Челси Ярбро - Дорога затмения

Она оценивающе взглянула на собеседника, затем вскинула руку, приказывая караульным открыть створки ворот.

Проехав под узкой аркой, Чи-Ю склонилась к капитану охраны:

— Ю А! Мне нужно тобой переговорить. Речь пойдет о переменах в распорядке несения службы.

Она обернулась к своему спутнику:

— Ши Же-Мэн! — Сен-Жермен вздрогнул, ибо за все время его пребывания на заставе к нему впервые обратились по имени. — Когда закончите с лошадью, пожалуйста, навестите меня. Нам следует кое-что уточнить.

— Буду счастлив, — механически откликнулся он и повел серого на конюшню, где его встретили недружелюбные взгляды.

— Мне нужно сменить подкову, — пояснил Сен-Жермен, но отклика от конюхов не дождался. Возможно, лишь потому, что освоение местного диалекта, отличного от других имперских наречий, давалось ему с трудом. Умом он понимал, что в устной речи жителей западных рубежей Китая существует великое множество оригинальных тонических категорий, но различать их пока еще не умел. Жест тоже не возымел действия.

Сен-Жермен указал на копыто лошади, однако конюхи отвернулись и занялись чисткой стойл.

Кузница обнаружилась в дальнем конце конюшни и оказалась на удивление хорошо оборудованной, а главное, не захламленной. Сен-Жермен огляделся, затем привязал серого к ближайшему столбу и углубился в работу.

Закончив, он отвел жеребца в стойло, насыпал ему овса и долил в чан воды. Потом отнес в шорную седло и уздечку, попутно отметив, что к его упряжи, нуждавшейся в мелкой починке, так и не прикасался никто. Сен-Жермен вздохнул и, покинув конюшню, направился к зданию комендатуры.

Ни караульные, застывшие у входной двери, ни пробегавшие мимо слуги демонстративно не обращали внимания на иноземца. За долгие годы странствий, казалось, к подобным вещам можно было бы и привыкнуть, и все-таки Сен-Жермен был удручен. Досадливо хмурясь, он стал подниматься по аккуратной чистенькой лестнице к личным покоям Чи-Ю.

Услышав звуки приближающихся шагов, китаянка облегченно вздохнула. Ю А, дышавший в затылок военачальницы, успел изрядно ей надоесть. Капитан, делая вид, что разглядывает чертеж укрепления, на деле все норовил притиснуться к ней. Чи-Ю терпела, не решаясь обидеть своего офицера, в чьей поддержке сейчас она очень остро нуждалась.

Стук в дверь прозвучал как гром, и Ю А отскочил к стене, разоблачив таким образом свои похотливые умыслы. Чи-Ю сердито глянула на него и невольно воскликнула:

— Кто там?

— Ши Же-Мэн, — донесся ответ, звучавший несколько озадаченно, ибо такими вопросами встречают нежданных гостей.

— Войдите, — смутившись, крикнула китаянка и побежала к двери.

Любезность, немыслимая в рядовой ситуации, и она не прошла незамеченной. В глазах Ю А загорелись искорки неприязни. Сен-Жермен поклонился Чи-Ю.

— Военачальница Тьен, — сказал он учтиво, — мне показалось, что вы пожелали о чем-то со мной посоветоваться. Будьте добры, поясните, ослышался я или нет.

Уголки блестящих коричневых глаз одобрительно дрогнули.

— Сегодня вами было предложено прорыть ров вокруг нашей заставы. Вы утверждаете, что подобная мера весьма эффективна против конной атаки. Поскольку в грядущем такие атаки более чем вероятны, я бы хотела рассмотреть все детально.

Ю А ухватился руками за пояс, выражая тем самым полное пренебрежение к сказанному.

— Ров — бесполезная трата времени. Я уже о том говорил. Нам нужно удвоить толщину крепостных стен и увеличить их высоту.

— О да, — кивнул Сен-Жермен. — Это самый разумный выход из положения. Однако не стоит пренебрегать и другими средствами обороны. Если враг лишен возможности стремительно подступиться вплотную, от него много легче отбиться, разве не так? — Он сделал паузу, ожидая отклика, но капитан молчал. — Крепость, хорошо защищенная от конных наскоков, может обескуражить захватчиков и даже посеять панику в их рядах. Ров должен быть глубок — в полтора человеческих роста — и шире прыжка боевого коня. Внутреннюю его стену следует выстелить булыжником и щебенкой, чтобы она осыпалась под копытами лошадей. Хороши также заостренные колья, прочно вбитые в землю, где только возможно, и повернутые навстречу врагу. Все эти меры, конечно же, не заменят личной отваги защитников Мао-Та и боевого опыта их командиров, однако смогут служить им подспорьем в борьбе с коварным врагом. — Сен-Жермен смолк, надеясь, что ему удалось польстить самолюбию капитана.

Чи-Ю снова села и разгладила карту.

— Итак, Ши Же-Мэн, где, по-вашему мнению, следует проложить этот ров?

Сен-Жермен давно продумал этот вопрос, но для приличия внимательно оглядел план местности и даже, отойдя от стола, высунулся в распахнутое окно. Наконец он счел возможным склониться над картой.

— Я начал бы здесь, где горный кряж понижается перед подъемом к заставе, и, уводя траншею подальше от стен в крутых местах склона, приближал бы ее к ним в пологих. Нельзя оставлять им площадки для накопления сил.

Чи-Ю с интересом следила за движением узкого пальца.

— Здесь весной пробивается ручеек, — указала она. — Он может размыть стены вашего рва.

— Тогда пророем его в русле потока. А дальше устроим заслонку, тогда ров заполнится талой водой. — Кажется, их пронимает, подумалось Сен-Жермену. Теперь поудачнее описать бы подъемный мост…

— Сначала ты говорил о простом рве, а теперь хочешь заполнить его водой, — с заносчивой дерзостью бросил Ю А. — Это входило в твои планы? Или ты просто решил поддакивать простакам, чтобы вернее их облапошить? Учти, здесь живут далеко не глупцы и провести нас тебе не удастся.

Сен-Жермен выдержал взгляд капитана.

— Я вовсе не собираюсь обманывать вас. Я просто хочу отвести от заставы угрозу уничтожения.

Ю А топнул ногой и резко хлопнул в ладоши.

— Ты наслушался россказней о мощи монголов, между тем как наши регулярные армии легко расправляются с ними.

— Мне ненавистно занимать ваше время, уважаемый капитан, — произнес Сен-Жермен со всей возможной учтивостью, — но поблизости нет регулярных войск, ибо Кай-Фенг и Ло-Янг намерены этой зимой выгнать захватчиков из Пекина. — Лично ему этот план казался невыполнимым, но он не решился выразить свое мнение вслух. — А посему любые запросы о военной поддержке вряд ли встретят должное понимание у властей. Я отнюдь не хочу принизить ваши стратегические таланты и совершенно не сомневаюсь в боевой выучке ваших людей. Но мне на своем веку доводилось видеть много сражений, и я знаю, что благоразумие велит тем, кто обороняется, использовать все дающие хотя бы минимальные преимущества шансы.