родовые болезни — подагра и эпилепсия, уступали место сумасшествию, периодически зажигавшемуся в его глазах недобрыми огоньками. И с каждым разом все ярче. Лет в 30 он самозабвенно увлекся алхимией и черной магией, одновременно перестав интересоваться женщинами и развлечениями. Большая часть его жизни теперь проходила в обществе местных колдунов и колдуний, изготовлявших амулеты на все случаи жизни. Стены комнат замка испещрили заклинания, написанные куриной и голубиной кровью, повсюду валялись перья, кости и черепа мелких животных, курились магические травы. Тогда еще мало кто подозревал, каким кошмаром обернутся эти детские шалости.

Вскоре, посчитав себя достаточно посвященным в азы алхимии, барон приступил к поискам философского камня, которыми руководил его кузен, известный оккультист. В лабораториях без умолку звенели колбы и реторты, были потрачены огромные суммы денег, килограммы золота и серебра переправлены в тиглях, но безрезультатно. В конце концов, Надсади решил, что и так достаточно богат, и сконцентрировал все внимание на другом классическом объекте — эликсире молодости.

В Италию и Францию поскакали гонцы, чтобы разыскать и привезти знатоков этой деликатной темы. Им было дано указание не скупиться и доставить лучших из лучших, и как можно быстрее,

Между тем, на фоне безуспешных самостоятельных экспериментов. Надсади определенно стали овладевать демонические силы. Все чаще неожиданно приходили помутнения сознания, во время которых он выл волком, в кровь срывал ногти на пальцах, царапая каменные стены и кидался на слуг, вгрызаясь в их плоть своими гнилыми зубами. Наконец, из Италии приехал флорентийский монах Франческо Прелати, известнейший магистр черной магии и сатанист, за астрономический гонорар взявшийся помочь созданию эликсира. Но, вопреки всем ожиданиям, его чары и заклинания оказались бессильны. Все с меньшим энтузиазмом Надсади смотрел по утрам в зеркало на свое стареющее лицо с увядающей морщинистой кожей и вдавленными глазами, все чаще бесился и кидался на людей, и тогда Прелати посоветовал барону подписать кровью некий документ, в котором говорилось, что за молодость он отдаст все, что потребует дьявол, жизнь и душу. Конечно отдаст, какие вопросы?! Дабы усилить воздействие заклинания, в полночь накануне праздника всех святых в церкви отслужили мессу дьяволу, сопровождавшуюся богохульствами. Тогда же начался отсчет и человеческим жертвам. Прелати собственноручно зарезал двух девушек и наполнил их кровью большие глиняные чаши — пей, сатана. Но и это не остановило старения его подопечного. Тогда, в специальном помещении по соседству со спальными покоями Надсади, установили дровяные печи для подогрева воды, где служанки без конца размешивали в горшках густые мази, рекомендованные все тем же Прелати. Единственной темой разговоров отныне являлась чудодейственность той или иной мази или бальзама, их магические свойства, «правдивые» истории исцеления с их помощью. После каждого сеанса барон пристально вглядывался в зеркало.

Он старался отыскать следы омоложения, но увы! Столь же неудачно закончились и многочисленные попытки раздобыть всемогущую целительницу-мелиссу, в которой еще Парацельс видел утерянный секрет вечной молодости и несокрушимого здоровья.

И тогда, разочарованный Надсади, небезосновательно решил, что Прелати просто-напросто наглый обманщик, умудрившийся выманить из доверчивого барона изрядную долю огромного состояния. Уязвленное самолюбие потребовало немедленного и жестокого отмщения. Судьба незадачливого магистра была предрешена, а он, как и следовало ожидать, этого даже не почувствовал. И однажды, напоив Прелати до беспамятства молодым виноградным вином, барон искромсал его тело острыми ножами. Рубашка Надсади пропиталась кровью убитого и оказалось, что в местах ее соприкосновения с телом, кожа неожиданно помолодела и разгладилась, с нее сошли угри и болезненная сыпь, посветлели пигментные пятна.

С этого-то все и началось, тогда-то и возникла сумасбродная идея принимать ванны из крови своих крепостных, благо их множество. Крепостных, конечно, нельзя убивать без веской причины, но кто будет портить отношения с могущественным родом из-за такой мелочи?! Вскоре барону подсказали, что лечебные свойства крови существенно увеличатся, если жертву перед смертью основательно помучить, пропитать страхом. Эта садистская идея понравилась и незамедлительно начала реализовываться. И не сосчитать, сколько иголок было загнано под ногти, сколько раз прижигались молодые тела огнем смоляных факелов и вырывались куски мяса острыми серебряными клещами! Созерцание чужих мучений так заводило, заводило все существо!

Но сил у барона немного даже на любимые пытки и вскоре он устает и дает сигнал верному подручному здоровяку Тодо. Тот понимает все с полуслова и тотчас с потолка на середину комнаты опускается зловещая металлическая конструкция — большая цилиндрическая клетка из острых лезвий.

Лезвия крепко скреплены железными обручами, внутри усеянными острыми шипами. Обезумевшую от ужаса жертву запихивают внутрь и запирают, nocле чего устройство поднимается вверх. Барон переодевается в белое льняное белье и садится на стул прямо под клеткой. Затем Тодо берет острый штырь или раскаленную с одного конца кочергу и старается как можно сильнее ткнуть узника, который, откинувшись назад, неминуемо натыкается на шипы. С каждым ударом поток крови усиливается. Он падает прямо на барона, полубессознательно уставившегося в пустоту неподвижным взглядом.

Вокруг замка Надсади — Сатуры, живет множество девушек и юношей, весьма добросовестных и работящих, но суеверных и невежественных. Доверенным слугам барона не составляет особого труда заманить их в замок обещанием хорошего заработка и сытой жизни. После каждого из таких рекрутских набегов они возвращаются в сопровождении нескольких молодых созданий, беззаботно входящих за ворота, чтобы уже никогда не вернуться. Довольно скоро их обескровленные тела окажутся под плитам в водосточной канаве, но большинство будет тайно похоронено под покровом ночи, как умершие от неведомой эпидемии.

Вскоре о многочисленных преступлениях своего подданного прознает даже король, но сознательно пропускает мимо ушей невероятные по чудовищности слухи. Очень состоятельный, Надсади оказывает серьезную финансовую помощь небогатой королевской семье, да и породниться они успели — младшая сестра барона Ангелина является женой великовозрастного принца-шалопая.