Подвал. Когда звонит Майкл - Ричард Карл Лаймон

уже ждали его в припаркованном рядом семейном фургоне. Почти перед всеми домиками мотеля стояли машины или прицепные трейлеры. Где-то неподалеку лаяла собака. Донна опустила жалюзи.

Потом поискала глазами телефон, но его в комнате не сказалось.

Пока она одевалась, проснулась Сэнди.

— Доброе утро, доченька. Хорошо спала? — Донна ласково улыбнулась.

— Отлично! А куда это ты собралась? — На лице девочки тут же появилась тревога.

— Хочу найти телефон и позвонить тете Карен, чтобы она за нас не беспокоилась.

— Можно, я пойду с тобой?

— Не стоит. Побудь лучше здесь, умойся пока, оденься. А я выйду всего на минутку, и потом мы сразу же пойдем завтракать.

— Хорошо. — Сэнди серьезно кивнула.

Донна завязала шнурки на кроссовках и взяла сумочку.

— Только никому не открывай дверь, ладно? Я возьму ключ.

— Ладно, — тихо ответила девочка.

На улице свежий утренний воздух был наполнен бодрящим запахом сосен. Этот терпкий смолистый аромат напомнил Донне долгие походы с рюкзаком за плечами по горным тропинкам Сьерра-Мадре, которые она регулярно совершала с сестрой еще до того, как познакомилась с Роем.

Но его поведение в горах отбило у нее всякую охоту к таким путешествиям. Ну, ничего; когда она окончательно избавится от этого ублюдка, они с Карен и Сэнди снова отправятся по знакомым местам. И возможно, будет все это довольно скоро.

Донна поднялась на крыльцо конторы мотеля и через стекло в двери увидела в другом конце холла телефонную будку. Она направилась туда. Деревянный пол скрипел и стонал под ее ногами, как истерзанный морем настил старого пирса.

Войдя в кабину, Донна плотно закрыла за собой дверь, вызвала оператора и попросила перевести стоимость предстоящего разговора на счет оплаты ее домашнего телефона.

После этого ее соединили с сестрой.

— Алло? — послышался в трубке заспанный женский голос.

— Проснись, Карен, уже солнышко встало!

— Тыс ума сошла! Который час?

— Это вместо «доброго утра»?

— О Боже, Донна, только не говори мне, что у тебя опять сломалась машина.

— Ты просто ясновидящая!

— Тебя подбросить?

— Нет, сегодня не надо, обойдусь.

— Так мы же ведь собирались…

— Я звоню тебе совсем не поэтому, — перебила ее Донна.

— Вам что, перенесли выходные? Вот наказание! А как было удобно по понедельникам!.. Все корты свободные… А когда же теперь — в пятницу и субботу, или опять разбили среди недели?

— Нет, Карен, на этот раз твое ясновидение тебя подвело.

— Правда?

— Я говорю сейчас из очаровательного курортного местечка под названием Малкаса-пойнт, в котором находится небезызвестный «Дом чудовища».

— Ты что, пьяная?

— К сожалению, трезвая. И насколько я понимаю, мы уже где-то милях в ста к северу от Сан-Франциско. Плюс- минус пятьдесят миль.

— Боже мой, ты даже не знаешь точно, где находишься?

— Нет. Конечно, если бы у меня сейчас под рукой была карта…

— Что ты там делаешь, в этом чертовом месте? — Но прежде чем Донна успела что-либо ответить, Карен поняла все сама: — О Господи, его выпустили?!

— Да, выпустили.

— Боже мой!..

— Ия решила, что нам лучше скрыться.

— Правильно. А что теперь делать мне? — Карен была в растерянности.

— Для начала передай маме и папе, что у нас все в порядке.

— А как быть с вашей квартирой?

— Ты сможешь отправить на хранение наши вещи?

— Конечно.

— Тогда позвони Бикону или еще в какую-нибудь компанию. А потом сообщи мне, сколько это стоит, и я пришлю тебе чек.

— Как же я тебе сообщу?

— Я еще буду звонить.

— А ты вернешься когда-нибудь? — Голос Карен дрожал.

— Не знаю.

— Ну как они могли его выпустить! Кто им позволил?..

— Наверное, он там хорошо себя вел, — мрачно усмехнулась Донна.

— Боже мой! Что же теперь делать?.. — Карен была в отчаянии.

— Все будет о’кей, Карен. Не вешай нос.

— Когда же я теперь увижу тебя? — Донна чувствовала, что сестра вот-вот расплачется.

— Я думаю, скоро. Все образуется.

— Как же, образуется!.. Если только Рой помрет вдруг от сердечного приступа или свалится на машине в пропасть, или… — Послышались сдавленные рыдания. — О Господи, какой ужас! Как они могли допустить?

— Эй, успокойся! Все будет хорошо. Главное — передай родителям, что у нас все нормально, и что мы будем держать с тобой связь.

— Ладно… А я… я позабочусь о вашей квартире.

— Только осторожней, когда будешь заниматься этим.

— Конечно. Но и ты там тоже смотри! Поцелуй от меня Сэнди.

— Ладно. Ну пока, Карен. Не раскисай.

— Хорошо…

Донна первая повесила трубку. С минуту она глубоко дышала, пытаясь прийти в себя. Она чувствовала, что сама готова разреветься в любую секунду. Потом вышла из будки и уже начала спускаться с крыльца, как вдруг услышала за спиной скрип открываемой двери.

— Мадам! — окликнул ее звонкий голос.

Донна обернулась и увидела на пороге конторы девочку лет пятнадцати.

— Да?

— Это у вас сломалась машина?

Донна кивнула.

— Только что звонил Бикс с заправочной станции. Они с чокнутым Кутчем из музея уже поехали за ней. Бикс сказал, что найдет вас, когда вернется.

— Но у них же нет ключей от машины!

— Биксу не нужны ключи.

— Он что-нибудь просил меня сделать?

Девочка пожала одним плечом. Плечо было совсем голым, если не считать бретельки от легкой облегающей маечки. Девочка, очевидно, не носила лифчика, и ее крупные темные соски просвечивали сквозь тонкую розовую ткань. Донна удивилась, почему родители позволяют ей ходить в таком виде.

— Хорошо. Спасибо за сообщение.

— Пожалуйста.

Девочка повернулась. Ее обрезанные джинсы были распороты по бокам, обнажая загорелые ноги до самых бедер.

«Эта девчонка явно хочет, чтобы ее изнасиловали, — по- думала Донна. — Если бы Сэнди хоть раз так вырядилась…»

Донна спустилась с крыльца, пересекла стоянку машин и вошла в свой домик. Ей пришлось подождать, пока Сэнди закончит утренний туалет.

— Ну что, будем завтракать здесь, в мотеле, или попытаем счастья в городе? — спросила Донна.

— Пойдем лучше в город, — вертясь перед зеркалом, ответила Сэнди. В голосе ее чувствовалось нетерпение. — Я надеюсь, там где-нибудь делают пончики. Просто умираю, как хочется пончиков!

— А мне — кофе.

Они вышли на улицу. Сэнди, щурясь от яркого солнца, открыла свою полотняную сумочку и достала дымчатые очки. Их круглые стекла казались огромными на ее детском лице. Донна, которая сама редко носила очки, подумала, что они сейчас придают ее дочери сходство с клопом. Миловидным, но все же клопом. Однако она не стала говорить Сэнди об этом сходстве.

— Что сказала тебе тетя Карен? — поинтересовалась девочка.

— Передавала тебе привет.

— Вы же с ней собирались сегодня на теннис…

— Да.

— Держу пари, ты ее здорово огорошила!

— Нет, она все правильно поняла.

Выбравшись на