Иван Панкеев - Копья летящего тень

Он долго не отпускал ее, стоя так, посреди дороги, в лунном свете. Глаза его были полузакрыты, тонко вырезанные ноздри трепетали, от тела исходил жар…

— Петер… — еле слышно сказала Ку, — у тебя было много девушек?

Петер Майер усмехнулся. Потом, словно это была для него самая обычная вещь в мире, расстегнул пуговицы ее фланелевой рубашки и залез рукой под лифчик.

— Разумеется, много, — без всякого смущения ответил он. — Но никто из них не смог пройти через стену… — Сказав последние слова, он хрипло захохотал. Диким, холодным, пугающим смехом.

«Но разве в таком безлюдном месте может быть ресторан?..» — почему-то подумала Ку, растерянно оглядываясь по сторонам.

Словно прочитав ее мысли, Петер Майер заметил вскользь:

— Это, можно сказать, не ресторан, а корчма…

Он снова взял ее за руку и повел через следующий овраг, на склон другого холма… Там, совершенно незаметный с дороги, стоял старый деревянный сарай с двумя крошечными окошками. Поблизости не было не только дубов, но и вообще каких-либо деревьев. Уверенно, даже не постучав, Петер Майер тронул низкую бревенчатую дверь и слегка подтолкнул вперед Ку. Они вошли в полутемное, продымленное помещение. В дальнем, темном углу показалась какая-то фигура и двинулась им навстречу. Петер Майер что-то быстро сказал человеку на местном гуцульском наречии, и тот так же быстро ответил ему, подошел к тлевшей в углу, у окошка, лучине, запалил новую, бросил горсть угля в открытый очаг, над которым висел закопченый котелок.

— Это корчмарь, — негромко сказал Петер Майер.

Теперь, когда стало немного светлее, Ку заметила, что помещение это очень тесное, скорее всего, это была просто прихожая. Кроме открытого очага и застланной старым домотканым, вытертым во многих местах ковром скамьи, здесь ничего не было. В дальнем углу была небольшая бревенчатая дверь, ведущая, судя по всему, в основное помещение.

Помешав что-то в котелке деревянной ложкой, корчмарь пристально уставился на Ку — и трудно было сказать, одобряет он ее появление или нет. Корчмарь был невысоким, плотным пожилым человеком, с черными, мрачными цыганскими глазами, торчащими во все стороны черными с проседью волосами и таким же хриплым, как и у Петера Майера, «простуженным» голосом. Его можно было принять за кого угодно: за крестьянина, самогонщика, бандита… Ку вздрогнула при мысли о том, что, возможно, попала в ловушку. Но Петер Майер продолжал держать ее за руку, и в этом было что-то обнадеживающее.

Корчмарь молча указал ей на скамью. Петер Майер выпустил ее руку, и она села, толком не зная, что от нее хотят. Ей приходили в голову нелепые, устрашающие мысли, она с опаской посматривала на висящий над огнем котелок, осторожно вдыхая незнакомые, пряные запахи, словно боясь опьянеть или отравиться… В таком котелке, на таком странном, совершенно немыслимом очаге можно было варить только какое-нибудь гадкое снадобье. Наркотическое зелье?..

На узкой деревянной полке, такой же старой и закопченой, как и стены корчмы, стояло несколько глиняных кружек. Наверняка в этой «корчме» пили не воду!

Заметив ее беспокойство, корчмарь и Петер Майер что-то быстро сказали друг другу. Ку совершенно не понимала местного говора, разве что отдельные слова, вроде «файна дивчина»… Это они о ней? Наверняка. Иначе бы они так не усмехались.

— Уже готово, — неожиданно произнес по-русски корчмарь, повернувшись к Ку. — Будешь пить?

Ку испуганно мотнула головой. Конечно, они хотят напоить ее, чтобы потом…

— Хочешь остаться здесь? — спокойно спросил ее Петер Майер.

Ку вскочила, шагнула к двери…

— Здесь совсем не опасно, — все так же спокойно добавил он, уходя в дальний, темный угол.

Взяв с полки одну из глиняных кружек, корчмарь что-то налил в нее черпаком из котелка и протянул Ку.

Она взяла кружку с большой неохотой, подумав о том, что содержимое можно при случае выплеснуть на пол…

В кружке было горячее молоко.

Корчмарь выжидающе смотрел на Ку. И, повинуясь зову какой-то дерзкой отваги, Ку сделала глоток… Ничего не произошло! Молоко было самым обычным на вкус. Не спуская глаз с корчмаря, она сделала еще один глоток…

Легкий шорох заставил ее обернуться: она увидела Петера Майера, стоявшего возле внутренней двери — и в следующий миг он исчез…

Поставив недопитое молоко на скамью, Ку настороженно спросила:

— Где Петер?

Помешивая в котелке деревянной ложкой, корчмарь, не оборачиваясь, бросил через плечо:

— Он пошел домой.

— Домой? — изумленно и разочарованно произнесла Ку.

«Значит, он просто бросил меня здесь, в этом так называемом ресторане! Потому что у него нет недостатка в девушках, и вообще…»

— В деревню Перелесок, — добавил корчмарь, поворачиваясь к ней. — Если хочешь, я могу проводить тебя до дороги, а до приюта ты дойдешь сама…

«Деревня Перелесок?.. — растерянно подумала Ку. — Но ведь поблизости нет никакой деревни!»

Одно она знала наверняка: она не желала больше ни минуты оставаться в этой жуткой корчме! Прочь из этого дьявольского места!

Она решительно шагнула к двери, но, вспомнив вдруг о своем мимолетном знакомстве с венгерками, остановилась и спросила:

— Скажи, сюда не заходил Андраш… с желтым рюкзаком?

— Андраш? — насмешливо и, как показалось Ку, ехидно спросил корчмарь. — Ты хочешь увидеть Андраша?

«Что значит, хочешь?.. — с недоумением подумала Ку. — Можно подумать, что… Значит, он все-таки был здесь?»

— Его ищут сестра и невеста, — уклончиво ответила Ку.

Корчмарь кивнул и молча процедил сквозь зубы:

— Он ночевал здесь.

— И… что потом? — не без любопытства спросила Ку. — Он пришел сюда, в этот, так сказать, ресторан «Три дуба»…

— Ничего! — сердито оборвал ее корчмарь. — Ты и так слишком много знаешь! Или я провожу тебя до дороги, или возвращайся в приют одна!

Когда Ку уже во втором часу ночи подошла к приюту, дверь была заперта. Она тихо постучала, и через некоторое время ей открыл «хозяин» и, не сказав ни слова, впустил. Пройдя в «спальню», она неслышно улеглась на нары. Рядом ворочалась Фео, то и дело просыпаясь от укусов насекомых. Обнаружив, что Ку вернулась, она приподнялась на локте и недовольно прошептала:

— Ты была с ним? В его комнате?

Ку долго молчала, не зная, что ответить. В конце концов она решила тоже пойти в атаку.

— С чего ты это взяла? — запальчиво спросила она подругу. — Я просто гуляла, ведь сегодня полнолуние…

— Ты можешь говорить о полнолунии сестричкам Ли-Ли, они охотно развесят уши! — высокомерно отпарировала Фео. — Я же сама видела, как ты вошла к нему…