Патриция Деманж - Только ради любви

– А теперь Ричмонды должны помочь ему обрести вечный покой, – сказала Лила.

– Вечный… покой? – мужчина остановился. – Я об этом не думал. Вы полагаете, мы должны отпустить его?

– Но ведь не ради своего удовольствия он бродит здесь и делает всякие пакости?

– Возможно, вы и правы. Но он нам довольно долго не докучал.

– А когда он снова активизировался?

– Дайте-ка подумать! Пожалуй, с того момента, как я принял решение жениться.

– Значит, это связано с вашей женитьбой, – сделала простой логический вывод Лила. – Давайте поищем причинно-следственную связь. Он вызвал меня сюда, желая, чтобы я стала вашей женой. Почему это важно для него? Мы должны понять именно это!

– В семейной хронике много пробелов, и о темных делишках фон Литценберга не упоминается. Там ответа не найти.

Пейзаж вокруг них выглядел мрачным и зловещим. Вероятно, всему виной был туман. Лила озябла, и они решили возвращаться в замок.

– А вы не боитесь его? – поинтересовался лорд Ричмонд.

– Конечно, боюсь! Мне каждый раз становится плохо, когда он появляется, и ужасно холодно, будто кровь стынет в жилах…

– Со мной происходит то же самое, – признался мужчина, – но я никогда не говорил об этом, чтобы не пугать сестер.

– Анна не боится его, – заметила девушка.

– Удивительно, но нет, – подтвердил лорд Ричмонд, – зато Маргарет боится за двоих.

– Но если он начнет делать одну ошибку за другой, то упустит свой шанс на вечный покой, – сказала Лила.

– Ошибки? Что вы имеете в виду?

– Если он и дальше будет убивать, поджигать дома и творить другие бесчинства, то никогда не получит долгожданный покой. Он пытается достичь своей цели запрещенными средствами, которыми пользовался при жизни. Но это глупо. Придется с ним потолковать.

Лорд Ричмонд удивленно взглянул на нее:

– А вам не страшно?

– Страшно! Но придется переступить через страх. Надо выведать его планы и предложить ему сделку – это наш единственный шанс. Давайте рассуждать логически. Все дело в вашей женитьбе… Он пытается устранить любую другую женщину, чтобы вашей женой стала я. С мадмуазель Флоранс это ему удалось – она уехала. Не вмешайся я вовремя, он бы ее запросто убил! А вот каким будет его следующий ход?

Они молча уставились друг на друга. Ответ пришел им на ум одновременно.

– Вайолет! – воскликнули они в один голос.

* * *

Автомобиль мчался на максимально допустимой скорости. Это было рискованно – из-за плотного тумана и сгущавшихся сумерек видимость была практически нулевой.

– Не волнуйтесь, – заверил лорд Ричмонд, – я знаю дорогу как свои пять пальцев.

– Вы уверены, что леди Вайолет поедет этой дорогой?

– А другой дороги из Уинтерхилла в Ричмонд просто нет.

Они проезжали брошенные усадьбы и покинутые жителями деревни, появлявшиеся из тумана и снова исчезающие в нем.

– Почему у вас здесь такое запустение? – озабоченно поинтересовалась Лила. – Мне это бросилось в глаза, когда я еще только к вам ехала. Здесь все словно вымерло, даже ни одной кошки или собаки не видно!

– Это произошло не вдруг, а постепенно, – ответил лорд Ричмонд, – владения стали приходить в упадок, год от года положение становилось все хуже и хуже – то неурожаи, то паводки, то заморозки. Одно несчастье следовало за другим. Люди теряли работу и покидали насиженные места, сначала молодежь, а за ними и остальные потянулись.

– И вы ничего не предпринимали, чтобы удержать людей? – недоуменно спросила девушка. – Вы не пытались пойти на уступки? Пересмотреть трудовые отношения, создать новые рабочие места, улучшить условия труда и жизни?

Лорд Ричмонд молчал, все больше мрачнея, а потом вдруг сказал:

– У меня ко всему этому душа не лежит.

– И вам никогда не хотелось заняться делами?

– У меня полно дел: охота, рыбалка, путешествия и так далее…

– Ничего не имею против охоты, рыбалки и тем более путешествий, но разве стоит посвящать этому всю жизнь?

– Почему бы и нет? – беспечно ответил мужчина.

– Тогда мне вас жаль! – воскликнула Лила. – Вы ведете праздную и никчемную жизнь, а чтобы поправить свое плачевное финансовое положение, готовы жениться на богатой, но нелюбимой женщине. Бедная леди Вайолет! Мне искренне жаль ее, она будет несчастлива с вами.

– Вы не находите, что зашли слишком далеко?

– Я просто честно сказала, что думаю.

Дальше они ехали молча. Проезжая между двумя высокими отвесными склонами, лорд Ричмонд нарушил молчание:

– Это наши шахты.

– И есть уголь?

– Да, и еще медь, олово и даже серебро.

Девушка потеряла дар речи: огромное богатство лежит у него прямо под ногами, а он не дает себе труда даже пальцем пошевелить! Ему это не по душе! Ну что за человек?

– Фон Литценберга на вас нет! – зло воскликнула Лила. – Он быстро навел бы здесь порядок и сделал Ричмонд самым процветающим поместьем в графстве!

– А вы, часом, не влюбились в нашего призрака? – иронично спросил лорд Ричмонд. – Раз забыли даже, насколько он был неразборчив в средствах?

– В его время это было нормой. Все твердят про добрые старые времена: ах, как было хорошо! Да ничего хорошего! Думаю, до него даже не доходит, какие к нему могут быть претензии.

Туман все сгущался. Темнота спускалась с гор в долину. Фары автомобиля прорезали пелену тумана, как выпущенные из лука стрелы. Лорд Ричмонд вел машину умело и осторожно, он и вправду отлично знал дорогу.

Но в душу Лилы постепенно начал заползать страх: а вдруг они опоздали и фон Литценберг успел совершить свое черное дело?

– Вайолет уже должна была нам встретиться, – прошептал лорд Ричмонд, словно почувствовав невысказанные опасения своей спутницы. – В письме она сообщила, что выезжает вслед за нарочным. Конечно, он ехал верхом и более короткой дорогой. Но она все равно уже должна быть здесь!

– Может быть, задержалась в Уинтерхилле?

– Или не смогла пересечь границу Ричмонда?

– Границу? – удивилась девушка. – Вы имеете в виду пограничные столбы? Анна утверждает, что их не существует.

– Их и вправду больше нет, но раньше были.

– Во времена фон Литценберга?

– Похоже, что так, – ответил мужчина подавленно. – Он собирал дорожную пошлину. Теперь столбы видны, только когда фон Литценберг творит свои бесчинства. Таким способом он отмечает границы своей власти. Но любопытно, как же тогда он смог явиться в Уоррен-Хаус?